Лучше бы мы не встречались

Глава 13. Карина

Рудского я встретила в магазине, куда приехала к Матвеем. Он пошел в мастерскую за какой-то деталью на машину, а я заскочила в продуктовый. Домой нужно было купить немного продуктов, включая несколько новых пачек чая. Вот люблю его и ничего поделать с собой не могу! Там-то я его и увидела. Щегла этого городского. В выглаженной футболочке и джинсиках, даже белые кеды надел. Ну чем вам не прынц?! Вот и я о том же!

— Привет, — стукнув его по плечу, улыбнулась я. В этот момент встала в очередь прямо перед ним, чем вызвала у него легкое возмущение. Во всяком случае, он на меня посмотрел так, но ничего не сказал. — чего ты тут в такую рань ошиваешься?

— Привет, Карин, — осмотрев меня, кивнул он. Надо сказать, он немного подрос. Совсем капельку изменился с прошлого лета. — да вот за хлебушком зашел, а ты какими судьбами?

— Да я вот тоже, решила бутербродиком позавтракать, а дома как на зло ни кусочка хлеба, представляешь?

— Какая жалость, — наигранно протянул он. — соболезную.

Очередь стремительно приближалась ко мне, а я так и не поговорила с Рудским. Хотелось начать тут с чего-то простого, но в голове крутились одни ругательства и не слишком приятные слова, которых я нахваталась от своих тренеров и друзей. Уж так повелось, что с памятью у меня никогда проблем особо не было.

— Хлеб, две пачки чая, ага вот этих и макароны. Да, нет, агась, вот эти, — быстро пробормотала я продавцу, пока она подавала мне товар.

Расплатившись, я отошла и пропустила Рудского. Стоя около него, я терпеливо ждала его, за компанию подсматривала за тем, что он покупал. Горошек? Майонез? Они там оливье что-ли делать собираются?! Сказать по правде этот салат я на дух не переваривала, только вот под бой курантов могла пару ложечек съесть и все. По этому салатику больше Маринка была больна, вечно наделает его бабуля огромную миску, а мы доедай, как проклятые. Больно нужен он мне. Кто вообще решил, что именно оливье — это новогоднее блюдо? Почему не крабовый салат? Вот его я люблю! Или селедка под шубой? Хоть и не люблю ее, но этот салат явно недооценивают.

—Ты что-то хотела, Карин? — услышала я, когда поймала себя на мысли, что слишком долго пялюсь на банку горошка в пакете. Так, отставить лицезрение!

— Ах да, нам надо поболтать с тобой, Максим.

— Когда ты называешь меня по имени, значит разговор будет серьезным. Может чай или кофе? Так сказать для более официальной атмосферы? — усмехнулся он, за что получил от меня несильный удар в плечо.

— Меньше шуточек, Рудской. Разговор серьезный. На кону жизнь и смерть, так что но-но, без юморка попрошу, — кивнула я и потянула Рудского к выходу из магазина.

Мы с ним обосновались в тени небольшого дерева, хоть и были у всех на виду, но все проходили мимо нас и внимания как такового не обращали. А это и хорошо, а это и славно. Держа в руке пакет с продуктами и кошелек, я вдруг поняла, что волнуюсь. Я волнуюсь? Это явно не про меня. Я даже в автошколе на экзамене не волновалась. Да, было обидно, что с первого раза не сдала, но ничего. Не я первая, не я последняя. Сейчас же ноги подкашивались, ладони потели, а мысли совершенно не слушались.

— Я хочу поговорить о Дашке. Что у вас с ней? — прямо спросила я. Максим отвернулся от меня, нахмурился и что-то шептал себе под нос. Было трудно понять, поэтому я не стала напрягать и без того уже уставший мозг. Захочет, сам расскажет все. Так же?

— Она твоя подруга, Карин, — начал он. — и ничего против нее плохого не имею, она хорошая девушка, но не нравится она мне так, как хочет того, — я лишь кивнула, продолжая слушать его. — вот что мне ей сказать, чтобы она окончательно поняла это? Я не хочу обижать ее, но она заставляет меня это делать. Карин, вы же подруги... поговори ты с ней, вразуми. На мне свет клином не сошелся, я ей счастья желаю ведь.

— Да знаю я, — ворчу я, обдумывая его слова. И как я поговорю с ней и вразумлю? Он вообще думает, о чем просит меня? Я могу сказать, что она достойна лучшего и много чего еще, но заставить перелюбить его не могу. Это ж не в моей компетенции. Только Дашка может эти вопросы решать, в ее полномочиях.

— Если на этом все, то я побегу. Бабуля заждалась уже, — он слегка улыбнулся.

Одарил меня этой улыбкой и ушел. А я так и осталась стоять у этого проклятого дерева и думать о том, что же мне делать со всем этим. Единственный вариант, это не оставлять Дашку одну, что будет проблематично, учитывая, что Роза нагло уходит из дома и куралесит где-то с Яровым. Я ее вижу лишь вечером, даже утром не застаю, а ведь я ранняя пташка.

Постояв еще немного, я пошла в ту сторону, где была припаркована машина Матвея. Он уже был в ней и с кем-то говорил по телефону. На глазах снова были солнцезащитные очки, пальцами он перекидывал монетку. По лицу было сложно сказать в каком русле идет разговор, в положительном или не очень. Забросив продукты на заднее сидение, я села на переднее и посмотрела на парня. Он показал мне палец, прося помолчать еще немного.

— Нет, пап, я не собираюсь в город, — слышала я, и сразу поняла с кем идет разговор. С его отцом. По правде сказать, я с этим человеком старалась встречаться как можно реже, хоть и отношения между нами были неплохими. Но как-то побаивалась я его, хотя все это было из-за его работы, скорее всего. Я всех людей в форме стараюсь стороной обходить. — хорошо, я сделаю это. А теперь, пап, мне пора. Все, давай!

Убрав телефон, Матвей завел двигатель. Мы поехали ко мне домой, только сначала заехали к какому-то его приятелю и что-то отдали. В подробности я не вдавалась и вопросов лишних не задавала.

Я пыталась читать книгу, но болтовня сестры в коридоре мне очень мешала. Я то и дело пропускала некоторые слова в тексте мимо ушей, совершенно не понимала смысл и все же отложила книгу в сторону. До лучших и более спокойных времен. Ну ничего, Мариночка, я тебе еще отомщу за твой слишком громкий разговор с кем-то в десять вечера. А с кем это? Любопытно. Поднявшись с кровати, я медленно и тихо подошла к двери. Слегка приоткрыла ее и прислушалась.