Лукоморье. Там в краю далеком

Снова на кромке

–– Где мы? Где народ? Парни, девки?
–– Иван, тебя лишний раз сегодня по башке не приложили? Тебе и вчерашнего было вдосталь.
–– На кромке мы, царевич.
–– А этот чего здесь делает?
–– Не видишь что ли? Лежит.
–– Сомлел?
–– Сомлел от дубины, которой его по башке приложили. Может совсем отойдёт? –– задумчиво молвил Иван.
–– Как так отойдёт? Да ты что, ошалел? –– Возмутился Славен.
–– Молча. Не приходя в осознание. Потому, как придя в себя снова сомлеет. И что с ним тут, до конца света стоять? –– косвенно поддержал царевича Рогдай.
–– А почему он сомлеет? –– удивился Вадька.
–– Не, ну тебя вроде по башке не лупили, ногу тебе залечили… Ну, к примеру… Это тебе как? –– Иван повёл руками в обе стороны. Это кромка! И здесь святой отец валяется. Пока в не сознании.
Потом обвёл соратников нечитаемым взглядом и чуть ли не гаркнул:
–– Эй! Вы что там, вовсе умом тронулись? У нас тут поп полумёртвый на кромке! А кто-то мне говорил, что сюда людям ходу нету.
–– Ты же прошёл? И я прошёл? –– Подивился Костя, неужто невидаль какая?
–– Ты прошёл с Рогдаем, он перевёртыш, тож, кромешник, а я с этими двумя, они теперича, как к себе домой на кромку ходят, не спрашивай почему! –– Пояснил царевич.
Костя прикрыл рот. Не спрашивать, так не спрашивать, потом корогуша расскажет. Костя нащупал котомку, цела.
–– А этот, получается тесть твой, Славен? Сам сюда провалился. Вперёд нас. Как так? он тоже, кромешник, выходит?
–– Ладно, делать то с ним что?
–– Может обратно выкинуть?
–– Ага, чтоб он побежал спозаранку кричать на всё Лисовино, что здесь видал.
–– Лешего. В бусиках –– прыснул в кулак Вадька.
–– Да хоть в трусиках и панталонах! Нас! С ним лешаком! Видал! Как мы с ним любезничали видал! Как с кромки зашли видел, то есть для него из воздуха появились! Кучу мелких кромешников видел, и болотниц и дриад, и удина была, кажется, все сбежались над людьми пошутить! А самое главное, что он покалеченный! И кем, скажут, покалеченный? Нами! И будут уже нас искать, с недобрыми намерениями.
Богатыри переглянулись.
–– Может его того, добить, чтоб не мучился? –– продолжил свою мысль Иван.
–– Да негоже грех такой надушу брать… Оставим его здесь, авось сам отойдёт… –– Вадька был боле сердечен.
–– Да вы что?! Ошалели совсем? Это как-никак батька Поляны, тесть мой!
–– А если его тихонечко, обратно, на ту поляну перенесть?
–– Никак не стоит того делать. Не можно ему сейчас в Новой являться. Народ мутит, против старых богов настраивает, кромешников нечистыми славит. –– задумчиво потирая бороду сказал Рогдай.
–– А тут ещё добавит, что сегодня видал –– поддержал его Вадька.

Переглянулись уже все пятеро и скромно стоявший в сторонке леший.
–– Я пожалуй всё-таки пойду… а то вдруг и вправду, очнётся, меня увидит, перепугается… А вы тут… ну не сорите сильно. Не пачкайте.
Многозначительно молвил Леший и бесшумно удалился, на сей раз уже насовсем.
–– Это на что он намекал сейчас? –– проводил взглядом Лешего Костя.
–– На что, на что… Ладно пачкать, тьфу, прибить негоже, обратно отправить тож, негоже, бросить и того хуже. Что делать? Был бы он хоть здоров и при памяти… –– пожалел несчастного Евпатрида наймит.
–– Я придумал! Мы его к Ягой снесём!
–– Словен, тебя тоже вроде по голове не били? Или я что-то упустил? –– Воззрился на него с недоумением Иван.
С другой стороны то дело, есть повод с Мариной ещё разок повидаться. Повидаться то хорошо, но как она глянет на такой «повод» повидаться?
–– Да престань Иван! Били не били… моей голове за последние три дня так досталось, что сам иногда сомневаюсь, моя ли?..
–– Оно и видно. К Марине. Его. Святошу. –– Разделил сомнения царевича Рогдай.
–– А Славко дело говорит, снести его к Моревне, пусть подлечит, но не торопясь, аккурат, чтоб к нашему возвращению на ноги встал, а как мы вернёмся, с Поляною, да ещё с каким прибытком, там и спрос другой будет! –– Вадька был, как всегда своим обычаем, лишь за бескровное решение любой напасти.
–– Марина Моревна много ему говорить не будет, знахарка и знахарка. Мало ли таких по лесу живет?

Славену всё больше эта затея нравилась.

––Ага. В теремах царских! –– Саркастически заметил Иван.
–– Ничего, приврёт с три короба, иль правду скажет, мол, муж ревнивый шибко, –– Вадька глянул на Ивана –– вот и поселил в лесу.
–– Ну, коли другого ничего не придумывается, надо его к Моревне, как-то отвезть. Эх, коней бы сюда… –– Почесал затылок Рогдай.
–– А в чём загвоздка? –– Поднял соболиные брови Костя.
–– А ты попробуй, заведи коней на кромку, упираются, зубы скалят, не идут. Мы пробовали, но не удалось, пришлось там оставлять.
–– Не идут? Рогдай, пойдём со мной, а то я так понял не пройду обратно ни с конями, ни без коней.

Через четверть часа Костя Грек вернулся, ведя цугом всех шестерых коней. Рогдай скользил как тень следом.
–– Эко ловко! Ты случаем, конокрадом ранее небыл?
–– Не случилось как-то, но кони мне верят. Да, мои хорошие? Пойдёмте к тётке Марине, не бойтесь, никто вас тут не тронет… Только вот сначала мы это тело на тебя, вороной, сложим… Ты уж потерпи, знаю, что неприятно мешок возить, но я тебе хлебушка с солью. На-ко! Вооот, теперь ложись, вот так, умник ты мой! Чего встали, глаза выпучили! Давайте, грузите этого пришибленного, а то и так до зари повозимся.