Ловушка для оборотней

Завещание охотника

В Высшей школе сегодня было необычайно тихо. Грей и Мирел шли по коридору, едва касаясь друг друга пальцами, но эта незримая связь была крепче стальных цепей. Грей чувствовал, как внутри него растет решимость. Он больше не был тем испуганным мальчиком, который гасил лампы. Теперь он сам был светом.

Они вошли в кабинет профессора Реборна без стука. Томас сидел за своим столом, рассматривая через лупу странный минерал, а Гризелла у окна смешивала в реторте жидкость, которая мерцала перламутром.

— Мы знаем, — коротко сказал Грей, останавливаясь посреди комнаты. — Мы знаем о проклятии Олдрика. И знаем, что вы, профессор, храните не только учебные атласы.

Реборн медленно отложил лупу. Он не выглядел удивленным. Скорее, он выглядел человеком, который наконец дождался конца долгого и утомительного караула. Он посмотрел на Гризеллу, та лишь едва заметно кивнула.

— Твой отец, Грей, всегда говорил, что ты слишком умен, чтобы долго верить в простые сказки, — Томас поднялся и подошел к тяжелому сейфу, скрытому за стеллажом с книгами. — Дэвид Олмер знал, что этот день настанет. Он знал, что кровь охотника и кровь зверя могут встретиться не только на поле боя.

Он достал из сейфа пожелтевший конверт, запечатанный сургучом с личным гербом семьи Олмер. Грей почувствовал, как у него пересохло в горле. Это письмо пролежало здесь годы, ожидая его.

— Твой отец оставил это мне с условием: передать тебе только тогда, когда ты сам придешь ко мне с правдой, — Реборн протянул конверт Грею. — Прочти это. Сейчас.

Грей дрожащими пальцами сломал печать. Мирел стояла рядом, её теплое дыхание касалось его щеки, давая силы не упасть.

«Сын мой, Грей,

Если ты читаешь эти строки, значит, ты столкнулся с тем, что я не успел тебе объяснить. Ты видишь в моих книгах смерть и охоту, но я хочу, чтобы ты увидел нечто иное. Я потратил годы, преследуя род Олдрика, но не из ненависти, а в поисках исцеления. Я понял слишком поздно: месть — это тупик. Она только кормит зверя внутри них.

Не вини их, сынок. Они такие же заложники этой древней боли, как и мы. Отпусти месть, если хочешь спасти свою душу. Но если ты ищешь способ спасти ту, что тебе дорога — найди Старого Шляпника в переулках Сохо. Его зовут Элиас. Он знает о магии крови больше, чем все профессора Лондона. Он поможет тебе в том, что ты больше всего хочешь знать.

Люби, Грей. Любовь — это и есть та самая ловушка, но она же — единственный выход.

Твой папа».

Грей опустил письмо. Строчки расплывались перед глазами. Его отец — суровый охотник, которого он считал фанатиком мести — на самом деле искал путь к миру.

— Старый Шляпник? — Грей посмотрел на Реборна. — Кто он?

— Элиас когда-то был алхимиком при королевском дворе, — ответила за мужа Гризелла, подходя к ним. — Но он сошел с ума... или стал слишком мудр. Он живет среди забытых вещей и знает тайну «обратного превращения». Но будь осторожен, Грей. Цена его помощи никогда не бывает денежной.

Мирел вдруг пошатнулась. Грей подхватил её за талию, чувствуя, как её тело снова пронзила короткая судорога.

— Нам нужно идти, — твердо сказал Грей. — В Сохо. Прямо сейчас.

— Погоди, — Реборн положил руку ему на плечо. — Возьми это.

Он протянул Грею небольшой пузырек с синей жидкостью. — Это настойка аконита, очищенная Гризеллой. Она не снимет проклятие, но поможет Мирел удержать сознание, если трансформация начнется раньше, чем вы найдете Элиаса. Берегите друг друга. Вы — последний шанс двух великих родов.

Выходя из школы, Грей крепко сжимал в одной руке письмо отца, а в другой — ладонь Мирел. Туман над Лондоном сгущался, но теперь у них была карта. Путь к человеку, который мог превратить их трагедию в жизнь.