Ложный вызов. Тени Джархаана

Глава 1

Земфира. Станция "Асклепий"

Запах антисептика въелся в кожу так глубоко, что даже под душем казалось, будто я все еще стою в операционной. Три смены подряд — это перебор даже для меня. Но когда на станции всего два хирурга-бионика, и один из них сломал руку в бытовой аварии, выбор невелик.

Я вышла из душевой, натянула свежий комбинезон и глотнула холодного синте-чая. Космическая медицинская станция «Асклепий» гудела привычным ритмом: где-то пищали мониторы, по коридору катилась по своим делам роботележка с контейнерами, из динамика доносился приглушенный голос диспетчера.

«Асклепий» с его пафосным названием сочетался плохо. Когда-то он и в самом деле был новейшим достижением космической архитектуры и научной мысли. Теперь это была серая унылая коробка в форме додекаэдра на отшибе галактики. Но это был мой дом. И здесь я делала то, что умела лучше всего.

— Земфира, ты как? — В каюту-ординаторскую заглянула Марика, старшая медсестра хирургического отделения. — Может, отдохнешь? Я прикрою.

— В норме, — соврала я.

Глаза слипались, но сегодня было плановое поступление: трое колонистов с астероидного пояса, у одного — разрыв бионического легкого, которое, в отличие от природного, не спадалось. Рутина.

— Как скажешь. Кстати, тебе указание. Сверху. — Марика показала глазами в переборку потолка над нами. Где-то там находилась каюта-приемная директора станции. — Встретить новую группу спасателей. Говорят, бывшие космодесантники.

Я поморщилась.

— Опять вояки. Зачем они нам?

— Приказ. Сказали, спецы по чрезвычайным ситуациям. К военно-строевой не годны.

— Бывшие — ключевое слово, — буркнула я. — Списали в утиль и нам подсунули? У нас и своих пациентов полно. Лишние рты, которые будут нарушать мои протоколы.

— Зема, не будь такой циничной. Может, они и правда помогут.

— Помогут, как же. — Я допила чай и взяла планшет. — Ладно, что рассуждать. Нас не спрашивали. Когда парни прибудут?

— Стыковка через два стандартных часа. Шлюз «Альфа».

Два часа — хорошо. Успею проверить очистительный фильтр в кислородной системе бокса номер три. Техника, способного его заменить, нам все еще не прислали.

…Бригаду новых спасателей я встретила в шлюзе ровно в 14:00 по станционному времени. Стояла с плакатом «Добро пожаловать» в руках, написанным на интерлингве, чувствуя себя сферической идиоткой в вакууме. Но что поделаешь — традиция. За спиной переминались с ноги на ногу Марика и двое санитаров.

Ворота шлюза раскрылись с шипением, воздух наполнился паром и запахом космической пыли. Из стыковочного рукава вышли шестеро. Пятеро — позади, с одинаково каменными серыми лицами, и один, самый крупный, — впереди.

Сразу видно: командир.

Он был выше любого человека, которого я видела. Серая кожа с легким металлическим отливом, вертикальные зрачки бирюзовых глаз, глубокие шрамы на скулах, тянущиеся к вискам. Бионическая рука — левая, я заметила сразу, — поблескивала сочленениями.

Он не нес оружия в руках, но за спиной виднелся силуэт импульсной винтовки. В каждом движении командира чувствовалась военная выправка, которую я ненавидела всей душой: он шел так, будто в любой момент готов был применить свою винтовку. Так, будто станция — поле боя.

Джархаанцы. Раса воинов. Почти вымершая.

Кого-то более подходящего нам могли найти?!

Я шагнула вперед и заговорила, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно:

— Приветствую на станции-госпитале «Асклепий». Я — Земфира, ведущий хирург-бионик. На время вашего пребывания я отвечаю за координацию с вашей группой во время спасательных вылетов.

Бывший космодесантник остановился в трех шагах от меня. Посмотрел сверху вниз, и в этом взгляде было столько холодного презрения, что я невольно спрятала за спину плакат, свернутый за ненадобностью.

— Кхаар. Командир отряда «Коготь». — Прозвучал низкий, с гортанным акцентом голос. Кхаар не протянул руки. — Нас направили к вам для спасательных операций. Приказ есть приказ. Давайте свои протоколы, мы изучим.

«Приказ есть приказ». Слышала я это выражение. Обычно так говорят те, кто не умеет думать своей головой. Но я промолчала.

— Протоколы я вам вышлю на личные коммуникаторы. Сейчас — размещайтесь в жилом отсеке «дельта», я провожу. И прошу строго соблюдать карантинные зоны. Это госпиталь, а не казарма.

— Мы знаем, где находимся, доктор, — отрезал он. — Не надо нам объяснять про карантин.

— Вы на моей территории, — парировала я, чувствуя, как раздражение поднимается внутри. — Здесь каждый шаг может стоить пациенту жизни. Следуйте правилам, и не будет проблем.

Он усмехнулся — коротко, без веселья. Вертикальные зрачки сузились, радужки пожелтели.

— Ваши правила будут соблюдаться ровно настолько, насколько они совпадают с нашими, доктор. — Он сделал шаг вперед, обходя меня, и я ощутила, как воздух вокруг него стал плотнее. Или мне показалось? — Мы будем следовать протоколам, доктор. Но если я увижу угрозу жизни экипажа — я буду действовать, как сочту нужным. Вам понятно?