Ложная тревога

Глава 1.

Будильник не просто звенел — он надрывался где-то на ультразвуке. Не открывая глаз, Арчи громко цокнул языком и принялся вслепую шарить рукой по подушкам и простыне. Телефона не было. Чертыхнувшись, он приподнялся на локтях, сощурился от бьющего в окно солнца и попытался определить источник звука. Настырная мелодия доносилась откуда-то из района шкафа.
​— Таня, блять… — прохрипел он в подушку.
​Кое-как поднявшись, Арчи добрёл до шкафа и обнаружил мобильник на самой верхней полке — туда без табуретки даже Ксюша бы не дотянулась, а вот Таня умудрилась. Вырубив телефон, он натянул первую попавшуюся футболку и поплёлся на кухню, на ходу давясь зевком.
​За столом уже вовсю бодрствовали Таня и Олег.
​— Какие люди соизволили выйти! Доброе утро, соня, — Таня лучезарно улыбнулась и с грохотом поставила перед братом тарелку с яичницей.
​— Когда ты уже свалишь к себе? — недовольно пробурчал брюнет, усаживаясь на стул. — Каждый божий день одно и то же. Как ты вообще телефон туда забросила?
​Олег, отложив свой сотовый, тихо усмехнулся в кулак и сочувствующе посмотрел на шурина:
— А я, Арчи, так с ней уже несколько лет живу. Обычное утро. С моим телефоном она проделывает точно такие же махинации, если я вовремя не встаю.
​— Зато посмотрите, какие вы сейчас бодрые! Покушаете — и по делам, — Таня всплеснула руками, проигнорировав их жалобы. Она ткнула пальцем в брата: — Ты — в универ. А ты, — взгляд переместился на мужа, — пойдёшь со мной по магазинам. Мне нужно найти идеальное платье на свадьбу к Жене.
​— У-у-у… сочувствую, мужик, — Арчи искренне хмыкнул, поглощая завтрак. Идти с Таней по магазинам — это казнь.
​— И тебе, кстати, костюм тоже купим, — обрубила его радость сестра. — И не надо закатывать глаза, Олег Владимирович! Я всё вижу!
​Парни переглянулись и дружно рассмеялись. Арчи быстро доел, отодвинул тарелку и уже собирался тихонько слинять в коридор, как вдруг его ухо обожгло резкой болью. Кто-то цепко потянул его назад.
​— Ай! Эй! За что?! — он резко обернулся.
Таня, которая вообще-то была гораздо ниже его ростом, сейчас умудрялась выглядеть как грозный надзиратель.
​— Посуду кто за собой мыть будет? Пушкин?
​— Ты, — нагло ухмыльнулся Арчи, но тут же взвыл, когда пальцы сестры переместились на его отросшие волосы. — Ладно, ладно! Сейчас помою, отпусти!
​Она победно отпустила его. Арчи, ворча под нос, встал к раковине и включил воду. Стоило ему намылить свою тарелку, как Таня бесшумно подкралась и подкинула в раковину их с Олегом чашки. Арчи даже возмутиться не успел — эти двое уже обувались в коридоре, тихо хихикая, как подростки, сбежавшие с уроков.

​Наконец, суматошное утро осталось позади. Арчи накинул куртку, схватил рюкзак и спустился во двор. Запрыгнув в салон своей машины, он привычным движением крутанул ручку громкости — салон заполнил плотный басовый трек. Свою тачку он обожал. Отец подарил её на восемнадцатилетие, и Арчи вообще был безумно благодарен ему за всё, что тот делал для их семьи.
​Минут через тридцать, намотав пару кругов в поисках парковки, Арчи зашёл в здание университета. Кивнул паре парней из группы, приобнял какую-то девчонку в знак приветствия, но общаться ни с кем особо не хотелось. Он вообще не нашёл здесь близких друзей — так, приятели, с которыми можно перекинуться парой фраз между парами или списать лабу. Оккупировав свободный подоконник в конце коридора, Арчи уткнулся в телефон.
Шумные коридоры университета жили своей жизнью: кто-то судорожно повторял материал перед зачётом, девчонки с параллельного курса громко обсуждали планы на выходные, а Арчи просто листал ленту новостей, изредка бросая ленивые взгляды на проходящих мимо. Пара преданных фанаток из его группы попытались было завязать разговор, пристроившись рядом, но Ведьмин включил режим максимальной автономности — отвечал коротко, улыбался дежурно, так что девушки быстро потеряли интерес и упорхнули.
​Пары тянулись невыносимо медленно. Преподаватель монотонно читал лекцию, от которой клонило в сон половину аудитории. Арчи честно пытался записывать тезисы, но в итоге просто изрисовал поля тетради какими-то хаотичными набросками. За окном, как назло, небо окончательно затянуло тяжёлыми свинцовыми тучами, и по стеклу забарабанили первые капли ливня.

​***

​Спустившись на парковку, Ведьмин скользнул в салон своей машины. Родной запах кожаных сидений и тишина после вузовского гула подействовали умиротворяюще. Он завёл мотор, дворники лениво поползли по лобовому стеклу, смахивая воду.
​Возвращаться домой сразу не хотелось — там наверняка вовсю шёл переполох с примеркой платьев и костюмов, в котором участвовать совсем не улыбалось. Арчи решил просто покататься по городу. Он кружил по залитым дождём набережным, мимо проплывали серые гранитные фасады, размытые огни фар и спешащие под зонтами пешеходы. Город в такую погоду казался мрачным, но Арчи эту атмосферу обожал.

​Часа через два, когда бензина в баке поубавилось, а голод стал совсем невыносимым, он всё-таки сдался и поехал в сторону дома.
​Стоило ему открыть входную дверь, как в нос ударил божественный запах запечённого мяса, а из гостиной донёсся громкий смех Тани.
​— О, явился! — закричала сестра, выглядывая из-за угла. – Разувайся и дуй на кухню, мы как раз ужинать садимся. И даже не думай ныть, что устал, мы сегодня выбрали тебе такой костюм — закачаешься!
​Олег уже сидел за столом, качая головой с видом человека, который пережил пятичасовой штурм торгового центра и выжил лишь чудом.
​— Держись, бро, — тихо шепнул Олег, когда Арчи сел рядом. — Там три пакета.
​— Я всё слышу! — отозвалась Таня, накладывая брату внушительную порцию мяса. — Ешь давай, Ведьмин. А потом пойдёшь примерять. Если брюки будут велики, завтра поеду менять.
​Арчи только вздохнул, принимаясь за еду. Против кулинарных талантов Тани и её командирского голоса спорить было бесполезно. Вечер обещал быть долгим, шумным и чисто семейным — как раз таким, какие бывают только у Ведьминых.
Родители зашли домой как раз в тот момент, когда Арчи обречённо косился на гору пакетов в коридоре. В прихожей сразу стало шумно: объятия, поцелуи, громкие расспросы о том, как прошёл день.
После ужина его всё-таки заставили нацепить новые брюки и пиджак, и ближе к полуночи брюнет, сытый и уставший, наконец добрался до своей кровати.