Ловушка для любопытной кошки

Глава 2

Спор по поводу завтрашнего похода в лес шёл жарко, но был недолог. Придумали в общих чертах, как действовать будем, а детали решили на завтра отложить. Может опосля сна что-то умное в голову и придёт. Главное, что уложились ровно к моменту, как родительница воротилась. Пришла она уставшая, но довольная, видно, поставила на ноги Милку. Чай родичи девицы и отблагодарили матушку хорошо, ну насколько смогли. Семья у них-то не особо зажиточная, но дочка одна, любимая.
Вообще людей, у кого действительно водились деньги, в нашей деревне было не так уж и много. У старосты хорошо дела шли. Ближайшие соседи их тоже не бедствовали. И еще можно пару тройку человек припомнить. Мы, к сожалению, в их число не входили, и в этом и была главная беда Настасьи.
Её возлюбленный Славка к ней мог посвататься в самую последнюю очередь, ежели остальные девицы откажут. Но они не такие уж и дуры, к несчастью, чтобы от богатого жениха нос воротить. А староста – мужик практичный. Он невестку с приданным ищет, дабы, видно, не обеднеть, когда дочерей своих отдаст. Их у него-то четверо, а сын один. В общем, сестрицу мою глава деревни в пару своему наследнику даже не рассматривал. А без отцовского благословения как свадьбу играть? Правильно – никак.
Конечно, к нашей семье староста со всем почётом и уважением относился, к матушке точнее. Не думаю, что уважение это на нас с Настькой распространялось. Кто мы для него? Соплюшки мелкие. Никто из нас особым даром не блистал, я так и вовсе всё вокруг себя портила. Не переняла способности матери, к своему большому сожалению. А она у нас же сильнейшая ведьма среди живущих здесь одарённых, могла человека даже с того света вытащить. Именно её талант и помогал нашей семье быть, конечно, не богатой, но и не бедной. Не отказываться да не ужимать себя в благах разных.
Ведь матушка своё положение-то прекрасно знала и труд свой ценила ого-го как. И если брала больных, особенно тяжёлых, то нагоняла столько жути, столь преувеличивала свои усилия, что ей потом ещё пару лет в ноги кланялись да угощения носили. Нет, делала она своё дело хорошо, и выкладывалась иногда почти до донышка, но никогда не показывала, что порой ей заразу какую лечить было раз плюнуть. Только приукрашивала свой труд она не из-за склонности к бахвальству, нет, а из осторожности. Как она по секрету мне объяснила, дабы глупые люди, от горя обезумевшие, ни ей, ни нам не сделали ничего дурного. Не решили, что ведьма от их беды отмахнулась, не захотела помогать.
Умна была моя матушка, тут не поспоришь. Но, как проболталась мне наша старенькая соседка, мудрость такая ей пришла с опытом. Вначале, покуда замужем за моим отцом была, она всех так лечила, за спасибо. А уж потом, после мора, что случился в год моего рождения, ожесточилась. Ну кому ожесточилась, а кому за ум взялась, тут с чьей стороны посмотреть. По мне так, к матушке последнее утверждение отнести можно.
Соседка, конечно, со мной бы поспорила. Платить она не любила, всегда задарма хотела всё получить. Вот и сетовала вечно на то, что родительница моя вместе с первым мужем да семьёй своей сердце своё похоронила. Но сетовала она так, видать, из подслеповатости. Старая, уж не видит многое.
А я вот видела. И прекрасно знала, что отца моего матушка ненавидела лютой ненавистью, как и всех своих родных, что она в поветрие потеряла. Была б её воля, так, мне кажется, с удовольствием бы их из могил подняла и заново, собственноручно уже, в домовины уложила.
Уж, не знаю, что тогда приключилось, не спрашивать об этом у меня пока ума хватало. Но, как по мне, к лучшему всё повернулось. Отец у меня есть, хоть и не родной, но души во мне не чает также, как и в Настасье. Матушку он любит, как и она его. Лаются, конечно, они частенько, но это больше так, для разогреву чувств, я бы сказала. Сестрица у меня дурная, знамо, но добрая и рукастая, что для меня, «проклятой», очень даже в радость. Хотя, я бы её и так любила, даже не помогай она мне.
Хорошо, что родительница моя за всю жизнь только Муське решила век продлить, а не отцу моему. Но то понятно, кошка в краях наших – ценность, в отличии-то от мужа не так её просто и раздобыть. Нам повезло, её матушке ещё котёнком староста вручил за то, что она помогла его жене разродиться в лёгкости. Вроде как для того, чтобы мышей ловила.
Только Муська такой ерундой всю свою жизнь не занималась. Думается мне, из-за того, что мы с Настасьей её и так прекрасно кормили. Грызунов начала ловить, лишь когда матушка на старости её кошачьих лет вроде как подлечила, но подлечила странно очень. С неё потом вечно шерсть клочками отваливалась, и она превратилась из рыжей красавицы в драную, облезлую кошку с горящими в ночи красным глазами. Когда же у неё отпал хвост, я попросила маменьку её или вылечить окончательно, или же похоронить. Родительница моя тогда, на удивление, ко мне прислушалась – Муську мы с почестями отдали земле – но про хвост попросила всё же молчать. Но то правильно, а то соседи ещё начнут болтать, что мы за подарком головы плохо ухаживали. Обидеться ведь может, и не перепадёт нам больше котёнка. А хотелось бы.
Ведь купить мы новую кошку не могли, просили за них в наших краях столько, что говорить страшно. У нас суммы такой не было. Оттого решила я, что одним из моих желаний будет богатство. Но как верно это желание изложить, ещё не придумала. А ведь это самое главное – просить правильно. Матушка нам всё время об этом талдычила.