Ловушка для ведьмы

Глава 12.3

Невозможно было пошевелиться и даже закрыть глаза, чтобы не видеть, как все рушится одним щелчком пальцев.

Лина ждала: вот-вот Дмитрий рассмеется и скажет: «А у меня дар проснулся». Но нет. Он стоял с каменным лицом и смотрел на Кристалл.

— Однако это он, — в повисшей жуткой тишине раздался его голос.

Дмитрий направился к Лине.

«Сейчас он все объяснит».

Но Дмитрий поднял слетевший с Кристалла платок, валявшийся у ее ног, даже не взглянув на Лину. Потом подошел к алтарю, взял артефакт, завернул его в платок и спрятал в карман. Буднично и спокойно. Их ценность, к которой они боялись прикасаться лишний раз — в карман.

Хотелось впасть в забытье.

Вдруг среди замерших ведьм промелькнуло движение. Но зародившийся лучик надежды пропал: к Дмитрию вышел Алексей Юрьевич и протянул ему небольшую стеклянную палочку. Похожий артефакт, способный открывать двери в другие миры, хранился у дедули в сейфе. Дмитрий опять прикоснулся одной рукой к своему амулету, а другой рукой, с зажатой в ней палочкой, взмахнул. Разрезая пространство, открылся портал, откуда бесконечной рекой повалили инквизиторы в красных накидках-плащах.

«Теперь понятно, как они попадают в другие миры».

Последняя надежда испарилась.

«Больно». Лина жаждала испариться, исчезнуть, чтобы не чувствовать раздирающей сердце боли.

Один из инквизиторов подбежал к Дмитрию и накинул на его плечи такой же красный плащ, только в отличие от других, с золоченой отделкой по краю. Теперь Дмитрий возвышался над всеми, мощный и, «Сука, все такой же красивый», наблюдая, как его гвардия надевает на ведьм антимагические браслеты.

Невозможность шевелиться не отключила, к сожалению, другие органы чувств. Щелчок браслета раздался выстрелом в ушах. «В самое сердце». Только Лина, вопреки своим ожиданиям, не исчезла. Изощренная пытка продолжалась. Ее глаза все также смотрели на Дмитрия. Холод металла на руке обжигал, заставляя поверить в реальность происходящего.

Дмитрий вальяжной походкой сытого хищника подошел к ней, остановился совсем близко, обдавая таким привычным и родным запахом ментола.

— А ты, наверное, здесь главная, — он взял в руки одну из развевающихся ленточек над ее головой. — Красиво.

«А кто ты?»

Его голос, глаза — ничего не изменилось. Но человек, сейчас говоривший с ней, словно не узнавал ее. Или делал вид? Не хотелось верить в такой уровень циничного предательства. Любовь так затмила разум, что мозг, как спасительную шлюпку кидает ей всевозможные глупые теории? «Его загипнотизировали? Он не осознает, что делает?» Но другая часть мозга, безжалостная, шептала: «Он отдает приказы остальным инквизиторам… Очнись… Он предал тебя…»

«Невыносимо больно». Лина представила, что разлетелась на миллиарды частичек. Но каждая частичка не перестала чувствовать, умножая ее боль, которая выворачивала внутренности наизнанку.

Дмитрий еще какое-то время стоял, всматриваясь в ее лицо:
— Кого-то ты мне напоминаешь…

Словно нож в сердце прокрутили.

— Господин Дэмитр, мы закончили, — отрапортовал появившийся рядом инквизитор.

— Отлично, — отозвался тот, не отрывая взгляда от Лины. — Глаза у тебя странные. Необычные.

И, продолжая смотреть на нее, щелкнул пальцами. Развернувшись, направился в открытый портал.

— Заканчивайте здесь, — бросив приказ, скрылся в проеме.

Лина почувствовала, как оцепенение отступило. Но двигаться не хотелось: ощущение слабости пропитало все тело. Не получалось уловить источник внутренней магии. Из нее словно достали батарейку, подпитывающую эту связь. Остальные ведьмы тоже двигались по инерции, и никто не сопротивлялся, не слышно было даже их голосов. Инквизиторы уводили их через портал. Мимо Лины пронесли клетку с неподвижно лежащими там Маркизом и Гарсоном. Она хотела закричать, но лишь издала хриплый звук.

Тут же почувствовала захват: один из инквизиторов дернул ее за плечо, вынуждая идти. Но дорогу преградил Алексей Юрьевич. На нем тоже был красный плащ с золоченой отделкой, как у Дмитрия.

— Какая неожиданная встреча, — издевательским тоном произнес он, широко улыбаясь, — Лина-Ангелина, рад видеть.

Лина в ответ прикрыла глаза — у нее не было сил достойно ответить.

— Эту — в тюрьму для особых преступников, — бросил Алексей Юрьевич.

— Но у меня нет такого распоряжения, — попробовал возразить ее сопровождающий.

— Моего приказа тебе недостаточно?

— Слушаюсь, господин Слэйк, — с некоторой заминкой отозвался инквизитор.

— Там уже в курсе — встретят.

Везли ее в закрытом экипаже. В маленьком оконце проплывали дома их столицы, так полюбившейся ей в детстве. Но Лина оставалась безучастна. Она даже не чувствовала укачивания от стремительной поездки. Перед глазами вспыхивали и пропадали, словно кадры, прокрученного назад кино, того, что случилось.

Происходящее прямо сейчас шло отдаленным фоном. Вот карета резко остановилась. Заскрежетали отворяющиеся ворота. Снова поехали.