Lookism

Глава первая. Пять минут.

 – Эй,  Пика, слетай мне за булочкой в кафетерий в конце улицы. У тебя пять минут.

Каждый день, я вынуждена преодолевать три лестничных пролета в школе,  пятьсот шагов вдоль исписанного нецензурной бранью забора, обежав фонтан пройти через дорогу ( зачастую на красный свет, чтоб сэкономить каждую секунду времени), и взбежав на пятый этаж торгового центра возвращаться обратно.  Нет, я не атлетка. Я -  павшая жертва лукизма.

Запыхавшаяся груда одежды никому не могла показаться девушкой семнадцати лет. Спутанные сальные волосы, жирная кожа обильно покрытая огромным количеством угрей и заплывшие теплыми волнами жира складки подбородков и маленькие свиные глазки спрятанные под толстыми линзами, криво сидящих но крупном носу, очков.

 – Хонг Чо Хи, тебе не противно так унижаться? - Ехидные взгляды одноклассников прожигали  спину, заставляя краснеть не только лицо с ушами, но и шею, казалось бы вплоть до лопаток. По спине прошел табун мурашек, вслед за холодной капелькой пота.

 –  - Да не смеши народ, Пелль Ччи, Пикачу это самой нравится ! - Осоловело пробасила школьница,  – и ты опоздала,  – перевела на жертву свирепый взгляд главная задира класса и подманила испуганную посыльную к себе.

 –  Хюн-сомбэ, прости пожалуйста мне эту минуту! Пожалуйста, закрой глаза на это единственный раз!  –  Измученная Хонг из последних сил принялась умолять свою мучительницу о снисхождении, стоя на трясущихся от усталости и напряжения ногах и только страх не позволял её упасть на колени посреди коридора.

 – Я же четко сказала тебе, пять минут, Пикачу. Или ты разучилась понимать что тебе говорят?   – Старшеклассница схватила младшую за плечо и сжав со всей своей геркулесовой силы, заставила без того обессиленную собеседницу опуститься на колени.  – Я не повторяю дважды, пять минут - это пять минут!  – Великанша шмякнула ногой под дых опустила грузную ногу на грудь распластавшейся по полу девушки.

 – Хюн-онни, но ты только что повторила это дважды!  – - Глупо похихикала стоящая рядом блондинистая пигалица, ранее названной Пелль Ччи.

 – Пикачу,  я выбираю тебя! - Хулиганка надавила на ребра пяткой, кровожадно улыбаясь и ожидая реакции жертвы. А та, боясь еще больших истязаний не заставила себя ждать.

С огромным трудом преодолев всю тяжесть и боль, Хонг выкарабкалась из под сапога оставившего на теле ребристый след подошвы села на корточки и …

"Пика-а-а! Чу-у-!" Прыгая на одном месте,  девушка все повторяла и повторяла проклятое "пика", пока силы не оставили ее и она ее завалилась на бок захлебываясь кислородом и слезами.

 – Ну и мерзость, пойдем отсюда,  – увидев что жертва не  в состоянии больше продолжить зрелище, компания возглавляемая Дэ Хюн, самой засидевшейся в школе ученицей, забрали принесенную из кафетерия еду и удалились, оставляя лежащую школьницу захлебываться безысходность своей жизни и жалостью к себе.

 – Чо Хи, дорогая ужин готов.  – Вкрадчивый голос мамы раздался с другой стороны запертой двери.  

–  Что на ужин, надеюсь не что-то от чего я потолстею? - Девушка скинула с грузного тела одеяло и уставилась в потолок.

–   Нет, что ты говоришь? Вкусный оден и самгепсаль, как ты любишь.   – Женщина робко потопталась у двери и пошла прочь к плите. 

–  Ну, ма-а-ма. Я же говорила что я на диете!  – Хонг с шумом распахнула дверь спальни и появилась на маленькой кухоньке, слишком маленькой для неё и её хрупкой как трость матери. Несмотря на свои стенания о диете, девушка приземлилась за стол и умяла всю порцию за раз, добивая все кусками жирной свинины. 

 – Как ты хорошо кушаешь, - умилилась женщина прихватывая со стола свою пару палочек, чтобы получить свой перекус перед тем, как вновь отправиться убирать всю посуду и отправляться на ночной сбор макулатуры.

 – Мам, я хочу переехать.  – - Не дожидаясь пока женщина закончит свою трапезу, Чо Хи выпалила мысль бьющую набатом в голове целый день.  Мать вздрогнула так и не успев взять и кусочка мяса и уставилась на своё дитя. 

 – Доченька, что-то случилось? Ты же знаешь что у нас сейчас проблемы с деньгами, но если что-то серьезное, то я позвоню оппе Чан Хуну и займу у него в долг. Мы переедем.  – Волнение тихо заполнило уставшие и от того впалые глаза женщины и Чо Хи замешкалась.

 – Нет-нет, ничего. Я так, мысли в слух, не стоит занимать у него снова. Он хоть и твой брат, но ставить семье такие бешеные  проценты за одолженные деньги. Чёрт! Он хуже самых мерзких ростовщиков! Забудь, я пойду. Мне нужно заниматься. – Брошенные на стол палочки звонко бряцнули о пустую тарелку, а  Чо Хи поднялась из-за стола и громко хлопнув дверью скрылась в комнате, оставляя одинокую мать наедине с сожалением о том, что она не может дать своей девочке лучшую жизнь.

 – Прости меня, Чо Хи-я, я  недостаточно для тебя стараюсь. 

                                                                           ***