Лоскутное крыло для дракона

Глава 1.1

Я долго решалась подойти к ним, не знала даже, поймут ли мою речь. Но когда приблизилась, пусть и слышала, что разговаривают на незнакомом мне языке, сама понимала всё.

– Нет, подруженька, – живо жестикулировала невысокая женщина в пёстрых юбках и косынкой на голове, споря о чём-то с кудрявой тёмненькой девчушкой, – ты не права! Вот видят боги, не права, и это раненное чудовище не спасёт никого, а лишь сам там сгинет!

Девчушка, в белом лёгком платье, с тоненькими ногами и ручками, вмиг нахмурилась и топнула, разгоняя по песчаной дороге пыль.

– Не называй его так!

Женщина в ответ усмехнулась:

– Ишь, защитница нашлась! Да толку его имя защищать, всё равно ни один дракон после такого не выжил бы, а этот ещё и однокрылый.

– Простите, – прервала я их странный спор, подступив ближе, – могу я…

Они отшатнулись, лишь сейчас заметив меня, хотя дорога, огибающая скалы и петляющая по бескрайнему вересковому полю, была широкой и пустой, усыпанной шуршащей под ногами щебёнкой. Странно, что меня не приметили сразу же, как вышла из поворота.

– Ты глянь, – не дожидаясь моего вопроса, бросила женщина своей юной собеседнице через плечо, – никак смотрительница явилась…

– Думаешь? Так вроде ж Он, – выделила она с чем-то затаённым в голосе, наверняка имея ввиду героя недавнего спора, – идти был должен.

– А ты на одёжку её, – окинули меня цепким взглядом, – посмотри и попробуй, поспорь со мной! Тебе, – это уже предназначалось мне, – не сказали, что ли, что не нужно к домику спешить? И без тебя уже желающий нашёлся.

Ничего не понимая, в том числе не зная, где вообще нахожусь, я лишь чаще заморгала, пытаясь собраться с мыслями. Но кудрявая девчушка ткнула женщину локтем в бок и, прикрывшись ладонью, будто это могло помешать мне расслышать всё, проговорила:

– Наверное, она просто ближе оказалась и пока крылатый лорд не прибыл, она за мальчиком присмотреть должна. Вам, – сделала девушка робкий шажок ко мне и указала вдаль дороги, прямо к ослепительному закатному солнцу, – вон туда надо, до развилки! Затем направо повернёте, увидите сразу ступени, подниметесь на извилистую дорожку и так идти, пока скалы по сторонам не вырастут стенами. Дальше увидите домик, вас уже давно ждут. Ребёнок один живёт уж несколько лун, не меньше.

– Последний, – вдруг горестно вздохнула женщина, открыв седые спутанные волосы, стянув с головы платок, чтобы прижать его к своей груди, – последний ребёнок в этом мире…

Настал моё черёд отпрянуть и, больше не спрашивая ничего, я поспешила по указанному пути.

Сердце билось в ушах, заглушая крики чаек, что спокойно и красиво кружили в оранжево-розовом предвечернем небе. Мне бы расспросить местных подробнее, узнать хотя бы, где нахожусь, но будучи и без того напуганной, их разговор про какого-то однокрылого лорда и причудливо звучащая речь насторожила меня ещё сильнее. А после ещё упоминание мальчика, который жил один в горах, совершенно выбило почву у меня из-под ног.

Сердце больно щемило, на ресницы выступили слёзы. Надежда на чудо росла и ввергала в ужас одновременно, ведь разочароваться и обжечься так не хотелось!

А это наверняка случится, ведь найду я не своего сына. Или просто всё окажется странным сном.

Потому что иначе быть не могло.

Всего три часа назад я шла по переулку своего родного городка, чувствуя боль от оттягивающих руки пакетов с продуктами и вот…

Вот, где я теперь.

***

Несмотря на то, что мысли метались в голове, превращаясь в шум и смазанные картинки, я запомнила наставление девушки и вскоре меня обступили горы, будто срезанные сверху, тёмные, гранитные. Дорога вела всё выше и выше, пока я не увидела дом и деревянную входную дверь из грубых досок.

Выбор был невелик, и я постучала.

Никто не ответил, с той стороны царила тишина, но только я собралась отступить, чтобы заглянуть в тёмные окна, прозвучал шорох, а затем и мальчишеский голос:

– Здравствуй. Я отомкну, ты не заходи сразу! Закроюсь у себя. А завтра, если пойму, хороший ли человек, дверь отопру. Так всегда делаю, не подумай! – заверили спешно, испугавшись, что слова эти могли обидеть.

Я оторопела, пока ещё не совсем понимая, что именно чувствую и как нужно себя вести.

Тем временем в замочной скважине заскрежетало, затем начали звонко стучать щеколды по краю двери.

– К сожалению, – продолжал мальчик, по чистому и красивому голосу ему можно было дать лет десять-двенадцать, – я уже теряю свою функциональность... Раньше так не подстраховывался, достаточно было посмотреть собеседнику в глаза.

Отчего-то у меня задрожали руки. В горле тут же образовался ком, я едва сдержалась, чтобы не всхлипнуть.

– Ты здесь, – отозвалась тихо, прижатая к земле осознанием, – и правда совсем один?

Щеколды отмыкать на мгновение перестали. Я уж было решила, что мальчик уже юркнул в другую комнату, как и хотел, но, потянув на себя изогнутую дугой ручку, поняла, что это не так – дверь всё ещё была заперта, он не закончил.

Его смутил мой вопрос и голос.

– Вы женщина...

– Ждал кого-то другого? – прислонилась я лбом к двери, устало переводя дух.

Пусть по подслушанному разговору и поняла, что прийти сюда должна была вовсе не я, хотелось разузнать всё подробнее.

Ещё и напугала его, наверное… В длинном синем платье с белыми вставками в лжеразрезах, с тряпичной сумкой через плечо, растрёпанная, с потерянной балеткой, зарёванная, удивлена, что он и вовсе продолжает со мной разговор. Из окна меня хорошо можно рассмотреть. Ещё и тёмно-русые волосы расплелись, наверняка я покажусь ребёнку какой-то ведьмой!

– Ждал... – услышав ответ, я мелко вздрогнула, будто успела забыть, что мальчик всё ещё стоял с той стороны. – Странно, что он не пришёл, хотя я и слышал, будто лорд очень ранен. Что тоже, к слову, странно... Ну да ничего, я не против, что здесь вы.

И на этот раз по звукам я поняла, что он поспешил отойти от двери и заперся в соседней комнате. Возможно, только теперь начав рассматривать меня сквозь большое тёмное окно.