Лотос для дракона. Берег реки Инхё

13. Лотосы среди камней

Вздохнула, понимая, что Цзан Чен и правда ничего не помнит или просто не хочет говорить об этом. Походила еще немного, пытаясь оценить обстановку. Обвал в протоке мог высвободить из-под земли какой-либо смертоносный газ, но кроме этого места ничего не пострадало. Мне бы сейчас мою походную лабораторию… Невооруженным глазом по прошествии двух десятков лет вряд ли можно что-то понять.

– Покажи мне место обвала, – попросила я у Цзан Чена, когда отчаялась найти здесь хоть какую-то подсказку о прошлом.

И уже через несколько мгновений мы оказались в узком ущелье. Однако кто-то уже пытался расчистить завал. Конечно, местные пытались дать ход воде прежде, чем пытаться построить новую плотину. Проход между скалами хоть и был узок, но место было достаточно, чтобы пройти человеку, не говоря уже о воде, способной подмыть даже камень.

Осмотрела поверхность обрушившихся скал. Отсюда сложно было что-то увидеть, но в голове крутилась навязчивая мысль: Цзан Чен жил на ближайшем к реке озере Лянхуа, дракон, с которым он теперь вынужден сражаться, до сих пор живет в реке. Обрушение скал, обмеление реки и озер и служение Цзан Чена семье Бай случилось в одно время.

– Как Бай вынудили тебя служить им? – обратилась я к Цзан Чену. Это единственное, о чем я могла узнать сейчас.

– Ты посмотрела на скалы и решила узнать о моих отношениях с семьей Бай? – усмехнулся он.

– Если ты не можешь рассказать мне про озеро, о чем еще я могу спросить тебя? – ответила я с раздражением.

– Я думал, тебя интересует дракон, а не судьба демона, – продолжил он в том же тоне.

А я вдруг поняла, что за его колкостями скрывается боль. Его дом уничтожен, а жизнь принадлежит людям. И я вдруг перестала на него злиться.

– Разве ты рисовал лотосы и привел меня не затем, чтобы я помогла тебе?

– Чем мне может помочь наложница Лян Фенга? – снова усмехнулся он.

– Быть может вспомнить, кто ты? – ответила серьезно. – И вернуть свой дом?

Ведь до того момента, как я протянула ему семя лотоса, он не помнил о своем прошлом здесь. Уверена, это не единственное, что может вернуть ему память. Но, кажется, такой ответ демону не понравился.

– Что ты можешь знать о том, каково это, потерять всё? – тон его голоса изменился, а глаза блеснули золотом. Впервые в его голосе были не насмешка, а ярость и отчаяние.

Он шагнул ко мне и я невольно отступила, вжавшись спиной в холодный камень.

– Знаешь, каково это иметь силу, но не быть способным изменить свою жизнь? – продолжал он и склонился ближе. Его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего. От его взгляда, который, казалось, проникал в душу, перехватило дыхание. – Я думал такая, как ты, должна понять, каково это быть чужаком среди этих людей.

Он знает? Он знает, что я не Вень Лю? Мне стало страшно от того, что если об этом понял демон, то и для Бай Лихуа мое происхождение не будет тайной. Тогда будущее станет еще более туманным.

Но, кажется, Цзан Чен говорил о чем-то ином. Он отстранился и горько усмехнулся:

– Я столько помогал тебе, но даже сейчас ты видишь во мне лишь демона, не способного на собственные решения.

– Прости. Я не это имела в виду, – растерянно пробормотала я.

Цзан Чен снова протянул ко мне руку, обнял за талию и вскоре мы снова стояли по дворе поместья Лян.

– Тебе не следует долго отсутствовать. Твой жених потеряет тебя.

С этими словами Цзан Чен развернулся и пошел прочь.

– Цзан Чен! – окликнула я его.

Он остановился, хотя я боялась, что он снова просто уйдет. В голове роилось тысяча слов, которые я могла бы сказать ему. Десятки вопросов – но он не станет отвечать на них, и я знала это.

– Если я попрошу тебя принести мне книги о произошедшем из библиотеки семьи Бай, ты сделаешь это?

Но он промолчал и пошел дальше. Но я не могла винить Цзан Чена. Он слишком долго связан с семьей Бай и, кажется, забыл, каково это – чувствовать себя свободным. Взять вещь из поместья хозяина, должно быть, слишком сложная задача для плененного демона.

Следующие дни я не видела Цзан Чена. Он не появлялся в саду на моем пути и не оставлял подсказок в библиотеке. Я не могла не думать о нем и о том, чем могла его так обидеть. Кажется, интерес к его судьбе не должен был стать чем-то особенным. Но именно после него он отказался мне помогать.

Однако Лян Фенг наконец освободился и мы больше времени проводили вместе. Пили чай в одной из беседок его обширного поместья или гуляли в саду. Он смог показать мне Юннин, когда мы вышли на шумные улицы в один из ярмарочных дней.

Торговцы наперебой предлагали свои товары: ароматные саше или бамбуковые веера с рисунками, расписанные узором фарфоровые чашки и глиняные чайники. В дорогих лавках можно было выбрать расшитые шелка или изящные украшения. И тут же на улице продавали ароматные паровые булочки и засахаренные фрукты.

Мне хотелось попробовать всё и всё увидеть. Остановилась возле лотка с украшениями и с восхищением осматривала шпильки, не в силах остановить свой взгляд хоть на одной из них. Рядом висели нефритовые подвески с символами любви и удачи.