Луизон для Дантона

Глава 3

Глава 3

Материнское чутьё подсказывало госпоже Жели, что с Луизой всё не так просто, как хотелось бы думать. Обычно по ночам в её комнате было тихо, а сегодня доносился то шелест, то шорох, то негромкие шаги. К завтраку она не пришла, и во всём доме не было ни малейшего намёка на её присутствие.

-Мне кажется, - сказала Александрина господину Жели, - что наша дочь куда-то исчезла. Ночью из её спальни доносились всхлипывания, потом всё как-то быстро стихло.

-Не стоит так беспокоиться, дорогая. Скорей всего, Луиза ещё не проснулась. Я пошлю Сильви её разбудить, про ссору мы забудем, а в наказание ей будет холодный кофе. - ответил господин Жели, уверенный в том, что никаких серьёзных намерений у Луизы не было. Она всего лишь решила их припугнуть. Однако новости, полученные от Сильви, заставили его задуматься:

- Господин Жели, - испуганно заговорила служанка, - я только что из спальни мадмуазель Луизы. Там всё верх дном, постель заправлена, а сама мадмуазель….- Сильви сделала паузу и сказала: - Она как сквозь землю провалилась.

Госпожа Жели была не менее испугана, чем Сильви - после этих слов она застыла с чашкой кофе в руке, как статуя. Один господин Жели сохранял самообладание.

-Мне кажется, прежде чем паниковать, лучше сначала проверить дом. Может, ей взбрело в голову куда-то спрятаться.

Поиски не дали никакого результата - ни в библиотеке, ни в чулане Луизы не оказалось. Уставший от этих бесплодных попыток господин Жели заверил свою супругу, что в Париже есть лишь одно место, куда могла отправиться их дочь.

Он, как всегда, оказался прав: сейчас Луиза действительно находилась у своей подружки Ивонны. Она в очередной раз рассказывала о своих планах на побег, но только не ей, а её тётушке, преуспевающей актрисе Беатрис. Несмотря на то, что она была в два раза старше Луизы, та доверяла ей - Беатрис умела хранить чужие секреты.

-После такого отказа монастырь для меня единственное спасение. - закончила Луиза свою жалобу.

-Удалиться от мирской жизни ты всегда успеешь, а на “Причудниц” в “Театре Нации”* (*бывший Комеди Франсез) можешь попасть только сегодня. У меня интересная роль в этой постановке. Обещаю вам с Ивонной лучшие места. - сказала Беатрис, внимательно выслушав рассказ Луизы. Последняя не горела желанием идти в театр и смотреть на счастье персонажей, когда она сама так страдала. Однако ей всегда нравилась театральная атмосфера и возможность отвлечься от привычной скуки, так что устоять перед соблазном было невозможно. И Луиза, не долго думая, согласилась.

Беатрис сдержала своё обещание: они с Ивонной сидели в ложе посреди зала, из которой сцена была видна как на ладони. Сама постановка Луизе не показалась интересной - она ей запомнилась лишь прекрасной игрой Беатрис. Когда той не было на сцене, она рассматривала посетителей театра и обсуждала их с Ивонной. Её внимание привлекли двое мужчин - один из которых постоянно оглядывался в их сторону.

-Ивонна, а кто это нас так пристально изучает? - спросила Луиза, почувствовав на себе этот дотошный взгляд.

*************************

…… Мужчина, так заинтересовавшейся Луизой, оказался ни кем иным как грозным оратором Жоржем Дантоном. Раньше он был олицетворением самой Революции, сейчас же вся его грозность осталась лишь в старых речах. Сейчас этот грузный человек, напоминающий здоровенного быка, был подавлен смертью любимой супруги, Габриэль. Дантон совершенно не обращал внимания на сцену: спектакль служил приятным сопровождением для разговора с его коллегой Фабром - харизматичным мужчиной лет 42-х, депутатом Национального Конвента и прилежным учеником Эпикура.

- Ну что, Жорж? - допытывался Фабр. - Правда, Луиза не дурна собой?

-Она выросла и похорошела с тех пор, как я видел её в последний раз. - ответил Дантон, продолжая пристально разглядывать Луизу. Фабр довольно улыбнулся.

-Сейчас ей уже 16 лет, если я не ошибаюсь. А это возраст. - шепнул Фабр, подчеркнув последнее. На минуту Дантон задумался, затем сказал:

- Она росла у меня на глазах, а моя бесценная Габриэль заплетала ей косы. Тогда Луиза была ещё совсем маленькой. - казалось, после этих воспоминаний он опять погрузился в меланхолию.

-Жорж, я не узнаю тебя: ты всегда был истинным эпикурейцем. Так последуй его совету: всегда люби. - с улыбкой посоветовал Фабр.

-Всегда любить? -задумался Дантон. - Что ж, в чём-то вы с Эпикуром правы, однако с Луизой мы слишком разные, чтобы быть счастливыми.

Фабр поспешил утешить друга своими несколько циничными мыслями:

-Она будет смотреть тебе в рот, Жорж. Для довольствия ей надо не больше, чем нашим любовницам, - усмехнулся Фабр, - роскошный гардероб, особняк и побольше денег. А всё остальное не важно.

Что ни говори, в словах Фабра была доля правды. Дантон знает, что нужно женщинам, он умеет обустраивать их жизнь. Красотка Жюльетта, живущая в роскошной квартире со слугами, разве не подходящий пример? Луизе тоже ни на что жаловаться не придётся - у неё будут горничные, прекрасные платья и всё, что она только пожелает. А что, в таком случае, будет у самого Дантона? Не слишком умная, но красивая жена, а также надежды на семейную идиллию. А самое главное, мелькнуло у него только сейчас, вторая молодость! Пора развлечений.

По радостному выражению лица друга Фабр понял, что тот решил последовать его совету.

-Так ты решился?

Без промедленья взбудораженный Дантон ответил:

- Я напишу господину Жели, и пусть он только попробует мне отказать. - на этой высокой ноте спектакль закончился.

……. В экипаже Луиза с Ивонной не переставая обсуждали мужчину, смотревшего на них в театре.

-Тётя сказала, что за нами наблюдал сам Жорж Дантон.

-Дантон? - удивилась Луиза. - Несмотря на то, что он друг нашей семьи, смотреть так на меня верх неприличия.