Лучшие друзья

Дополнения к II ТОМУ. Часть 1

(Глава 1) – Память малышки

Схваченная сзади неизвестным взрослым человеком маленькая девочка не принимается плакать или кричать, особенно когда отец впереди неё даёт ей знак молчать, что она и делает: в свои небольшие года девочка уже знает, что такое дисциплина и что необходимо делать, когда старшие ассасины что-то не просто говорят, а приказывают.

— Что всё это значит? Отпусти ребёнка немедленно!

— Нет, глава, ты не понимаешь! Затеять против меня заговор было самой большой ошибкой в твоей жизни! Я не прощаю подобного! Ты слышишь? НЕ ПРОЩАЮ!

Через секунду после этих слов тело ребёнка снова оказывается на свободе. Малышка не успевает даже обернуться, чтобы признать в своём спасителе собственную мать, поскольку всё, что она слышит далее, это громкий крик отца:

— Ми, БЕГИ! БЕГИ, МАЛЫШКА!

Девочка никогда не перечила словам родителей. Но ещё никогда она не была так напугана не только за свою жизнь, но и за жизнь родителей. И всё же, в этот раз она тоже не осмелилась ослушаться приказа отца и тут же помчалась прочь отсюда, не разбирая дороги. В данный момент инстинкты сказали маленькой дочке ассасина бежать, куда глаза глядят. Бежать, пока ноги не перестанут тебя слушаться.

Заглушающий звуки завывающий ветер и непрекращающийся ливень застилают глаза, закладывают уши, делают дорогу скользкой и практически непроходимой. Движение ребёнка продолжается лишь на силе воли и уверенности, что, пробежав какое-то расстояние по лесу, всё вдруг переменится. Но ничего не менялось, сколько бы малышка ни бежала. В какой-то момент её ножки заплелись на ровном месте, а мокрая почва сделала своё дело и не позволила ей удержаться на земле. Она упала и больно ударилась о мелкие камушки, хитро скрытые матушкой-природой. Девочка снова не дала волю слезам и крепилась духом. Её мысли не обременялись тяжёлыми раздумьями, потому как в критической ситуации мозг ребёнка не мог так трезво и слаженно размышлять, как взрослый человек, несмотря на то, что она была одарённым ребёнком главы клана Огня. Поднявшись, она привела дыхание в относительное равновесие и помчалась дальше.

Так продолжалось долго. С периодичностью малышка делала остановки. Сначала она продолжала бежать, а с течением времени перешла на шаг, потому что больше не могла держаться. Однако наставление главного ассасина клана она очень отчётливо помнила, поэтому старалась всё время передвигаться, хоть и не видела в этом больше смысла. Страх и нетипичность ситуации, в которую она попала, сыграли с подчиняющимся ребёнком в злую шутку. Она не могла сказать себе «стоп» на пути в неизвестность, не могла остановиться и спросить себя, куда ей направляться дальше. Жёсткие законы ассасинства воплощались в ней должным образом.

Когда же сил совсем не оставалось, ребёнок просто упал без сознания. Светлые волосы, до этого повреждённые дождём и пылью, теперь полностью «перекрасились» в грязный оттенок; руки, ноги и одежду ждала та же участь. Даже будучи без сознания её пальчики тряслись от перенапряжения, редко, но дёргалась губа. В этот момент дождь и перестал.

Ребёнок лежал в нескольких метрах от стен прилегающего к владениям ассасинов города. Уже занималось утро. Рассеивающийся туман обнажал перед собой все объекты окружающего и маленького человечка в том числе. Такой её нашла женщина средних лет, одетая, почти как монашка. Её голова была покрыта тканью настолько, что из-под неё не торчала ни одна прядь, а остальной её образ завершало длинное широкое серое платье в пол. Увидев на земле ребёнка, женщина не пошевелила ни одним мускулом. На её лице нельзя было прочитать какую-либо эмоцию. Она просто подошла к с виду бездыханному телу, пощупала его, убедилась, что та жива, и подняла его на руки, не боясь испачкаться в грязи.

*:.｡. .｡.: *･゜ﾟ･*☆

Дочь главы клана проснулась от бьющих в глазницы потоков солнечного света. Она открывала глаза, загородив лицо ладонью, чтобы было не так больно.

Следующий день оказался солнечным и дающим не только физическое тепло, но и духовное. Малышка покрутила головой в разные стороны и обнаружила себя сидящей на белоснежной низкой кровати, явно для неё великоватой. Она откинула белые простыни и встала на пол. Серая сорочка удобно болталась на её теле. Девочка сделала один полный оборот вокруг себя, а потом упрекнула себя за это: отец всегда говорил, что так делать не следует, что постоянно собой любоваться могут только глупые и недалёкие люди.

В комнату, полностью заставленную двухэтажными и одноэтажными кроватями, зашла та самая женщина, которая, наверняка, и принесла её сюда. Малышка этого не знала и пошла навстречу.

— Ну что, как ты себя чувствуешь?

Дочь главы сходу ощутила исходящую от этого человека ауру. Не улыбка приветствовала маленького человека, а серьёзный взгляд и стеклянные глаза, смотрящие на неё в упор.

— А что со мной случилось?

— Я нашла тебя возле города. Ты лежала без сознания, — поспешила ответить ей женщина, — а я подобрала тебя и принесла сюда. Ты помнишь, откуда ты?

— Да! Я… — она оборвала речь на полуслове, потому что единственное, что она запомнила на всю жизнь, было то, что обычным людям нельзя знать ни о её существовании, ни о существовании ассасинов, поэтому она тут же закрыла рот и не придумала ничего лучше, чем просто молчать.

Женщина слегка наклонила голову в бок и недоумённо ждала ответа, однако так его и не дождалась.