Лориана. История пропавшей принцессы

Глава 9

Хотелось кричать. Так, чтобы слышал весь замок. Но вместо этого я сцепила зубы, сдерживая рыдания. И причиной было вовсе не чувство обиды или желание справедливости.

Больно было потому, что рассердился на меня именно Даанэль. Боль... Не та, которую испытывает влюбленная девушка, а ... какая-то детская, что ли? Когда на тебя кричит один из самых дорогих людей: родитель, сестра, брат.

Брат...

Перед глазами так и стоял серебряный ангелок и лицо, с которым король смотрел на него.

Хотелось оказаться как можно скорее в своей комнате и забиться в самый дальний угол. Знала ли Роланда о том, что именно находилось в свертке? Какую реакцию вызовет вещица? И если да, почему велела отнести ее мне?!

Боль усиливалась. А я все крепче прижимала кулачок к груди, где так сильно стучало сердце.

Перед глазами все стало расплываться — больше я не сдерживала слезы. Скатившись по стене, уткнулась лицом в колени и беззвучно заплакала.

Стало стыдно за себя. Все десять лет меня учили выдержке, тому, что независимо от ситуации нужно держать лицо. «Запомните, женщина за жизнь примеряет не одну сотню масок! — поучала мадам Порша, расхаживая туда-сюда перед нами. — И вы — слышите меня?! — не имеете ни малейшего права снимать какую-либо из них! Как бы вам ни было противно, тоскливо или невыносимо — вы не имеете на это права! Лицо женщины создано для масок, которые она, надев однажды, не снимет никогда!»

Сегодня Даанэль будто напомнил мне об этом негласном правиле...

***

Следующие несколько дней я всячески избегала встреч с его величеством. Когда экономка отдавала служанкам поручения, старалась взять себе то, что никак не связано с королем. Или же сделать задумчивое выражение лица и «не услышать», что меня зовут.

— С тобой все в порядке? — Как-то подошла ко мне взволнованная Мирта. — Ты сама не своя в последнее время...

Выдавив из себя улыбку, погладила ее по руке:

— Не переживай.

По взгляду подруги поняла: не поверила. И меня в любом случае ждет откровенный разговор... Но только потом. Потому что сейчас я не хотела вновь прокручивать в голове все домыслы.

Мне перепала работа на кухне, и я с радостью понеслась туда. Берту было слышно уже на подходе — ее начальственный тон ни с чьим не спутать!

Осторожно открыла дверь, а затем просунулась внутрь. Увиденная картина вызвала первый за последнее время искренний смех. Девушки метались туда-сюда, нарезая продукты, все звенело, шипело, шкварчало... Берта же, как и полагалось жене отставного военного, с глазом как у орла и нюхом как у собаки следила, чтобы все и вся работали как надо.

— О, Лисса! — заметив меня, женщина приветливо махнула рукой. — Ты к нам какими судьбами?

Девушки облегченно выдохнули, решив, что Берта отвлеклась. Но, увы, она тут же прикрикнула на них, мол некогда жаловаться и разводить сырость. Послышались печальные вздохи, и работа продолжилась.

— Да вот, отправили к вам на помощь, — пожала плечами я.

— Отчего же нет? Дел всегда невпроворот, а свободных рук не хватает! — Меня окинули подозрительным взглядом. — Чего это ты такая бледная? И синяки под глазами... Что стряслось?

— Да ничего, Берта... — Ага, если бы! — Я, кажется, совсем не выспалась...

— Зубы-то мне не заговаривай! — Всего миг — и передо мной была уже не добродушная хозяйка кухни, а суровая надсмотрщица. — Я этот взгляд хорошо знаю! У меня вон их сколько, девиц-красавиц! Каждая, понурив головенку, ходит, когда на душе неспокойно!

— Вы о чем?

— О том поганце, что все мысли тебе заполонил! Ну, и кто же это?!

От удивления у меня моментально пропало желание плакать. Широко распахнув глаза, я смотрела на Берту в надежде, что та пошутила. Но нет, на ее лице не было ни единого намека на шутку!

Служанки, выглядевшие до этого уставшими, неожиданно засуетились, начали воодушевленно шептаться между собой и охать. А мне захотелось взвыть в голос!

Уже завтра по всему замку будет гулять слушок о «любовном треугольнике»!

— Так! Всем продолжать работу! — скомандовала Берта, беря меня за локоть. — Не приведи небеса, узнаю, что болтались без дела... — договаривать ей не пришлось. Работа закипела с новой силой, и на кухне воцарилась суматоха.

Женщина удовлетворенно кивнула и повела меня на задний двор. Я шла на дрожащих ногах, все еще пытаясь отойти от изумления, в которое меня повергли ее слова.

— Ну что, девочка, рассказывай, что твою душу тревожит. — Сев рядом на скамью, Берта обняла меня за плечи.

Хороший вопрос! Попробовать сменить тему? Тогда о чем говорить? Что меня накрывают воспоминания из прошлого и я не исключаю, что я — Лориана? Об этом вообще никому не следовало знать! Что на меня накричал король? Подумаешь, я всего лишь прислуга! Таких в замке десятки!

Покачала головой в ответ. Слово — серебро, молчание — золото. Мне и без того разбираться с разлетевшимися по всем углам сплетнями! Если сболтну лишнего, еще что-нибудь припишут...

Берта нахмурились, и на ее переносице залегла глубокая морщинка.

— Пойми, так нельзя! Думаешь, я тебя только сегодня увидела? Да ты почти неделю сама на себя не похожа!

— Хотите сказать, о моих сердечных делах судачат целую неделю? — встрепенулась я.

Теперь меня мучил лишь один вопрос: как быстро эта новость доберется до королевской армии? И как ее воспримет Лаэрт — ее командир?!

Прикрыла глаза рукой, судорожно соображая. Берта просто так уйти не даст! Сама того не ведая, она попала в точку: причиной расстройства был мужчина, пусть он и не являлся объектом моей влюбленности. Даанэля я воспринимала как брата. Быть может, из-за трепетных рассказов о пропавшей сестре... или все-таки по другой причине.

— Погода в последнее время унылая, вот и нет настроения! А вы уже на какого-то «поганца» сетуете! — попыталась отшутиться, но подступавшие слезы выдали меня. Никогда еще чувство одиночества не раздирало душу так, как сейчас.