Ловушка для "лохушки".

Глава 17. Кира Иванова.

В понедельник мы всё же навестили ЗАГС, заявление, которое отправили в субботу, у нас приняли, свадьбу Макар выторговал через месяц, раньше, сказали, никак. Ох, бюрократы, так будущий муж ругал работников загса, когда вёз меня в агентство.

-- Самые настоящие бюрократы, Кир, ты подумай, месяц ждать! -- негодовал он. -- Нет, я буду жаловаться губернатору!

Дурачится же, сразу понятно.

-- Да, Макар, поезжай, пожалуйста, нажалуйся, тогда, может быть, три месяца на раздумье дадут, если тебе месяца мало, перестань, закон есть закон, нам и так навстречу пошли, ты ведь обманул их, сказал, что я уже пять месяцев беременная, видел, как они удивлённо на мой живот смотрели? Ну ты тот ещё шутник. -- Покачала я головой.

Макар захохотал как подорванный.

-- Они как будто не поверили, а я ведь клялся и божился, сама видела, крестился даже.

-- Крестился, это точно, только мой плоский живот произвёл на них неизгладимое впечатление, и они, наверное, с испуга скостили нам два месяца, подумали, наверное, что психи какие-то жениться решили, у невесты живота не видать, а она уже пять месяцев беременная, жених тот вообще ненормальный, уверяет в этом, крестится, ещё бы минуту не согласились уменьшить срок для раздумья, он бы на колени встал и молиться начал. -- Я не выдержала и тоже засмеялась.

После того как отсмеялись, он посерьёзнел.

— Кир, я тебя заберу с работы, и поедем в одно место, какое, после узнаешь, а мне сейчас надо будет родителям позвонить, всё им рассказать, пусть приезжают, мы вдвоём не справимся, надо свадьбу как положено организовать.

— Я своим тоже позвоню, обрадую, хотя, думаю, от такой радости мама плакать станет, и отец нахмурится, они любят меня, а теперь... Я уже не Иванова буду. — Вздохнула даже.

— Ливанова будешь, а это тоже неплохо, не грусти, Кира, мы с тобой люди позитивные, семья у нас хорошая получится. Заживём... Долго ждать только, месяц! Надо же!

— Да ладно тебе, совсем недолго.

***

В агентстве мне сразу вручили координаты и сказали, что пора ехать, немного упрекнули, что опоздала, но сильно не ругали, а я своё опоздание никак комментировать не стала и оправдываться тоже, опоздала и всё, значит, были причины. Леонид, правда, пальчиком мне пригрозил.

Кира Павловна, не подводите меня, я репутацией своего агентства дорожу, поэтому, пожалуйста, давайте без опозданий, вы у меня незаменимый переводчик, жаль будет расставаться.

-- Леонид Петрович, простите, что не позвонила, у меня дело безотлагательное было, дело в том, что... Мы в ЗАГС ездили заявление подавать, это уважительная причина?

Леонид посмотрел на меня с интересом.

-- Очень! -- Торжественно так отреагировал. -- Поздравляю Вас! Прошу извинить за упрёки. Рад за вас.

-- Спасибо. Ну... Я побежала?

-- Беги, машина ждёт. -- Посмотрел он мне вслед.

Я вышла из его кабинета, вытерла платочком мокрый от пота лоб, вздохнула, пронесло, кажется.

-- Кира? Шеф ругался что ли? Ты что такая бледная? -- Секретарша подала мне стакан воды. -- Да не бойся ты его так, он добрый, иногда покричит на человека, а потом сам же извиняется.

Это как раз я сегодня поняла, он и передо мной извинился.

-- Спасибо, Маш, всё нормально, так что-то, сама не пойму, разволновалась. Ой, мне пора.-- Надо бежать, и так наверное давно машина ждёт.

Переговоры длились долго в этот раз, два маститых бизнесмена сначала прощупывали почву, а потом только подписали сотрудничество или контракт, как там у них называется, наш пузатенький лет пятидесяти и поджарый седовласый немец. Тот поцеловал мне руку на прощание, наш, естественно, поблагодарил, я-то с его стороны переводчик. Василий Данилович Попов, ну в Москве Поповых пруд пруди.

Спасибо вам, Кира Павловна, вы отличный переводчик, ну я и просил вашего шефа Леонида прислать самого лучшего, он уважил. Привет ему от меня. Я на такие встречи сам редко езжу, в основном заместитель, но с этим пришлось самому переговоры вести. До свидания.

Спасибо и вам за то, что отличным меня назвали, привет передам. До свидания, Василий Данилович.

О, боже, да что не сегодня, то с одним объясняюсь, то с другим, ладно, надо в агентство, может, ещё куда отправят.

В агентстве тишина, Маша чуть ли не дремлет за столом, скоро рабочий день закончится.

-- Кира? -- Подняла она на меня свои сонные глаза. -- Долго что-то ты сегодня, уставшая...

«Долго, уставшая»... Посидела бы ты с такими дядечками за одним столом, попереводила бы их речь, тогда бы непонятно какая приехала.

-- Морально тяжёлые переговоры были, немолодой немец Курт и наш тоже немолодой, пока они друг друга не просканировали, пока не сошлись во мнении, тогда только контракт подписали, предварительные переговоры — это предварительные, а здесь... Вспотела не только я, но и немецкий переводчик.

- О... Старички они такие, не торопятся бросаться в омут с головой, всё делают не спеша, продуманно, с чувством, поэтому терпеливо ждать приходится. Это хорошо, что к общему мнению пришли, а то вон Наташа Фёдорова на одну встречу ездила, вроде там два босса и решили между собой партнёрство, а потом что-то пошло не так, и контракт не подписали. -- Сообщила Маша.

Я пожала плечами, не договорились, значит не договорились.

-- Наше дело сторона, мы только переводим, что положено, а там сошлись — не сошлись, подписали — не подписали, не наши проблемы, а всё равно как-то не очень приятно, если не всё хорошо у переговорщиков.

В общем, так до конца рабочего дня больше я никуда не ездила. Вот говорят, понедельник день тяжёлый, а я люблю понедельник, это мой самый любимый день недели. Почему? Наверное, всё из-за жизни в другой стране, как суббота-воскресенье, заняться нечем, особенно в последнее время учёбы там, всё уже видела, друзей не нажила, родных никого, тоска, в понедельник хоть на занятиях добрую половину дня проводишь, в первый день после выходного.

Задумалась что-то... А между тем сейчас должен Макар приехать, вот куда мы с ним отправимся, он не сказал, заинтриговал меня, ладно, подождём... Узнаем позже.