Лукреция. Пламенный танец.

Act 44. Четыре башни – четыре боя. Часть 4.

Act 44.
***Четыре башни – четыре боя***
Часть 4.

Pow Lucretius...

  Следующие два дня парни вместе с другими оставшимися учениками, которых было немного, старались придавить количество ша-духов, но они постоянно высвобождались и творили хаос заново.

  Сегодня ночью мне приснился сон:

  — Мамочка! Куда ты меня ведешь?! — кричала девочка, но мать ее словно не слышала.

  — Молчи! Не привлекай внимания, — прошипела сквозь зубы женщина.

  Ее фиолетовые волосы словно шелк спадали вниз и чуть не достигали подола платья. Руки бледные, как снег, а ногти длинные, словно у какой-то колдуньи, но более красивые.

  Вот девочка с матерью зашли в комнату и она лишь на секунду погладила ее по голове, а затем устремила свой взгляд вперед. В этом взгляде читалась вся тревога и страх, словно она вот-вот умрет.

  — Шайрон, они совсем близко… Я не… Шейли и Рейса, они…

  — Успокойся, заведи дочь в шкаф.

  Только сейчас я разглядела образ девочки и она была промокшая до ниточки! Полная страха  и непонятно от чего ее больше трусит: от страха или от холода, который ее окутывал.

  Словно акварельная краска с ее волос падали черные капельки и проступала светлота ее волос.

  — Дождь ее спас… — как-то загадочно произнесла женщина, — девочка моя… Ты главное никому не говори, что мы твои родители, так ты сохранишь себе жизнь!!!

  Она закрыла девочку в шкафу и лишь на секунду приставила лоб к деревянному шкафу. Грациозно ее темно-синие каблуки направились в сторону мужчины.

  — Саиша, не беспокойся, все будет хорошо… вот увидишь… Мы будем всегда рядом с нашими детьми.

  — Но только не с ней, — произнесла взволновано женщина и смахнула набежавшую слезу.

  — Ты плачешь? — спросил мужчина, но более не сказал ни слова.

  В комнату забежали рыцари в светлых доспехах и мгновенно проткнули его копьем. Онпрогнулся назад и закатил глаза, из рта хлынула струя крови.

  — Нет! Шайрон! Рон, дорогой! Нет! — кричала женщина с обезумившими глазами. Ее глаза наполнились тьмой, а по ногтям пробежалась темная дымка, — я убью ва…

  Не успев договорить, как в нее вонзилась какая-то игла, которую ели можно было заметить издалека. В дверях я заметила арбалетчика.

  — Никого ты не убьешь, павшая корона, — произнес чей-то мужской голос и начал хохотать, — легче первоуровнего мага, а-ха-ха!

  — Проверить комнату! — крикнул другой мужской голос.

  Я не видела лиц, либо же они были замылены в моем сознании, но один из голосов мне показался знакомым.

  — Здесь светловолосая девочка! — крикнул блондин с зелеными глазами, — она без сознания, скорее всего они пытались ей красить волосы, чтобы она была одной из них, но надолго этого не хватило. Хорошо, что дождь пошел!

  — Вот же мерзкие темные…

  Сон оборвался и я сразу поняла, что один из ша-духов хотел мне показать что-то. Но с какой целью?

  После этого я рассказала Трайнеру про свой сон.

  — Очень странный сон… — сказал он и начал поглаживать большим пальцем свою щетину, — очень похож на…

  — Гнилую легенду? Да, я тоже об этом думала, — ответила встревоженно я и подняла на принца свои глаза, — я словно была в стороне и наблюдала, как мужчина и женщина умирают, даже без сил что-либо сделать. А если бы это были из королевской семьи, думаешь они бы смогли вот так просто умереть?

  — Их магию могли отравить или усыпить. По рассказам дедушки, который рассказывал эту историю отцу моему, темные любили пировать. Созывать все чудеса и гадости света.

  — Что подразумевается под «гадостями света»?

  — Слизни, уродцы, которые показывали цирковые трюки и ужасающе-гибких людей…

  — Ох, это ужасно! — поднесла ладонь к своим губам и опустила ресницы вниз.

  — Что именно ты считаешь ужасным? То что такие пиры существовали?

  — Нет, то что большинство талантливых или старающихся показать талант людей, называли «гадостями света», — произнесла я и немного тряхнула головой, чтобы собраться с мыслями, — как там архимаги? И вообще этот разлом между мирами?

  — Путь уже расчистили, сегодня архимаги должны будут наложить печать, а ночью щель закроется.

  Между нами нависла тишина и я лишь искоса смотрела на его темно-красные волосы, его профиль, который смотрит в окно библиотеки.

  Я тихонько чихнула  в сторону и тут же почувствовала, как плечи накрыла накидка Трайнера:
  — Кто же ходит по зданию в таких почти незакрытых нарядах? — немного с упреком спросил.

  — Ну извини, я из дома ничего не брала, сразу на поле боя, а точнее в библиотеку, — улыбнулась я и тут решила спросить немного волнующий вопрос, — ты давно знаешь Кастелию?

  — Да, с первого курса с ней соперничаем, но естественно я ее во много превосхожу, а знаешь в чем мое главное превосходство? — спросил он и как-то самодовольно улыбнулся, — конечно это то, что я старший принц, с рождения дана такая сила. Почему ты спрашиваешь?

  Я почувствовала, как щеки слегка полыхнули, а по телу пронеслась рябь жара, которая продлилась лишь долю секунды.

  — Я… Просто она такая превосходная и…

  — Ты ревнуешь? — оборвал он и я посмотрела в его глаза. Красные огоньки пылали от   любопытства.

  В этот момент я словно какая-то девчонка не могла произнести и слова, хоть уже и состояла в отношениях, но… Почему он вызывает во мне такие чувства? Тем более наши пути разойдутся и…

  Мысль оборвалась также резко, как и его легкий, краткий, поцелуй. Всего легкое мгновение, которое поразило меня больше, чем если бы на меня набросили шар молний.