Локдаун: или как найти парня на конец света

11.8

- Откуда этот шрам? - я провожу кончиком пальца по светлому рубцу ниже его ключицы. Лежа в кровати под белый легким одеялом, говорим в полголоса, почти шепотом и с небольшой ленцой.

- В детстве мы играли на стройке, и я напоролся на арматуру.

- А ты опасный. Но я думала, что в тебя стреляли.

- В твоем воображении я почти гангстер.

- Расскажешь, чем занимаешься?

- У меня ресторанный бизнес, если ты забыла.

Я цокаю языком.

- А чем промышляешь в клубе?

Стас тихо хмыкает.

- Хорошо, - продолжаю я и переворачиваюсь на спину, - Давай начнем с моих страшных секретов. В следующем году мама ждет, что я получу диплом, а я бросила ВУЗ еще на первом курсе.

- Почему?

- После чреды скучных лекций, постоянной теории и бессмысленных домашних заданий на протяжении года, я пришла на телевидение, чтобы пройти летнюю практику. В первую же неделю попала на тему громкого убийства и сразу же почувствовала драйв. Пока меня заставляли постигать журналистику на страницах учебников, все происходило здесь и сейчас. Я бросила учебу, чтобы стать репортером. На практике я получаю больше знаний. Зачем мне ВУЗ, если я и так знаю, чего я хочу.

- То есть для тебя ВУЗ…

- Место для студенческих тусовок, - заканчиваю его мысль, - В нем ты просто выигрываешь время, чтобы еще раз подумать, чем ты точно не хочешь заниматься в жизни. Теперь ты.

- История, которая тебя так интересует, уже закончилась.

- Все равно хочу знать.

-  Когда мы впервые встретились, клуб еще не принадлежал мне полностью. У меня были партнеры, которые настояли однажды на подпольном казино. Оно приносило много денег и еще столько же проблем. И вот в  тот вечер, пока наверху люди напивались, внизу серьезные дяди проигрывали состояние, а потом решили, что мы в фильме Тарантино. Мне тогда повезло выйти сухим из воды.

- А сейчас?

- А сейчас – только легальный бизнес и никаких партнеров, если ваши взгляды на него не сходятся.  Кстати, - Стас выпускает меня из объятий и покидает нашу уютную кровать. 

- Ты куда? – приподнимаюсь на локтях и наблюдаю за тем, как он ищет что-то в кармане своего пиджака. Разглядеть предмет в темноте у меня не получается.

- Все этим вечером пошло не по плану, - Стас возвращается в постель, - Хотя его финал даже лучше, чем я ожидал. Мне нужно, чтобы ты села.

- У нас какие-то ролевые игры?

- Пока нет, но идея хорошая.

Я сажусь.

- Спиной ко мне, - Стас нежно убирает мои волосы, как только я выполняю его требование. Сначала слышу позади звук открывающейся коробочки, потом чувствую мужские руки на шее и легкую прохладу металла. Когда Стас справляется с крохотной застежкой, то нежно целует меня в плечо.

- С днем рождения, - теперь я ощущаю его дыхание рядом с моим ухом, - Я хотел подарить его еще в ресторане, но нам помешали.

- Что это? – касаюсь металла рукой, а потом тянусь к зеркальцу, лежащему на прикроватной тумбочке, - С ума сойти!

- Нравится?

Я начинаю кивать головой, как китайский болванчик.

- Это же картуш! Ты знаешь, почему имя фараона писали именно в овале? Он символизирует вечную защиту…

- А здесь не имя какого-то там фараона, - Стас прерывает поток моих энциклопедических знаний, - Здесь твое имя.

Я беру в руки овальную подвеску и смотрю на иероглифы внутри. Я не очень сильно в этом разбираюсь, но, кажется, здесь правда зашифровано мое имя.

- Спасибо. Это один из лучших подарков, которые я получала, - тянусь к Стасу, чтобы поцеловать. Он улыбается и  медленно отклоняется назад, заставляя меня последовать за ним и лечь обратно в кровать. Через час я засыпаю, чувствуя себя настолько счастливой, что становится даже тревожно. Будто моя белая полоса не может длиться слишком долго.

Не смотря на это, утром мое настроение не меняется. Я уже и забыла, насколько это прекрасно просыпаться вместе с любимым мужчиной. Мы завтракаем на террасе, а потом, как и обещал, Стас все же отвозит меня на пирамиды.

- Морковка, почему вместо древностей, ты не могла увлечься чем-то более веселым? – Ста поднимает на нос свои солнцезащитные очки, - Производством виски, Формулой-1 иди Диснейлендом на худой конец? Сейчас бы не пришлось жариться под солнцем.

Он морщится. Даже не знаю от солнца или от  крика ребенка, с капризами которого его бедная мать не может справиться. Абстрагироваться от шума и туристов у меня получалось лучше, чем у Стаса.

- Как ты можешь оставаться ко всему этому равнодушным? Здесь потрясающий вид!

- Этой ночью я видел куда более впечатляющие виды. Да простят меня фараоны. Тем более в нашей спальне крики были куда приятнее.

Я смущенно улыбаюсь, а ребенок снова закатывается истерикой.

- Ты, кстати, замечал, как  по-разному мужчины и женщины относятся к деторождению? Женщины называют это миссией, -  специально произношу это слов с придыханием, рисуя в воздухе невидимую радугу, - А мужчины – долгом.