Лучший папа для моего сына

Глава 11 Алевтина

Мама из тех женщин, для которых мужчины и подружки важнее собственного ребёнка. Я не очень люблю оставлять с ней Димку, потому что мне кажется, что она может его обидеть, как меня в детстве. Но иногда приходится просить её посидеть с ним, потому что нет другого выхода.

За сыном я собиралась ехать на последнем автобусе. Ждала на остановке маршрутку, чтобы добраться до автовокзала, а оттуда – в родной город к матери. Когда рядом остановилась красная иномарка, и опустилось стекло с водительской стороны.

- Алевтина, здравствуйте! – услышала я знакомый голос.

- Алиса Владимировна! Добрый день!

Не ожидала, что она водит машину, да ещё и кажется, весьма дорогую. Конечно, доктор выглядела роскошно для своего возраста, но умение управлять авто для меня было чем-то очень крутым и не всякому доступным. Может потому что сама я боялась садиться за руль и даже будь у меня такая возможность – ни за что бы не стала водить машину.

- Куда направляетесь? Вас подбросить? – предложила Волкова.

- Вообще мне на автовокзал надо…

- Отлично. Садитесь. Нам по пути.

Я была несказанно рада возможности добраться в нужное место быстрее, чем планировалось, да ещё и в приятной компании.

- За город едете? – спросила Алиса Владимировна, бросив на меня короткий взгляд и снова направив всё своё внимание на дорогу.

По-моему, руль она держала весьма уверенно. Меня это восхитило. Точно говорят, что талантливые люди талантливы во всём.

- Да, к маме. Дима сегодня у неё. Еду забирать, - отозвалась я.

Рассказывать ей о наших проблемах я, конечно, не собиралась.

- Господи, как я вам завидую, - вздохнула доктор. – Все эти заботы с малышом… Это прекрасно. Когда-нибудь вы будете вспоминать это время с огромной любовью. Дети ужасно быстро растут.

Не думаю, что конкретно нынешнее время мне захочется когда-нибудь вспоминать. У меня оно будет ассоциироваться исключительно с коллекторами, разводом с Вадимом и всей этой страшной историей.

- О, вон гайцы стоят, - Алиса Владимировна мотнула подбородком в лево, и я увидела на обочине белый автомобиль с мигалкой и двоих гаишников в форме.

- У меня муж инспектором ГИБДД был, - заметила женщина. – Погиб в начале двухтысячных при исполнении служебных обязанностей. Мимо их поста бандиты неслись на джипе, сильно скорость превысили. Там какие-то разборки у них были, они друг за другом гонялись, похитили вроде кого-то. То ли жену, то ли дочь некого авторитета. Супруг с напарником их преследовали, требуя остановиться, а они начали стрелять. Ну и завязалась перестрелка. Оба гаишника погибли тогда.

- Соболезную, - тихо произнесла я, не зная, что ещё сказать.

- Есей в детстве в садике всем с гордостью говорил «мой папа - говишник», - с грустью улыбнулась Алиса Владимировна.

Я тоже улыбнулась. А в голове мысль: «Ну мало ли в этом городе Елисеев!»

Попросить её подробнее рассказать о сыне, чтобы точно убедиться, что это не Ярославцев, я опасалась. Потому что могло случиться наоборот… Не знаю, зачем я накануне читала характеристику имени Елисей: «Очень способный и умный. В школе учится хорошо, буквально хватает новые знания на лету. Елисеи очень привлекательные, поэтому отбоя от девушек у них нет, чем они и пользуются без зазрения совести. Елисей очень любит своих родителей. Особенно у него тёплые и хорошие отношения с матерью. В жёны Елисей себе выбирает красивую и эффектную женщину, любит баловать свою жену. Он романтичный и добрый мужчина».

- Моя мама одно время работала оператором на комбинате, - зачем-то рассказала я, чтобы отвлечься от этих мыслей. - А мне слышалось «пиратом». Так стыдно всегда было. У всех мама как мама, то врач, то продавец, а у меня пират.

Волкова засмеялась.

- Как там Дима? – спросила Алиса Владимировна. – У других специалистов ещё не обследовались?

- Нет пока. Но планируем.

Доктор понимающе кивнула. Быть может, она осуждала меня за то, что я не ринулась сразу же по другим врачам, чтобы исключить у ребёнка какие-то иные нарушения здоровья. Но мне было всё равно, кто и что подумает. Я не могла сейчас ни морально, ни финансово потянуть это. И даже Вадиму до сих пор не рассказала о том, что нашему ребёнку могут дать инвалидность, если у него подтвердится аутизм. Вообще после расставания я совершенно перестала общаться с мужем. Перестала ему звонить, мониторить его страницы в соцсетях, интересоваться его жизнью. Нет, мне было не всё равно. Мне было невыносимо больно его видеть, слышать, думать о нём. Поэтому вечером я даже не сразу поверила своим глазам, когда на экране мобильного высветился его номер. Ответила сухо и отрывисто:

- Да.

- Привет, Аль.

В ответ я молчала.

- Как дела?

- Нормально.

- Может, встретимся? В кафе посидим.

- Зачем?

- Да просто. Мы же не чужие люди друг другу. У нас сын растёт. Вот о нём поговорим. Да и вообще…

Что-то мне не нравилось в этом предложении, настораживало. Но всё же я зачем-то согласилась. Вадим был прав в том, что у нас общий сын, и хочешь не хочешь, а общаться нам придётся всю жизнь. И надо налаживать нормальные отношения. Однако когда я приехала в условленное место, Вадик встретил меня с букетом цветов. Это просто выбило из колеи.