Ло. Еще раз про любовь

ГЛАВА 1. Я не люблю

Я не люблю Столица-Сити. По разным причинам. В частности, потому, что здесь в кафе-ресторанах существует дресс-код. Девушкам и женщинам, то есть дамам, запрещено находиться там в рабочей одежде. Почему-то мужчинам, то есть, следуя той же тупой логике, кавалерам, никто не мешает набивать брюхо в полевой военной форме. А дамам ни-ни! Офисный костюм, жакет и юбка, в пиковом случае и, если дозволяет устав, брюки – вот минимум. Спасибо, что под юбку не заглядывают. Впрочем, патриархат рулит на всем пространстве Империи, прикрывается традиционными ценностями, и ухмыляется цинично-благодушно на робкое протестное мяуканье здешних девушек, как в ЗС, так и в собственной постели.

Я плотоядно цыкнула зубом и зябко передернула плечами. Эк меня занесло! А все из-за того, что я не смогла пообедать днем. А вечером пошел дождь. Мне пришлось надевать дурацкий дождевик поверх не менее дурацкого синего костюма с юбкой и золотыми пуговицами. И тащиться вон из отеля, ибо заветное время Ч прошло и талоны на еду здесь больше не принимали. Нигде. Сгорели эти фантики синим пламенем. Я злилась. Ибо! Идиотское слово, идиотское жилье, идиотский способ существования. Я ненавидела Столицу, ее правила и обычаи. И свою чертову бедность, заставляющую эти самые правила соблюдать.

Кафе «Ракета» стеклянным фасадом обещало еду, алкоголь, танцы и стихотворный вечер. Я глазам своим не поверила. Но действительно: свободные места обнаружились только в поэтическом зале. остальные посетители ели, пили и плясали на других этажах заведения без рифмованных опусов в нагрузку к празднику жизни. И забито там веселящейся толпой под самую завязку. Нет мест.

Я пожала плечами. Я не боюсь поэтов и танцоров. Главное, чтобы горячее там подавали. Пара минут, и я оказалась на третьем этаже в сухом приятном тепле. Подозрительно здесь не пахло едой. Зато легкий ненавязчивый джаз наигрывали баян, гитара и контрабас. Я повесила дождевик на свободный стул и заняла место лицом к окну. Здешняя публика занималась только друг другом, жевала пирожные, глотала сухое вино и танцевала со значением. Ни я ею. Ни она мной. Мы не интересовались друг другом. Ёё

– Покормите меня, пожалуйста, – попросила я официанта. Собрала в молитвенном жесте все уставшее свое обаяние. Длинный сегодня выдался день.

Парнишка с лицом и костюмом студента колледжа серьезно кивнул:

– Кухня уже закрыта, к сожалению. Но! Поищем.

И исчез в служебном входе. Я приготовилась ждать. Мечтала хотя бы о бутерброде с растительным маслом.

Огляделась внимательнее. Чистая публика тут. Неплохо было бы кого-нибудь снять. Голод в этом смысле я ощущала не меньший.

– Не может быть! – громко и скорее всего нетрезво воскликнул мужчина. Встал столбом перед моим столиком. Положил руку на спинку свободного стула. – Я могу присесть?

Двубортный костюм а-ля принц Чарльз, дорогие часы и туфли. Кисти рук белые, ухоженные. Маникюр. В лицо смотреть не стала. Успеется. Кивнула согласно. На ловца, как говорится…

Мужчина сел боком к столу, попытался отловить мой взгляд. говорил радостно и алкоголем не пах. Я искала глазами пропавшего официанта.

– Где же ты скрывалась, девочка? Мы Вселенную перетряхнули по винтику, когда тебя искали. Не нашли! Как же так? – он бесцеремонно взял мою правую ладонь в свою, – я глазам своим отказываюсь верить!

Как девушка, я слыхала много разводов по жизни и попыток познакомиться. И не люблю, когда меня хватают за руку в первые две минуты. Я вообще не слишком терплю чужие близкие контакты. Придется терпеть.

– А ты оказывается вот где! в Столице! – гнал в своей теме незнакомец. Чуть сжимал мои пальцы, словно пересчитывал.

Обещала-подавальщик пропал. Странный мужик сверлил веселым взглядом и отступать явно не собирался. По всему видать, придется нахамить и возвращаться к себе в номер, чтобы лечь спать голодной. Я повернулась к человеку напротив и заявила вполне себе зло:

– Вы обознались, мсье. Я вижу вас впервые в жизни. Если вы сейчас же не отпустите мою руку, то я вылью эту воду вам в лицо.

– Как же так, Ло? Ты шутишь?

Он так изумился, что напрочь игнорировал мое требование. Я предостерегающе подняла стакан повыше. Чужак растерянно кивнул и поднял обе руки вверх, сдаваясь. Глядел на меня обалдело, наглядеться не мог.

– Ты забыла меня, Ло? Это ведь я. Август.

Да хоть ноябрь. Я выпила нагревшуюся воду и закусила долькой лимона со дна стакана. Да. У меня есть проблемы с памятью. Но не признаваться же в этом каждому встречному-поперечному. Тем более, что мое имя указано на нагрудном знаке. Сразу под крыльями и кодом подразделения. Всякий грамотный и не слепой прочитать в состоянии.

Мужчина сел плотно в стул. Откинул с лица каштановые волосы обеими руками одновременно и завел их назад. Улыбнулся в сотый раз. Легкий запашок вожделения дотянулся до меня. Эх, жаль, губы у этого дорогого костюма тонковаты. Карие глаза смотрят серьезно. Но загнанный глубоко внутрь аромат желания я чуяла абсолютно. Смесь жасмина и иланг-иланга с привкусом сандала. Последняя нота зря, но да ничего уж с этим не поделаешь.

– Ладно. Пусть так. Тогда, девушка, позвольте пригласить вас на танец.

Он поднялся на ноги и слегка наклонил голову, как положено. Музыка как раз закончилась. Баян, гитара и контрабас ушли на перерыв. Ко мне с подносом в руке прокручивался сквозь толпу душка официант. Я мигом подобрела и рассмеялась.