Лучшая подруга и муж

Глава 2.

Инга

Несмотря на то, что я сама считаю это большой глупостью, я всё же не могу отказать человеку, который находится в больнице. А вдруг это последнее желание Али.

Правда, когда я оказываюсь в больнице, моя бывшая подруга совсем не тянет на умирающую.

Наоборот, кроме сломанной руки и синяков на лице, больше никаких других следов аварии нет.

Да и выглядит она бодрой.

— Инга, как я рада тебя видеть! — Аля, увидев меня, чуть ли не бросается ко мне навстречу. Что повергает меня в шок.

— Не могу сказать того же. Зачем звала?

Только в этот момент до Али доходит, что я не простила её.

Сразу же сделав скорбное выражение лица, она откидывается на подушки, и начинает жалобно стонать.

Актриса из неё, конечно, так себе.

— Аль, — вздыхаю я, подойдя к её кровати. — Я сегодня целый день готовила отчет, устала дико. Давай без твоих спектаклей, ладно?

— Инга, ну почему ты так со мной, — всхлипывает бывшая подруга.

— Как — так? — удивляюсь я. — Мне кажется, я сделала значительно больше, чем должна была. Послушала твою сестру, пришла к тебе в больницу. Что тебе ещё от меня надо?

— Это я виновата, что мы так нелепо разошлись друг с другом, — всхлипывает Аля. — Мы ведь когда-то были самыми близкими подругами.

— А потом ты переспала с моим мужем, — киваю я.

— Ну, Инга, ну прости, — выдавливает из себя слезу Аля.

— Зачем ты меня звала?

Поняв, что её слезы меня не трогают, Аля показывает на свои синяки.

— Видишь? Я в аварию попала.

— Надо было водить аккуратнее, — киваю я. — Хорошо, что всё обошлось.

— Знаешь, когда машину занесло, у меня вся жизнь перед глазами пронеслась. И я поняла, насколько я была неправа.

Подняв голову, Аля выжидающе смотрит на меня.

— Ты чего хочешь? — недоумеваю я.

— Я была так неправа, Инга! — Фальшивя, восклицает бывшая подруга. — Я тебя так обидела! Инга, прости меня, пожалуйста.

— Да не вопрос, — киваю я. — Всё, я могу идти?

Аля показушно вздыхает.

— Видимо, авария сильно на меня повлияла. Так сильно, что я перестала нормально спать, чувствуя угрызения совести.

Нацепив грустную маску на лицо, моя бывшая подруга добавляет.

— Мы ведь были с тобой подругами с самого детства. А потом я всё испортила. Я влюбилась в твоего мужчину.

— В моего мужа, — не сдержавшись, поправляю я Алю. — То есть, уже в твоего, конечно.

— Ты бы знала, как я себя сейчас виню за это. — Аля качает головой. — Я ведь много раз пыталась попросить у тебя прощения. Но ты не хотела со мной разговаривать. Не отвечала на мои звонки, избегала со мной встреч. Даже не открывала мне дверь, когда я приходила поговорить с тобой.

Если честно, то я такого не помню.

За все это время Аля пыталась поговорить со мной пару раз — это правда. Но я не помню, чтобы она просила прощения. Наоборот. В первый раз она пришла к моим родителям похвастаться, что сама стала официально Ремизовой. А во второй раз — что Даниил подарил ей салон красоты, о котором она всегда мечтала.

В тот момент, я была так сильно разбита предательством Даниила, что новостью больше, новостью меньше...

Я просто попросила родителей не открывать Але или, если уж им так хочется общаться с моей бывшей подругой, не передавать мне её новости.

— Инга, ну что делать, если она иногда приезжать навещать родителей, и мы встречаемся во дворе, — ответила мне мама. — Ты же знаешь, что я не умею грубить.

— Мам, можно просто делать вид, что ты её не знаешь.

— Ох, дочка, но это тоже грубость, — вдохнула мама.

— Которую она заслужила! — отчеканила я в ответ. И после этого мама больше никогда новостей про бывшую подругу не передавала.

— Я помню, что мы с детства дружили, — тем временем говорит Аля. — Были близкими подругами. Почти сестрами. Если бы я только не поддалась своим чувствам!

«Всё таки она отвратительная актриса», — думаю я, глядя на Аля. — «Кажется, она не понимает, что её метания больше всего похожи на кривлянья».

Аля, покосившись на меня и увидев скепсис в моём взгляде, внезапно начинает рыдать. Горько, навзрыд. И фальшиво, разумеется.

— Инга, это такое ужасное чувство, — сквозь рыдания произносит Аля. — Я понимаю, что ты ненавидишь меня за то, что я сделала. Но я тоже ненавижу себя. Особенно сейчас. Понимаешь!

— Нет, — честно протягиваю я.

— Я должна исправить то, что натворила пять лет назад, — отвечает Аля. — Я должна помирить тебя с Даниилом.

У меня от удивления открывается рот. А ещё я долго молчу, не понимая, как мне реагировать сейчас на эту дичь, которую говорит Аля.

Бывшая подруга в этот момент проворно подскакивает, чтобы обнять меня.

— Я виню себя за собственный эгоизм, — шепчет Аля. — Вместо того, чтобы упиваться собственным счастьем, я должна была подумать о страданиях других. Я должна была прежде всего подумать о тебе!

Пока я всё ещё безмолвно таращусь на Алю, подружка энергично кивает.

— Но я исправляюсь, Инга. Я обещаю, что исправлюсь.

Аля пытается говорить убедительно, не её вина, что у неё это не получается. Это до того как я застукала их с Ремизовым, я не видела истинную натуру своей подружки. А сейчас меня уже не обмануть.

И тем более, что это за глупость, которую она говорит? Как она может исправить то, что натворила.

Мне очень хочется спросить, что она имеет в виду, но я сдерживаюсь. Если спрошу, то Аля начнёт объяснять, а это значит, что мой визит затянется. А я, наоборот, хочу как можно быстрее покинуть её палату.

— Аля, тебе успокоиться, — устав от её лживых слез, я аккуратно высвобождаюсь из её объятий. — Подожди минуточку, я сейчас.

— Ты куда?

— Сейчас, — говорю я, подхватив сумку. — Я врача позову.

— Мне не нужен врач! Инга, я хочу поговорить с тобой!

— Сейчас, сейчас, — киваю я, а сама выхожу за дверь. — Одну минутку, Аля.

Я спешу на пост, где прошу медсестру позвать врача в палату госпожи Ремизовой. А потом просто ухожу.