Ловушка для любопытной кошки

Глава 4

Ожила одна из страшных сказок, что на вечёрках совсем недавно обсуждали. Я тогда не поверила, что на свете такое бывает, а сейчас воочию, к несчастью своему, убедилась. Мороз. Красавец, на чьём пути лучше не попадаться, а тем более не стоит к себе внимание привлекать. Ибо он – сама стужа лютая. Дыхнёт, и инеем деревья покроются, а коли посохом своим постучит, то реки да озёра враз замёрзнут. Говорят, что зимой он так силён становится, что наравне с Мареной хозяйничает.
Только вот богиня любые дары принимает, коли от сердца они, а этот – нет, ничем его не задобришь. Но соседка наша на посиделках с пеной у рта всех уверяла, что не так это. Что Мороз, как и любой мужик, до внимания девок больно охоч.
Сказывала, что раньше он и в поселения заходить мог, дабы компанию себе найти. Но сейчас обережные знаки его отпугивают, оттого он в лесах обосновался, и там заплутавших девиц подстерегает. Ежели повстречается на его пути какая из них, то он с ней обязательно разговор заводит, расспрашивает о жизни её. И если её ответы ему понравятся, то юница уйдёт от него вся золотом обвешанная, а ежели недоволен Мороз беседой будет, то насмерть она околеет. Весной только тело бедняжки сыщется.
А ещё баяла, будто бы не просто так он девок морозит, а ищет ту единственную, что силу его выдержать сможет да одиночество его скрасит. А когда её найдёт, то взамен верность, любовь и богатство своё к ногам её положит. Да только правда ли это али чушь, что романтичные городские барышни надумали, она не знает. Понятно одно, что та единственная за столько лет так и не отыскалась, ведь рассказы про околевших в лесу девиц каждую зиму ходят.
Я судорожно сглотнула, глядя на мужчину. Вот ведь угораздило меня в первый же день за околицей небыль такую встретить. И ведь, главное, соседка как точно его описала. Действительно красавец: высок, статен, лицо словно с картины какой, столь черты правильны. Ни единого изъяна не найти. Глаза только холодные, ледяные, и взгляд хищный, что аж дурно становится.
Такого даже мельком увидаешь, так никогда не забудешь. И с обычным парнем, из плоти и крови, уж точно не перепутаешь. Не удивлена, что находятся дурочки, что, по слухам, нарочно с Морозом встречи ищут. Хоть одним глазком на красавца такого поглядеть хотят, али вовсе беседу завести. А тогда, коли тебе такой мужчина комплименты раздавать будет, то и голова кругом пойдёт, и все мысли здравые из неё вылетят. А ежели девица уверует в правдивость сказа про единственную, что он высматривает, то уж точно беда с ней случится.
Как со мной. Только вот я нарочно встречи не искала, а в истории про истинную любовь с духами и вовсе не верила, но беда стороной меня решила почему-то не обходить. И мысль эту моментально подтвердил стоящий предо мной Мороз.
- И что же ты замолчала? От восхищения онемела?
Да как бы от ужаса, но, слава всем богам, сказать я этого не могла – горло перехватило. Только вот, видно, мужчина, на лицо моё поглядев, и так чувства мои понял, отчего засмеялся заливисто, а потом и вовсе выдал какую-то бессмыслицу:
- Вот за что люблю я вас, девиц, смертью отмеченных, что голову предо мной не теряете. Любая другая на твоём месте уж с поцелуями ко мне бросилась, а ты под ёлками спрятаться пытаешься. Жаль, вас сейчас днём с огнём не сыщешь, всех почти извели. Из-за такой глупости людской уж больше полувека спутницей обзавестись не могу.
Сказав это, Мороз приблизился ко мне и, несмотря на моё сопротивление, выдернул меня из сугроба и поставил на ноги. Обошёл вокруг, будто к костюму какому на ярмарке присматривался. А потом и вовсе за подбородок схватил, лицо моё испуганное стал разглядывать. И что странно так, вроде как морозить прикосновением своим должен, но нет, пальцы-то тёплые, даже горячие. Погладив ласково меня по щеке, отчего у меня сердце от страха вновь удар пропустило, мужчина обратился ко мне. И слова его ввели меня в ещё больший ступор, чем тот, что владел мной мгновение назад:
- Что, Марфа, станешь моей царицей? Всё злато, всё серебро у ног твоих будет. Любые камни драгоценные, меха, наряды тебе достану. Во дворце настоящем жить будешь. С фарфоровых тарелок есть, из хрустальных бокалов пить. Любой твой каприз в мгновение исполнится. Всё для тебя сделаю, ежели моей согласишься быть, ежели сердцем да телом меня примешь. Ни о едином дне, ни о единой ночи, что со мной проведёшь, не пожалеешь. Так что? Согласна?
Первая мысль, что мелькнула в моей голове после речи этой проникновенной, касалась имени. Откуда мужчине знать, как меня звать? Мысли он что ли читает?
Вторая была о том, что соседка была не права: вовсе не беседовать желал Мороз с девицами, а, как матушка моя выражается, на сеновале с ними кувыркаться. Я – девка деревенская, а не барышня городская, так что выражение «телом меня примешь» понимала прямо.
И от поэтому от предложения зимнего духа мне поплохело ещё сильнее. Ибо стоящий предо мной красавец не вызывал во мне ничего кроме всепоглощающего ужаса. Не трогали меня его обещания ни о злате, ни о серебре, ни о мехах, ни о камнях драгоценных, что я получу. И красота его холодная сердце моё тоже не трогала. Всем нутром от собеседника моего меня воротило, ибо не было в нём ничего человеческого, тёплого. Веяло от Мороза лишь стужей да пустотой. И как представила я, что в постель с этой сосулькой придётся ложиться, так и сболтнула сгоряча правду на свою голову:
- Да лучше здесь околеть!