Лодочники Влада-воды

1

Фотоколлажи и куклы на обложке - изготовлены Нелли Тодд.

ИОН АРАМЭ. "ЛОДОЧНИКИ ВЛАДА ВОДЫ".
Перевод с румынского Нелли Тодд.

ПОЛНОСТЬЮ РОМАН МОЖНО БУДЕТ ПРОЧИТАТЬ ЗДЕСЬ:
https://ficbook.net/readfic/11757205#part_content
К сожалению, ссылка неактивная. Ее нужно скопировать и вставить в адресную строку.

В данном романе повествуется об увлекательных приключениях будущего Влада Цепеша во времена правления его отца Влада Дракула. Еще совсем юный, наш герой, тем не менее, уже самостоятельно принимает решения и смело действует даже в то время, когда старшие еще не подозревают об опасности. Главным историческим событием здесь станет освобождение от турок крепости Джурджу, построенной Мирчей Старым. И именно лодки сыграют при этом важнейшую роль.


Начало 1442 года. Вот уже более пяти лет Влад II Дракул правит Валахией. Рядом с ним подрастают его сыновья…
В романе автор несколько отступает от истории, называя Мирчу самым младшим, Раду – средним, а будущего Влада III – старшим. В действительности первым родился Мирча (1422 или 1428), затем Влад (не ранее 1428 и не позднее 1431 или декабрь 1431), а последним – Раду (1438 или 1439).

ГЛАВА 1

Двое всадников скакали по дороге, гоня коней во весь опор, и пыль, высоко взлетавшая из-под копыт, клубилась позади них, оседая на деревьях до самых вершин. Скрытый в этом туманном вихре, используя его, словно обманчивое зеркало, за ними тенью несся третий. На полпути между крепостью Джурджу и монастырем Главачок дорога вела через гребень холма, покрытого густым лесом.
– На этот раз нам не уйти, – заметил первый всадник.
– Так оно и есть, Селим-бей. Этот гяур уж очень хитрый, и я опасаюсь за наши жизни.
– Постыдись, несчастный, – отвечал Селим, слегка сдерживая бег своей лошади. – Нас двое, а он один: мы можем справиться с ним голыми руками. Послушай, я укроюсь в кустах, а ты продолжишь путь вперед, делая вид, что мы все еще вместе. Потом я прыгну на него сзади – и готово!
– Аллах да укрепит твою руку, Селим-бей!
– Давай, пришпорь коня, пока ночь не застала нас на дороге.
Оказавшись в чаще леса, всадник по имени Селим отыскал подходящее место у поворота тропинки, где мог спрятаться со своей лошадью. А его спутник поскакал дальше один, смеясь и громко разговаривая на языке османов.
Всадник, преследовавший их по пятам, замедлил ход, въезжая в лес, полный теней. Доверившись воле своего скакуна и бесстрастно глядя вперед, он в то же время чутко прислушивался к каждому звуку вокруг. Внезапно конь подал тайный знак, понятный лишь его хозяину: слегка подняв голову, он навострил свои подвижные уши. Этого оказалось достаточно, чтобы человеку все стало ясно: не проявляя признаков тревоги, он осторожно сжал рукоятку меча. Поступь коня осталась неизменной, как и покачивание всадника в седле.
И тут выскочил Селим. Набросившись сзади с высоко занесенным ятаганом, он издал грозный крик, стремясь напугать им коня противника. Но умное животное, предчувствуя опасность, напряженно ожидало ее и сразу отскочило в сторону, предоставив своему хозяину занести свой грозный меч. Сталь со свистом прорезала воздух и ударилась о сталь: искры и лязг оружия нарушили спокойствие сумрачного леса. Селим уже дважды применил военную хитрость, но юноша, который противостоял ему, оказался не менее хитрым и отважным. Ятаган Селима из дамасской стали, закаленной в бараньей крови, изогнулся, как ветка, под напором лезвия противника, но не сломался, снова взметнулся и молниеносно сверкнул в воздухе.
Юноша быстро пригнулся к гриве своего коня, и вражеский клинок просвистел в двух пальцах над ним, едва лишь задев его длинные волосы. Тогда, выпрямившись в седле, юноша в свою очередь ударил сверху, и турок потерял равновесие, сраженный смертельным ударом. В то же время спутник бея поспешил ему на помощь, но вернулся уже слишком поздно. Увидев своего хозяина, повисшего на стремени, он понял, что остался один. Турок зарычал от гнева, и раньше, чем юноша снова успел поднять свой меч, метнул в него тяжелый кинжал с роговой ручкой, целясь прямо в сердце.
Конь юноши в ту же секунду взвился на дыбы и удар, предназначенный всаднику, поразил его в грудь. Парень вовремя успел соскочить на землю, не выпуская из рук сабли, снова готовый к бою. Но турок уже дал шпоры своей лошади и галопом понесся прочь. Юноша с досадой посмотрел ему вслед, затем поискал взглядом коня убитого врага: тот, волоча по земле безжизненное тело, в испуге отбежал в сторону. Следовало изловить его, однако лес, до сих пор безмолвный, внезапно ожил. Слева от дороги раздался резкий свист, а справа повелительный голос:
– Стой! Кто бы ты ни был, стой на месте и бросай оружие!
Выпустив меч из рук, юноша молча замер в ожидании. Из-за темных кустов по бокам дороги показалось несколько высоких шапок, а затем овечьи кожухи, прикрывавшие сутулые плечи; острие косы и наконечник копья угрожающе выступали вперед.
– Не меня, дураки, а того беглеца надо было задержать. Это турецкий шпион. Я следовал за ним от самой крепости. За ним и еще одной языческой собакой…
– Кто ты? – спросил старик, угрожающе выставив вперед копье.
– А ты кто? – властно ответил юноша вопросом на вопрос. – Ты, по чьей милости я упустил врага и не смог покарать его!
Старик, всплеснув руками, оглянулся в сторону, где скрылся османский всадник:
– Я не знал, боярин. Мы занимались тут неподалеку постройкой хижины, как вдруг до нас донесся шум. Разве я мог догадаться, что происходит?
– Я спросил тебя, кто ты.
– Я – Мэрин, староста из деревни Воеводень, подаренной Владом-водой боярину Станчу.
– Там есть боярин Станчу? – торопливо спросил юноша. – Или Роман, его брат?
– Только послушайте, он знает наших бояр! Кто же ты, незнакомец? А ты случайно… не Дрэкуля, сын Влада-воды?
– Верно, – ответил юноша, слегка кивнув.
Староста молча снял с головы шапку. Остальные крестьяне последовали его примеру, напряженно глядя исподлобья, как будто бы не решаясь поверить.
– Да здравствует Твое Высочество! – произнес старик. – И прости нам зло, которое мы причинили тебе из невежества. Я думал, что ты далеко, в венгерских краях.
– Был, нёне (1) Мэрин.
– Насколько мне известно, Джурджу находится не в Венгрии, – смело заметил один молодой крестьянин.
– Молчи, дурачок, – прикрикнул на него староста. – Прости его, Твое Высочество. Это Костя, мой младший сын. Он вечно говорит невпопад.
– Я сказал правду, Твое Высочество. Торговец горшками видел тебя в воскресенье на ярмарке в Сибиу. Ты действительно можешь находиться в двух местах одновременно, как о тебе говорят? И у тебя есть волшебная лошадь? Или… была.
Влад повернулся к своему пегому коню, неподвижно лежавшему на земле. Глядя в его угасающие глаза, лаская рукой еще теплую морду и шелковистую гриву, юноша ощутил, как горечь подступила к его горлу.
– Он не был волшебным, – печально промолвил он. – Но был лучшим в своем роде. И сейчас, когда он умирает, я теряю верного товарища. Мы вместе совершили столько дел, и я думал, что еще совершим…
– Мы найдем другую лошадь, которая понравится Твоему Высочеству, – пообещал сын старосты. – Главное, что ты жив и здоров и совершишь еще немало славных подвигов!
Влад Дрэкуля дружески хлопнул парня по плечу:
– У тебя умный сын, нёне Мэрин. Мне хотелось бы иметь рядом с собой такого молодого человека. Что скажешь, Костя, согласишься мне служить?
– Я-то согласен, – не задумываясь, отозвался юноша. – Но не знаю, что скажет мой отец.
– Это большая честь для нас, – также без колебаний произнес старик. – У нас еще будет время поговорить об этом. А пока, Твое Величество, признаюсь, ты очень порадуешь нас, став гостем в нашем бедном доме; приближается вечер, дороги опасны, а лошадь убитого турка вряд ли тебе послужит. Этому дикому животному трудно будет сменить хозяина…
Дрэкуля наклонился, чтобы снять седло со своего убитого коня. Костя бросился помогать ему со сноровкой, вызвавшей улыбку у его товарищей.
– Какое седло! – восхищенно воскликнул он. – Истинно княжеская вещь!
– Нёне Мэрин, – с радостью заметил Влад, – теперь ясно видно, что Костя готов последовать за мной. По рукам!
– В добрый час, – согласился старик. – Я дам ему совет, как верно послужить тебе. В нашем роду все люди бесхитростны и честны. Я был знаменосцем в войске твоего деда Мирчи Старого и верю, что мой сын тоже станет хорошим воином!

***

Две пушки оглушительно прогремели над главными воротами Арджеша, и эхо их несколько раз отозвалось вдали, за стенами, почерневшими от дыма. Как и всегда по праздникам, звонили в колокола. Ремесленники, солдаты с длинными копьями у бедра, женщины и дети, старики с убеленными сединой волосами представляли собою живой коридор, по которому воевода и его сыновья шествовали под звуки труб в сопровождении свиты.
– Сегодня все радуются, – прошептал Влад, самый старший сын князя.
– Да, радуются, – согласился с ним Мирча, самый младший. – Потому, что наш отец добился для Валахии мира, торговля процветает и ярмарки шумят… Пять лет спокойствия! Такая короткая передышка, и все равно она принесла плоды!
Третий сын господаря, Раду, окинул людей, толпившихся по бокам, ясным взглядом больших голубых глаз, за которые его прозвали Красивым.
– Я думаю, братья, что отец мог бы превратить нашу страну в настоящий сад.
– Если враг позволит нам отдохнуть еще, – с горечью усмехнулся Влад. – Совсем недавно, выехав из Пешта, я сделал крюк через Джурджу и узнал, что в Арджеш собираются пробраться турецкие шпионы.
– Как, шпионы здесь, в городе? – наивно поразился Раду.
– Да, братишка. Я следовал за ними с того самого момента, как они покинули крепость, с намерением выведать их планы и отследить маршрут. Но они почуяли меня и атаковали. Одного я зарубил мечом в честном бою, но другого упустил. Он убил мою лошадь и направился сюда. Голову даю на отсечение, что сейчас он прячется среди толпы, навострив уши.
– Чего они от нас хотят? Мы ведь поддерживаем мир с султаном,– возмутился Мирча.
– Наш отец говорит так: мир с турками обманчив. Он узнал это от нашего деда, славного Мирчи Старого. Турки жадны и мечтают править всей землей, и горе тому, кто попытается встать на их пути. У них всегда найдется способ отомстить. Знаете, что они сделали этой весной? При османском дворе находились сыновья Бранковича, сербского деспота. В качестве заложников. Не знаю, чем мог Бранкович разозлить султана, но тот приказал своему палачу ослепить их.
– Ослепить! – в ужасе повторил Мирча. – Их отец был послушен язычникам, как никто другой. Как говорится в старой поговорке: склоненную голову меч не сечет…
– Ты наивен, как дитя! – оборвал его на полуслове Влад. – Этому султану, сколько не дай, все равно мало. Но ослепить детей… это неслыханно жестоко, братья!
– Возможно, это только слухи, – засомневался Раду.
– Слухи! Хорошо бы, но это чистая правда. Султан Мурад (2) – человек безжалостный и бесцеремонный. Астрологи предсказали ему долгое царствование, поэтому он даже черта не боится.
– Но он будет бояться Его Высочество, нашего Дракула (3), – пробормотал Раду Красивый. – Пускай только попробует рассердить его чем-то…
– Какой восхитительный день! – сменил тему Влад. – Только коронация была столь пышной. Вы помните? Ты был тогда совсем маленький, Мирча.
– Мне было уже восемь лет, – пылко возразил тот. – На отце был белоснежный плащ. Свита шествовала медленно, подолгу останавливаясь на перекрестках, и солдаты еле сдерживали ликующую толпу, собравшуюся, чтобы приветствовать воеводу. Некоторые пытались поцеловать его руку, но стражники отталкивали их, боясь, как бы на князя не совершили покушение.
– Долгих лет жизни Твоему Высочеству! – кричали между тем со всех сторон.
– И не позволяй язычникам уничтожить нас!
– И никого из наших близких! – прибавил какой-то оборванный крестьянин, подмигивая остальным.
Стражники попытались было схватить его, но мужчина уже затерялся в веселой толпе.
– Глупые люди, Твое Величество, не обращай на них внимания, – слегка нахмурившись, обратился к Владу-воде великий вистерник (4). – Налоги понизились, но таков уж обычай у народа: он вечно во весь голос требует справедливости.
– Люди всегда видят, где есть справедливость, а где ее нет, – рассудительно ответил воевода. – Мы должны внимательно выслушивать их жалобы.
Тут из толпы внезапно вырвался старик, расталкивая стражников, которые пытались преградить ему дорогу, и упал на колени прямо в пыль перед князем:
– Твое Высочество! Внемли хоть на минуту старому солдату!
– Убирайся отсюда, человече! Как тебе не стыдно портить господарю праздник своими заботами? – гневно прикрикнул на него боярин Койка.
– Говори! – приказал Влад Дракул старику.
– Твое Высочество, я верой и правдой служил твоему родителю, да будет прославлено в веках его имя. Я был воином под знаменем Великого Мирчи, трудился во время строительства крепости Джурджу и защищал ее от врагов. Меня зовут Пырву. Теперь я постарел и проживу не так уж долго, но мне жаль моих бедных детей и внуков, и все население Джурджу и окрестных земель. Больно смотреть, как они страдают от язычников, Твое Высочество!
– Уберите его отсюда! – в гневе крикнул великий вистерник. – Разве не видите, что его речи тревожат сердце господаря?
– Не трогай его, – терпеливо произнес Влад Дракул. – Послушай, Пырву, завтра на рассвете приходи ко мне и расскажи о людях из Джурджу. А сейчас следуй за нами, и для тебя найдется место за праздничным столом и доброе слово…
Старик с благодарностью поклонился и освободил дорогу князю, присоединившись к его свите. Процессия проследовала мимо здания господарского совета, которое за последнее время несколько раз разрушалось и перестраивалось, и все остановились перед домом воеводы. Это был дворец с небелеными стенами, сложенными из крупного тесаного камня, с высоким крыльцом и массивными столбами, украшенными резными листьями и виноградными лозами. Влад Дракул остановился у порога. Согласно обычаю, ворник (5) стольной крепости Мирчи Старого (6), вышел ему навстречу с золотым подносом в руках, на котором лежали свежевыпеченный хлеб и щепотка соли. И едва воевода шагнул на первую ступень лестницы, толпа, сопровождавшая его, почтительно остановилась и замолкла. В наступившей тишине, все услышали слова ворника, произнесенные громким сильным голосом, но исполненные искренним теплом:
– Твое Высочество, крепость Арджеш и весь народ румынской земли чествуют тебя. Править страной, сохраняя в ней мир, с гордо поднятой головой – это великая слава, родитель наш. Мы желаем тебе долгих лет жизни и безоблачного царствования в окружении друзей и надежной защиты от врагов. С днем рождения, Твое Высочество!
С глубоким поклоном ворник протянул поднос Владу-воде. Снова у крепостных ворот грянула самая большая пушка, сотрясая воздух, и народ изо всех сил откликнулся на ее залп восторженными криками. Воевода снял свою дорогую меховую шапку, украшенную павлиньим пером, и черные волосы рассыпались по его плечам. Склонившись над белым караваем, только что извлеченным из печи, он отломил с краю кусочек нежного горячего теста, посыпал его солью и попробовал. Влад-вода неторопливо пережевывал хлеб крепкими белыми зубами, а глаза его задорно искрились. Похлопав по плечу своего старого товарища ворника Албу, он обратился к окружавшей их свите:
– Почтенные бояре, добрые люди и дорогие воины! Благодарю за ваши теплые слова и обещаю доблестно служить вам и нашей прекрасной стране. Для друзей в Валахии всегда найдутся хлеб и соль, а для врагов, откуда бы они ни явились, – острые сабли!
– С днем рождения, Твое Высочество! – в один голос вскричала толпа в восторге от слов, что внушали ей надежду.
– Я теперь, дорогие мои, добро пожаловать на пир. Солдатам, а также горожанам будут розданы еда и напитки. Пускай сегодня вселятся все румыны!
Обняв за плечи сыновей, Влад-вода дружеским жестом пригласил бояр войти в дом вслед за ним. Звуки их шагов по каменным плитам радостным эхом разносились под сводами дворца. В конце коридора два пажа с факелами в руках отворили широкие двери в зал, где гостей ожидал длинный стол, накрытый для пира.
Влад занял место во главе стола в окружении сыновей и великих бояр; затем по обе стороны расположились остальные бояре и военачальники, каждый в соответствии со своим званием. Встав позади княжеского кресла, пахарник (7) Микле сперва попробовал напиток сам, а после протянул господарю золотую чашу, которую искусный армянский мастер, поселившийся недавно в городе, украсил изящной резьбой. Влад-вода торжественно встал, и все, как один, поднялись вслед за ним, держа в руках кубки, полные вина.
– Я буду краток, ибо для меня всегда важнее факты, – произнес Влад. – Но вам известно также, братья, что я посвятил свою жизнь службе стране. Вы нужны мне, чтобы править и защищать то, что досталось мне в наследство, и вновь прославить землю, процветавшую при Мирче Старом!
– Да будет так!
– Да здравствует Твое Высочество!
– С днем рождения, с днем рождения!
Улыбаясь в ответ на поздравления, Влад поднял свою чашу и окинул взглядом стол, за которым собрались достойнейшие мужи страны, затем поднес ее к губам, и снова прогремели пушки, а с улицы донеслись ликующие возгласы толпы. Пир начался с сердечных пожеланий и до дна опустошенных кубков. К столу подносили все новые блюда, и гости принялись за еду, не забывая между делом расхваливать правление, начавшееся пять лет назад, не вызвав особого недовольства за пределами государства.
Вскоре у дверей послышалось какое-то движение; кто-то подал знак ворнику, и тот склонил свою белую бороду к уху воеводы:
– Твое Высочество, бояре из совета хотят доставить тебе удовольствие. Они пригласили сюда известного певца-лэутаря (8) из-за гор, чтобы он порадовал твой слух своими песнями.
– Проси! – велел воевода.
Стражники у входа развели в стороны копья, пропуская в зал молодого человека с длинными белокурыми волосами, падающими на плечи, в черных штанах, украшенных серебряными листьями и такой же черной безрукавке, надетой поверх белоснежной рубашки. В левой руке он держал красивую лютню из золотистого дерева, а в правой – венецианскую шляпу, украшенную перьями.
– Подойти, – доброжелательно подозвал его воевода.
Певец изящно поклонился, взмахнув своей шляпой и коснувшись ею пола, и все сразу поняли, что перед ними непростой человек. Затем он смело прошел вдоль стола и остановился в нескольких шагах от господаря.
– Кто ты? – спросил его Влад.
– Я Трандафир Брашовянин (9), великий воевода. Мне приходилось петь при дворах благородных правителей за горами; я развлекал бана (10) Крайовы (11), а в прошлом месяце сам славный граф Янку из Хунедоары удостоил меня чести несколько минут внимать моим песням.
– Добро пожаловать, – приветливо ответил господарь. – Ты убедишься, что и при нашем дворе умеют оценить искусство должным образом. Отведай нашего вина, а после настрой свою лютню, чтобы мы смогли послушать твои баллады!
Один из слуг тут же принес чашу, но певец отодвинул ее движением, исполненным грации.
– Вино – позже, – промолвил он. – Я попробую его лишь после того, как вы скажете, что вам понравилось мое исполнение. Хочу, чтобы мой ум был ясен, когда я буду выступать перед Твоим Высочеством и почтенным собранием.
Воевода одобрительно кивнул головой и подпер рукою щеку, приготовившись слушать. Все остальные гости также затихли в ожидании. Положив на колени свою лютню, певец настроил ее, слегка кашлянул в ладонь, чтобы прочистить горло, и начал:
– Я хотел бы рассказать вам историю о великом человеке из этих мест, которого давно забрала с собой смерть; но сын его сидит здесь во главе стола и с честью хранит отцовское наследие, ведя к славе имя Басарабов…
По залу пронеслись приглушенные возгласы восхищения. У лэутаря оказалась необычная манера исполнения: он скорее не пел, а говорил – мелодичным, теплым голосом, почти шепотом, лаская струны, издававшие сладостные звуки.
– То был господарь по имени Мирча, доблестный, мудрый человек; он сражался с самим Баязидом Молниеносным, грозой христиан, и победил его в честном бою; он явился на помощь принцам Европы в крестовом походе против турок, и только непомерные амбиции союзников лишили его триумфа, заслуженного им по праву. Великий Мирча строил церкви и возводил города на пути завоевателей, владел горами и Дунаем, а земли его простирались до самого Великого моря (12)… Но друзья этого Мирчи были ему друзьями лишь наполовину и оставили его одного перед лицом врага, и тогда язычники отняли у него крепость Джурджу, основанную им…
– Верно! – вскричал воевода, с силой ударив кулаком по столу. – Нам уже поперек горла встало господство турок над этим городом!
– Возводя эту крепость, – пел дальше Трандафир Брашовянин, – Мирча отдал огромные деньги: за каждый камень, заложенный в ее основу, он заплатил, словно за глыбу соли, чтобы богатая несокрушимая твердыня на берегу Дуная могла стоять веками…
– Правда, Твое Высочество! – воскликнул старый Петку на другом конце стола.
– Продолжай, – хмуро потребовал господарь.
– И однажды январскою ночью, перед тем, как отдать душу Богу, тот Мирча приказал своему сыну: «Исполни мою волю и отомсти за меня – вырви Джурджу из рук падишаха, чего не удалось добиться мне». И сын его, стоявший на коленях в изголовье, поклялся… И имя его Влад, сын Мирчи Басараба…
Влад Дракул рывком вскочил на ноги. Чаша с вином, стоявшая перед ним, покатилась по столу. Лицо воеводы выражало сильнейшее волнение.
– Так и было! – громко крикнул он. – Я поклялся вернуть этот город! И клянусь, что сдержу свое слово. Слушайте, сыновья мои, и вы, бояре и капитаны! Я не забыл приказа моего отца! Только суровые времена помешали мне исполнить клятву. Но этот день наступит! Еще раз клянусь перед вами памятью моего славного отца Мирчи Старого. И вы вместе со мною, братья, поклянитесь!
Все, как один, поднялись со своих мест, протягивая руки над большим столом, почти касаясь ладоней друг друга. Рука боярина Драготэ, спэтара (13) воеводы, пронзенная копьем, со шрамом, вившимся по ней до самого локтя; морщинистая, но крепкая рука Войку, разделившего с Владом все испытания еще до того, как тот занял валашский престол; руки братьев Станчу и Романа, старых боевых товарищей, рука самого воеводы, обожженная солнцем, уверенная и сильная…
– Клянемся вырвать у врага то, что принадлежит нам! – прогремел звучный голос господаря.
– Клянемся! – волной прокатился по залу пылкий ответ остальных.
Затем все вновь шумно расселись по местам, и лэутарь получил из рук самого воеводы кубок с красным вином:
– Твоя награда, талантливый певец! Ты заслужил ее по праву! Твоя песня дошла до наших сердец!
В пиршественном зале теперь зазвучала веселая музыка. Извинившись перед гостями, Влад Дракул оставил их продолжать празднество, а сам удалился. Он устал и хотел все обдумать в одиночестве. Воевода взял с собою лишь постельника (14) Войку, дрегэтора (15), который, согласно обычаю, заботился о покоях господаря и являлся его советником в самых секретных делах. Влад прошел с ним в маленькую, тихую комнату, расположенную в конце коридора.
Высокий бородатый солдат приветствовал их почтительным поклоном и, когда воевода остановился у двери, осторожно отомкнул замок и, с силой толкнув ее плечом, резко распахнул; затем взял факел в нише коридора и первым вошел внутрь. За ним последовал Влад-вода, а потом Войку, который сделал знак солдату выйти.
– Что это? – спросил господарь, указывая на большой сундук в углу комнаты.
– Это должно порадовать тебя, Твое Высочество, – ответил Войку. – Бояре из дивана (16) прислали тебе дары в знак любви и уважения. Желаешь посмотреть? Это очень ценные и красивые вещи!
Пожав плечами, Влад направился к высокому деревянному креслу в восточном углу комнаты, где обычно он часами размышлял в одиночестве над свитками, дорогими его сердцу.
– Я посмотрю их завтра, при свете дня, – сказал воевода, – и всех поблагодарю. А сейчас меня беспокоит нечто иное, Войку.
Постельник склонил голову:
– Позволь угадать, что именно. Лэутарь!
– Он самый. Этот юноша знает прекрасные песни и искусно их преподносит.
– Нужно позвать его и побеседовать с ним, – посоветовал Войку. – Без сомнения, это толковый парень. Почему он вдруг заговорил о Джурджу?
– Зови, – коротко приказал воевода.
Он снял с себя плащ и кольчугу и остался в белой шелковой рубашке, сшитой руками славной госпожи Евпраксии (17), которая, будучи нынче больной, находилась на попечении монахинь из снаговского монастыря.
Влад был уже не молод: когда он занял трон отца, ему было лет сорок, но князь отличался прекрасным здоровьем и проницательностью. Он с удовольствием погляделся в венецианское зеркало, заказанное у искусных мастеров перед его восшествием на престол.
– Это зеркало стоило, как самая породистая арабская лошадь, – невольно вспомнил Войку, возвратившись в комнату.
– Он здесь? – торопливо спросил господарь, устыдившись, что его застали любующимся собой, точно женщина.
– Да, и ждет твоих распоряжений.
Влад сделал постельнику знак, и тот отступил от порога:
– Входи, почтенный лэутарь. Господарь приглашает тебя!
Юноша медленно вошел, держа в руке свою большую шляпу, поклонился и в молчании остановился у двери.
– А где же твоя лютня? – спросил с улыбкой воевода. – Может, я попрошу тебя развлечь меня другими песнями?
– Если прикажешь, Твое Высочество, я немедля принесу ее. Но интуиция мне подсказывает, что ты позвал меня не для песен. Время праздника прошло, а музыка уместна за накрытым столом. Здесь же – уединенный кабинет для размышлений. Однако если пожелаешь, я спою.
– Ты прав, я не для песен пригласил тебя сюда, – признался Влад, коротко хрипло усмехнувшись. – Я хотел бы узнать, кто ты.
– Мое имя слишком скромное, чтобы задержаться в памяти благородных бояр и царственных особ дольше, чем на мгновение. Я зовусь Трандафир Брашовянин. И мое ремесло состоит в том, чтобы радовать людские сердца.
Князь остановил его суровым, нетерпеливым жестом. Тихонько подойдя к юноше, постельник быстро прошептал ему на ухо, пока Влад бросил беглый взгляд на сундук, подаренный боярами:
– Не шути с тем, кто не шутит, сынок. Наш воевода больше солдат, чем придворный, и не любит лишних витиеватых фраз. Лучше ответь ему прямо, без обиняков.
Трандафир Брашовянин перевел свой умный взгляд с князя, сидевшего в кресле рядом с полкой, заполненной пергаментными свитками и толстыми книгами в позолоченных кожаных переплетах, на постельника, хмуро поглаживавшего пальцами свою белоснежную бороду.
– Мои слова исходят от другого, – тихо произнес молодой человек. Затем осторожно подкрался на носках к тяжелой дубовой двери, инкрустированной орлами и драконами, и быстро отворил ее.
Из полумрака коридора показалось суровое бородатое лицо стражника:
– Что угодно, Твое Высочество?
– Ничего, Трэистару, ступай, – успокаивающе сказал постельник. – Твои братья пируют, но ты – на посту. Будь начеку.
– Не волнуйся, господин.
– В бочонках останется вино и для тех, кто послужит мне этой ночью, – добавил воевода.
Блеснув белыми зубами, солдат приставил острие копья прямо к своему сердцу в знак преданности и снова отступил в тень коридора. Трандафир Брашовянин закрыл за ним дверь и с улыбкой повернулся к воеводе:
– Я не трус, Твое Высочество, но миссия, порученная мне, важнее моей жизни. Я знаю, что рядом с тобой много верных друзей, но также есть люди, способные продаться врагу…
– Ну, мы их перехитрим, – пробормотал сквозь зубы Влад. – Однако, ты, похоже, знаешь больше, чем обычный лэутарь. Что у тебя за миссия? Рассказывай!
– Твое Высочество, мой господин – славный граф Янку де Хунедоары, воевода Трансильвании. Он желает тебе долгой жизни и успеха в борьбе с язычниками…
– Передай и ему мой привет и скажи, что эта весть порадовала мое сердце. Янку стал воеводой благодаря таланту воина и мудрости политика. Но как ему стало известно, что я собираюсь выступить против султана?
– Граф Янку много знает, – улыбнулся юноша. – Слуги его поливают воду из кувшина, когда умывается великий визирь. При дворе польского короля, как и во дворцах Буды и Венеции, даже в стране франков находятся наши люди. Граф Янку стремится знать все происходящее в мире, чтобы в удобный момент сокрушить силу турок. Янку из Хунедоары никогда не согласится на мир с султаном – вот что он поручил мне передать Твоему Высочеству.
– Мне тоже нелегко мириться с Портой, – со вздохом произнес Влад Дракул.
– Граф Янку знает это, – сказал Трандафир. – Вот почему он и послал меня поговорить начистоту с Твоим Высочеством и всеми, кому ты действительно доверяешь. Он не дал мне с собою письма, опасаясь шпионов: ведь у турок тоже есть свои друзья в Валахии… Не хмурься, славный воевода, ты ведь и сам прекрасно знаешь, что это так. Вот почему Его Высочество шлет тебе обещание дружбы и единства в борьбе против султана, который часто грабит ваши земли, также как и наши. Ты видишь, как из года в год империя Полумесяца становится все сильнее, и там, куда вторгаются ее орды, нет покоя другим народам…
– Верно, – согласился Влад. – Мой отец сражался в жестоких войнах с турками и видел, сколько крови было пролито. Он с детства воспитывал меня, как солдата, я осваивал военное ремесло в Нюнберге и Адрианополе. Вся моя молодость прошла в походах…
– Но это был полезный опыт, Твое Высочество. Не так много дворян может похвастаться тем, что получили орден Дракона из рук самого германского императора.
– Тебе известно и это, – прошептал Влад-вода, отводя глаза.
– Да, Твое Высочество. Ты храбрый боец и мудрый правитель; сейчас у тебя есть богатая страна и сильное войско. Мы ждем, что ты поможешь нам в борьбе с язычниками, объединившись с армией христиан…
Влад Дракул стоял неподвижно, глядя вниз и скрестив руки на груди – там, где на золотой цепи висел свернувшийся дракон. Все трое молчали, слышно было только слабое потрескивание факела, озарявшего комнату. Наконец, постельник отошел в темный угол и взял со столика кувшин:
– Давайте проясним наши мысли, испив немного вина из долины Арджеша, – предложил он негромко.
Господарь кивнул ему в знак согласия и молча выпил легкое прохладное вино. Но когда Войку еще раз наполнил кубки, решительным жестом отодвинул кувшин.
– Дать ответ не просто, – молвил он приглушенным голосом. – Я помню, что славный граф Янку помог мне подняться на валашский престол, и мой долг – быть ему верным другом. Но здесь я нахожусь под властью турок, честный боярин Трандафир, и вынужден платить им дань, как это делали и мои предки.
– Не плати, – сурово сдвинув брови, ответил юноша.
– Если я не заплачу деньгами, нам придется платить кровью, – произнес с тяжелым вздохом воевода. – Моей и моего народа.
– Союз с графом Янку сделает вас сильнее. Объединитесь с ним, и он избавит вас от этой напасти. Ты не можешь вечно быть в долгу перед султаном, готовым поглотить всю Европу. Времена меняются, Твое Высочество: два года назад, на собрании высшего католического духовенства во Флоренции, было принято решение уступить язычникам Константинополь – центр всего христианского мира…
– Город света, – с горечью прошептал Влад-вода. – Я знаю в нем каждый дом, каждый холмик, и я полюбил море, в котором, как в огромном зеркале, отражаются его мраморные дворцы. Ты ведь знаешь, Трандафир Брашовянин, что в юности я служил в гвардии Иоанна, императора Византии.
– Если христиане в скором времени не объединятся, Иоанн останется без своей империи, – твердо сказал Трандафир. – Вот почему он принял решение о крестовом походе. Ближайший советник императора, камергер Торзелло, объяснил совету наше положение и произнес слова, которые впоследствии облетели весь христианский мир. Их записали на пергаменте, но я бы высек их на камне здесь, перед воротами твоей великой крепости.
– Что за слова? – оживился Дракул.
– Я запомнил их и в точности передаю тебе, великий воевода. Торзелло сказал, что крестовый поход принесет победу лишь в том случае, если в нем примет участие господарь Валахии с пятнадцатью тысячами своих всадников, самыми отважными воинами на земле!
Глаза Влада блеснули под густыми бровями.
– Он так и сказал?
– Да, именно так, великий воевода, – в присутствии капитанов, известных на весь мир! И никто даже не удивился этой похвале. Напротив, они были рады, что могут надеяться на твою поддержку.
– И до графа Янку тоже дошли эти слова?
– Я услышал их именно от Его Высочества. И он велел передать тебе, что если мы не воссоединимся, султан перебьет нас поодиночке и превратит в своих жалких рабов…
Влад в раздумье прошелся мимо полки с книгами. Его шпоры ритмично позвякивали, ударяясь о каменные плиты пола. Через несколько секунд маленькая уединенная комната слова погрузилась в тишину, для которой она и предназначалась.
– Передай Его Высочеству, воеводе Трансильвании, мой ответ, – заговорил, наконец, Влад. – Наша дружба с турками – лишь временная и вынужденная необходимость. Скоро я снаряжу свои пятнадцать тысяч воинов и сверх того – еще несколько войск страны. Пускай Его Высочество выступает, как только оттает Дунай. А пока у нас есть время как следует подготовиться. И пожелай от меня удачи Янку воеводе!
Опустившись на одно колено, Трандафир, по обычаю рыцарей запада, поцеловал кольцо с печатью на правой руке князя и, поклонившись постельнику, вышел из комнаты. Некоторое время Влад задумчиво смотрел на тяжелую дубовую дверь, словно читая на ней тайное послание, затем обратился к своему советнику:
– Что скажешь, брат Войку?
– Скажу, что ты верно рассудил, воевода. Турки пьют нашу кровь и отбирают добро, а за мир с ними мы платим золотом и страданиями. Крестьяне из Путинея (18) снова жаловались, что из Джурджу выезжали янычары за добычей.
– Много?
– Сотни две, Твое Высочество. Они ограбили их и сожгли дома.
– Не будет мне покоя, пока я не освобожу нашу крепость, – сжав кулаки, проговорил сквозь зубы Влад.
– На суше это невозможно, господин. Там крепкие стены, как хотел сам славный Мирча. А на воде город охраняют корабли.
– Корабли… – пробормотал воевода. – Есть у меня одна мысль, постельничий, по поводу этих кораблей. Был бы у нас еще хотя бы год передышки… Но это мы обсудим завтра на господарском совете. Разве мало у нас причин для войны?
– Достаточно, Твое Высочество. А сейчас тебе нужно хорошо отдохнуть: завтра нам предстоит важный день.
– Прикажи принести мне в опочевальню свечи и немного свежей воды. У меня есть латинская книга из Нюнберга, и я хотел бы внимательно почитать ее перед сном.
– Думаешь найти там идеи для завтрашнего совета?
– Надеюсь. В каждой книге заключается мудрость, Войку. Важно уметь понять ее и уловить скрытый смысл.

***

Дрэкуля, сын воеводы, пировавший с гостями, неожиданно настороженно повернулся к сидевшему рядом с ним к юноше:
– Костя, я чувствую в сердце смутную тревогу. Как ты думаешь, спит ли в этот час турецкий шпион?
– Не думаю, Твое Высочество. Скорее всего, он где-то рядом.
– Нам нужно отыскать его.
– Отыщем, Твое Высочество!
– Идем! Пока бояре не подозревают ни о чем, мы все сами разузнаем.
Влад обладал редким талантом пробираться всюду незаметно и неслышно, за что его и прозвали волшебником. Он потихоньку покинул зал для пиршеств, где бояре, разогретые песнями и выпитым вином, громкими голосами рассказывали друг другу о своих подвигах. Мирча и Раду, его братья, по прежнему сидевшие во главе стола, с восторгом слушали их речи; момент был более, чем подходящий, и Влад воспользовался им. Выскользнув в темный коридор, местами озаренный мерцающим пламенем факелов, сын господаря остановился и жестом подозвал к себе Костю:
– Где стража, охраняющая потайную комнату? – шепнул он ему на ухо.
Пожав плечами, Костя сделал несколько шагов вглубь коридора и внезапно вскрикнул:
– Караульный здесь, и, кажется, он мертв!
Одним прыжком Влад оказался рядом с ним. Бородатый охранник лежал у стены с окровавленной грудью.
– Мертвый! – выдохнул Влад и, обернувшись, громко крикнул: – Эй, стража!
Несколько солдат выскочили из соседней комнаты с мечами наготове.
– Кто еще стоял на карауле вместе с Трэистару? – сурово спросил Влад.
– Я, Твое Высочество, – дрожа, отозвался низенький солдат. – Я на секунду отошел, чтобы попить воды. Всего на миг…
– Этого оказалось достаточно, – резко оборвал его Влад. – Трэистару убили. А тебя ждет кол, завтра на рассвете.
– Твое Высочество! У меня дома жена и дети, – взмолился бедный стражник. – Прости меня, Твое Высочество! Я искуплю свою вину в бою. По крайней мере, я умру не как разбойник. Позволь, Твое Высочество!..
– Ладно, посмотрим. А сейчас не тратьте время, обыщите весь дворец! И двор. И окрестности. Он не мог уйти далеко. Расспросите всех, не видел ли кто чужака!
Стражники поспешно бросились исполнять приказ. Влад обернулся к своему отцу, который вышел из опочивальни и с удивлением следил за всей этой суматохой:
– Отец, Твое Высочество, был убит охранник. Это значит, что враг тайком пробрался в наш дом. И я знаю, кто это!
– И кто же? – встревоженно спросил господарь.
– Турецкий шпион из крепости Джурджу. Он узнал о празднестве и пришел сюда, чтобы подслушивать.
– И что он мог услышать? Наши песни? – притворился удивленным Дракул, затем тихо добавил: – Послушай, сын мой! Если речь идет о песнях, невольно вспоминаешь о певце. Если все так, как я подозреваю, то это ужасно. За мной! – И он бросился к маленькой комнате вместе с Владом и Костей.
Тяжелая дубовая дверь оказалась распахнутой. Внутри царила темнота. Вырвав из рук солдата факел, Костя первым вошел туда с мечом в руке. Князь и его сын последовали за ним. Все трое быстро огляделись: комната была пуста. Влад Дракул приблизился к огромному сундуку, в котором, как ему сказали, было сложены подарки бояр. Внимательно осмотрев его, он вдруг испустил гневный крик:
– Смотри, сынок! В сундуке есть боковая дверца, а за ней – тайник, в котором мог укрыться человек. Вот даже отверстия для воздуха. Кто изготовил этот ящик?
– Реджеп, армянский мастер, – сказал постельник, явившийся на шум.
Наклонившись, господарь, откинул тяжелую дверцу, которая с грохотом ударилась о пол.
– Со шпионом все ясно, – мрачно сказал он. – Слушайте, дорогие мои. То, что сегодня произошло в этих стенах, не предназначалось для турецких ушей. Разбойник пробрался сюда, спрятался в ящике и ждал. Он предвидел, что услышит интересный разговор, и не ошибся. Обещаю сто дукатов тому, кто принесет мне его голову!
Последние слова, гневно произнесенные князем, мгновенно облетели весь дворец и усилили рвение его подданных. Но шпион как сквозь землю провалился.
Влад Дрэкуля старался усерднее всех, как человек, имевший старый счет с этим язычником. Сразу же сообразив, что турку незачем задерживаться во дворце после того, как он услышал все, что нужно, Влад отправился в дом Реджепа, армянского мастера. Старая швея, отворившая ему дверь среди ночи, сказала, что мастер уехал еще утром в большой спешке, и ей неизвестно, куда. Тогда сын воеводы решил пойти к воротам крепости. Вдвоем с Костей они долго скакали по извилистым улочкам, окутанным тьмой. Когда же, наконец, добрались до ворот, стражник окликнул их:
– Эй, кто идет?
– Сын господаря, – громко отозвался Влад.
– Подойди, Твое Высочество, – почтительно сказал охранник, опустив короткое копье. – Что-то произошло?
– Мы ищем беглеца, – приблизившись, ответил Влад Дрэкуля. – Сильный мужчина. Возможно, верхом, а может быть, пеший.
– Беглеца я не видел, – как-то неуверенно промолвил караульный.
– Подумай хорошенько. Я не могу поверить, что он остался в крепости после того, как убил стражника возле двери господаря.
– О, Твое Высочество!.. Возможно… – встревоженно проговорил солдат. – Только что мимо проходил один цыган. Он сказал, что направляется в свою палатку на берегу Арджеша, что он засиделся в трактире, и вожак его выпорет, если узнает.
– И ты пропустил его?! – в негодовании вскричал Дрэкуля.
– Прости, Твое Высочество!
– Болван! На берегу Арджеша нет никаких палаток. Тебя обвели вокруг пальца. Скорее открывай ворота!
Оба юноши галопом поскакали вслед за беглецом. Проехав несколько миль, Влад остановил коня и сказал своему слуге:
– Все напрасно, Костя. Нам уже не догнать этого турка, либо мы прошли мимо него. А может быть, он в нескольких шагах от нас – лежит в кустах и ждет, когда мы уйдем. Но в темноте мы не найдем его.
– Так – что? Пусть продает нас? – с жаром воскликнул Костя. – Ушам своим не верю, Твое Высочество! Давай вернемся в город, возьмем солдат с факелами и прочешем всю округу…
– Не стоит, – удержал его Влад. – Этот шпион хитер и умеет надежно скрываться. Но сколько бы он не прятался, мы знаем, куда он направляется: к своему хозяину, который подослал его. Возвращаемся. На рассвете, парень, мы поедем в крепость Джурджу. Займемся там торговлей. А нашим приобретением станет голова турецкого лазутчика.
Костя взглянул на своего хозяина. В лунном свете блеснули белые зубы Влада Дрэкули, и юному слуге подумалось, что турку точно не поздоровится.

ПРИМЕЧАНИЯ ПЕРЕВОДЧИКА:

1. Нёне – обращение к старшему брату или вообще к старшему по возрасту.
2. Мурад II (родился в июне 1404 — умер 3 февраля 1451) — султан Османской империи, правивший в 1421—1444 и 1446—1451 годах.
3. Dracul – в переводе с румынского «дракон» или «дьявол».
4. Вистерник – государственный казначей.
5. Ворник – представитель господарской власти в городе, в чьи функции входило наблюдение за сбором налогов, выполнением горожанами повинностей и содержание господарских дворов.
6. Арджеш был столицей Валахии до 1430 года; с 1430 по 1660 г. – Тырговиште, а позже – Бухарест.
7. Пахарник – боярский чин; человек, ведавший обеспечением господарского стола и двора вином, управляющий господарскими виноградниками.
8. Лэутарь – происходит от слова «лэута», что по-румынски означает «лютня».
9. Trandafir – по-румынски «роза», слово мужского рода.
10. Бан – титул помещика.
11. Крайова – в современной Румынии – город в регионе Олтения, административный центр жудеца Долж.
12. Великое море – дно из древних названий Черного моря.
13. Спэтар – должность при дворе, которая изначально предполагала ношение меча и булавы правителя при церемониях, позднее – военачальник.
14. Постельник (постельничий) – боярский чин; человек, ведавший спальней господаря, а также – доверенное лицо при переговорах с иностранными послами.
15. Дрегэтор – боярин, занимающий должность в государственном аппарате, член господарского совета. Со временем эти бояре стали исполнять административные, военные и судебные обязанности. В течение веков сановные обязанности одних дрегэторов получили еще большее значение, а у других – уменьшились или изменились.
16. Диван – господарский совет. В Валахии и Молдове, как и в ряде османских государств, совет назывался диваном.
17. Евпраксия – дочь Александра I Доброго, молдавского господаря из династии Мушатинов. По словам историка Флореску, ее звали Евпраксия. Историк Матей Казаку пишет, что она была второй женой Влада Дракула. О первой жене он не упоминает.
18. Путиней – в современной Румынии – коммуна, расположенная в уезде Джурджу, состоящая из трех деревень: Ходивоая, Путиней и Виеру.


ПОЛНОСТЬЮ РОМАН МОЖНО БУДЕТ ПРОЧИТАТЬ ЗДЕСЬ:
https://ficbook.net/readfic/11757205#part_content
К сожалению, ссылка неактивная. Ее нужно скопировать и вставить в адресную строку.

А здесь вы сможете прочесть первый роман, который я перевела с румынского. И он также посвящен Владу Цепешу. https://ficbook.net/readfic/10429766
Мой профиль на You-Tube, где вы можете увидеть немало видео о Владе Цепеше, Суини Тодде, Джекилле и Хайде (мюзикл) и многое другое:
https://www.youtube.com/channel/UCC8yzLRt-ZYNUxTdJFCNpAw
Посмотреть и скачать все мои фотоколлажи и рисунки на тему «Дракула и Ко» можно на сайте «Книга фанарта»:
https://fanart.info/art/art-by-fandom/37758
А здесь все темы подряд:
https://fanart.info/users/13144