Лорды гор. Трон над бездной

Глава 11

Прищурившись, я-Айрани пристально рассматривала претендентку в королевы от Белогорья. Что подскажет огонь ее жизни, горевший в каждом сердце?

В глазах рябило от блеска бриллиантов и сполохов на ее платье. Защитный кокон, а не бальный наряд! Таррэ принял меры от взгляда огненной магии.

Но… Недостаточные.

Мне кажется, или у огня Сиаль два странных отблеска – зыбких, едва уловимых, крохотных, как искры? В этом неправильность?

Прикоснуться бы к ней без перчаток!

Но нельзя. Еще первый огненный король Астарг фьерр Ориэдра ввел в равнинах моду на них.

Оно и понятно: он-то, как и я теперь, носил особые, магически укрепленные аксессуары, которые защищали подданных от его опаляющего прикосновения. Уцелевшие после бойни аристократы Гардарунта начали подражать завоевателю. С тех пор появиться на балу с голыми руками означало позор и бесстыдство, как прийти без платья.

Лэйр с партнершей возглавили цепочку пар, перетекавшую из одного конца зала в другой.

Фантом молчал, демонстративно не интересуясь дамой – в соглашении с Таррэ ничего не говорилось о моей обязанности развлекать его дочь, а мой предшественник, рыжий грубиян Роберт, прямо завещал: «Не пускай пыль в глаза без необходимости, Лэйрин. Пыль способна погасить твой огонь не хуже воды». Вот и следую заветам.

Сиаль тоже безмолвствовала, поджав губы. Ни малейшей попытки соблазнить короля! Удивительно.

Зато я, оставив мою фантомную куклу механически двигаться в изящных па, без помех сосредоточилась на другой проблеме: Таррэ хищно оглядывал зал и, выцепив яркий сполох волос Инитаэры, направился в ее сторону.

И это повергло меня в панику. Где там мои коварные планы поддразнить и отвлечь прожженного горного интригана?! Ноги бы унести фантомные!

Я заставила мою прекрасную княжну вцепиться в Светлячка и прошептать:

– Ах, ваша милость, этот дворец хуже лесных дебрей. Я совершенно в нем не ориентируюсь, а мне срочно нужно припудрить носик! Прошу, проводите меня.

И почему мне показалось, что губы Инитаэры едва шевелились, голос дрожал, ноги заплетались, а ее голова и плечи дергались в попытке развернуться.

Что происходит? Откуда такое сопротивление? Как будто моей воле противостоит чья-то еще! Но тагого же быть не может! Неужели тот глоток «корня солнца», что влил Таррэ в гуьы Инитаэры, до сих пор гуляет по венам сотворенной мной куклы?

Или… когда сбрендивший фантом поцеловал высшего, тот применил свою магию? Как-то воздействовал на Инитаэру? Отравил? Зачаровал? Ведь я ничего не знаю о тайном оружии Семерки и этого конкретного белоглазого, могу только догадываться! Вот хотя бы по этому странному сопротивлению моей воле, по усилию, которое теперь от меня требуется, чтобы управлять магическим созданием.

С Лэйром почему-то куда проще.

Или… моих сил просто недостаточно, чтобы держать под контролем столько фигур, включая десятки преобразованных рубинов? Да и тайные башни требуют искры внимания, и связь между ними надо поддерживать. Хотя тут – я чувствую – все еще помогает огненный дух Роберта.

Я с трудом заставила Инитаэру ускорить шаг.

Таррэ, расталкивая танцующих, бросился следом. Он мог бы и перенестись за один миг и схватить беглянку, но приличия еще удерживали. Семерка не хотела лишний напоминать гардарунтской знати о том, что вейриэны – не люди.

Но в этот миг Лэйр и Сиаль, танцуя (целенаправленно, разумеется), оказались в двух шагах от меня-Айрани, полускрытой неподвижной фигурой Яррена.

Крохотная искра сорвалась с моих пальцев, скользнула, ужалила. Леди Сиаль вскрикнула, схватившись одной рукой за платье чуть пониже левой ключицы, где только что красовался родовой знак дома Антаре.

Застежка вдруг расстегнулась и уколола, какая жалость.

Бриллиантовая брошь в виде свернувшейся в кольце белого пламени саламандры грохнулась на пол, под ноги танцующих.

Таррэ, все же забыв и о приличиях, и об ускользающей авантюристке, мгновенным вихрем оказался рядом с приемной дочерью. Инитаэра успела выйти из зала. Ничего, лесную княжну и позже попытать можно, правда же? Никуда не денется.

Уфф. Уже легче. Все-таки рано мне играть тремя фигурами одновременно, да еще в таких жестких условиях!

– Что случилось, леди? – мой Лэйр недоуменно свел брови.

– Я… простите, ваше величество. Моя брошь расстегнулась… –

– Сиаль, нужно осмотреть рану! – заявил вейриэн. За упавшим украшением он не соизволил наклониться. Протянул руку, и оно само прыгнуло в его ладонь. По любопытствующим рядам придворных пронеслись охи и ахи.

– Раны нет, отец. Легкая царапина.

– Мой родовой амулет так просто не сломается. Идем. Лекарь осмотрит.

– О нет! – возмутилась горная леди. – Говорю же, ерунда. Не стоит хлопот!

Таррэ повернулся к безмолвному первому ученику Рагара, взиравшему на суету с равнодушием скалы.

– Фье Яррен, все произошло на твоих глазах. Ты что-нибудь заметил? Кто напал?

– Не видел. Я смотрел в этот момент на вас, мастер, и гадал, успеет ли коршун сцапать рыжую птичку?

Таррэ скривился от неприкрытой насмешки, но проглотил. Лишь глаза чуть прищурились. Запомнит и вернет укол, без сомнения.

Я выступила из-за спины полукровки.

– Мастер Таррэ, позвольте помочь вашей дочери.

– Чем вы-то поможете? – он презрительно фыркнул.

– Я умею бинтовать и зашивать прорехи. У леди пострадало платье… Чуть-чуть, но… Не стоит такую ценность доверять слугам, они не справятся с магической тканью.

Горянка покраснела и приняла мою помощь:

– Спасибо. Если вас не затруднит.

– Нисколько. В наших лесах царапины не редкость.

– Фье Яррен, проводи леди в мой парадный кабинет, – заявил Лэйр. – Там никто не осмелится их побеспокоить. Я прикажу принести дамам иголку и нитки.

Таррэ насмешливо покосился и согласно кивнул:

– Заодно и поговорим… ваше величество. Пока дамы будут заняты.

– Позже, мастер. Всего третий танец, не лишайте меня развлечений. К тому же, кажется, княжна Инитаэра вернулась в зал.