Лукреция. Пламенный танец.

Act 2. Незнакомец.

Act 2.
***Незнакомец***

Pow Kristina...

  — Мир сказок? – над моей головой пронесся мужской голос, и я резко повернулась, — это мир, где сказки сбываются? Любопытно.

  — Кто вы такой? Вы хоть знаете, кто я? — я постаралась отъехать, но тело было слабым.

  — Не беспокойтесь, вы будете в безопасности, – он начал меня везти вдоль парка, — вот только у меня есть одно очень выгодное предложение.

  От него веяло каким-то странным ароматом, от которого бежали мурашки по телу. Весь в черном, словно на похороны собрался. Руки крепко держали коляску.

  — Мне ничего не нужно, оставьте меня в покое, — я посмотрела под ноги, которые болтались мясом. Трава была длинной, но ее щекотки я не чувствовала теперь, — вы все равно не вернете мне ноги.

  — Милонька, мир сказок выполняет сказки, — он остановился у вершины горки, с которой я часто скатывалась зимой, а тетушка опасалась, что я переломаю все кости, — для вас это будет необычным, но другого выхода у вас нет.

  — На что вы намекаете? — меня этот тип начинает заинтересовывать.

  — Я предлагаю вам сделку. Вы добываете вещь, которую я у вас попрошу, а вы получаете взамен ноги, которые вновь будут вас слушаться, и, вы сможете танцевать с новыми силами и возможностями. Что скажете?

  С того момента, как я попала на сцену, мне пришлось бороться за лидерство. Сотни девушек пытались меня сбить всяческими путями и смыслами. И вот так просто я не отдам им место на своем троне славы, которая только начала у меня получаться. Я еще не показала свою самостоятельность тети.

  Кстати о ней. Повернув голову в ее сторону, я поняла, что она только заметила мою пропажу. Найдя меня глазами, она сразу же бросилась ко мне.

  — Мужчина, что вы делаете?! — начала она кричать на незнакомца.

  — Ну что, вы согласны? Больше я повторять не буду...

  — Да, я согласна. Я принимаю ваши условия.

  Но то, что он сделал в следующую секунду, я не забуду никогда. Он со всей силы толкнул инвалидную коляску, и… Я почувствовала невесомость, то, что не ощущается поверхности под собой. С грохотом коляска упала, и колеса ее стремительно развивали скорость. Под ногами стали появляться искорки, они словно огоньки окружали меня. Я оглянулась. Время словно остановилось: стремительные людские взгляды, лающая собака, тетя с гримасой ужаса и незнакомец…

***

  И вот я держала в руках свой аттестат. Он был почти идеален, но он давал мне надежду поступить. Скоро мне исполниться 18 и я смогу съехать от тети, стать полностью самостоятельной.

  Через пару месяцев я с визгом ворвалась в дом. Не обращая внимание на настроение тети, я ее с радостей стала обнимать:
  — Я поступила! Слышишь!!!

  — Ну и что ты здесь разоралась?! — началось негативное настроение тети, — ну поздравляю, а теперь отлипни, не пологается так вести себя.

  — Ну брось ты, тетя! — я все же отпустила ее и побежала в свою комнату.

  Закрыв за собой дверь, где висел плакат анатомии человека, я упала на застеленную кровать и обняла любимого зайца, который был любимым у моей мамы. Иногда мне казалось, что он пахнет мамиными духами, но это мои выдумки...

  — Тетя, что это значит?!

  Новый Год был полностью испорчен, когда с моих счетов были сняты все деньги. Взяв у друга велосипед я приехала к тете. Не застав ее, просидела до утра в подъезде.

  — С 18 лет ты уже можешь объодиться и без моей опеки. Ты сможешь обустроить себя в жизни и без денег, — она даже не смотрела на меня, а взялась за маникюр своих ногтей.

  — Но... Как я буду учиться?! Почему все сразу?! — я была сильно зла и разочарована, — разве отец не поручил тебе заботиться обо мне и выучить?!

  — Вот именно, я тебя научу, как жить в мире без денег, — только сейчас она посмотрела на меня темносерыми, безжизненными глазами, — в свое время я тоже оказалась в подобном положении, но сейчас, как видишь, живу и наслаждаюсь.

  — Наслаждаешься за мой счет! Это деньги моего отца, ты не имеешь права! — я стала переходить на крики, — если ты страдала, то зачем мне такая участь?! Если нужны испытания, жизнь сама их мне даст.

  — Я не хочу больше с тобой разговаривать! — она повысила тон до неузнаваемости. Она мазнула лаком мимо ногтя и максимально нахмурила брови, — Убирайся! Не хочу видеть тебя!

  — Но тетя... это же мой дом, разве не так?! — подавленность начинала давить на горло, а после давление перешло в слезы.

  — Наследство, по завещанию, остается у опекуна. Я свои 15 лет потратила на тебя, имею право забрать свою долю. У тебя было большее, чем у меня.