Луна и Грошь

Стерильная тишина

Он очнулся, когда вокруг было совсем светло. Настолько светло, что ему показалось, будто он очутился в раю. Стерильную тишину нарушали лишь треск лампы и звуки металлических приборов. Грошь так испугался этих звуков, что от слабости и ломоты в теле, он снова потерял сознание. Ему снилась Луна. Снилось, что он стал планетой, а она – верной спутницей. Что они вместе болтали ни о чем, смеялись и кружились-кружились-кружились. Всё это оказалось неожиданно реалистичным. Его тело откликалось на невероятный сюжет сна так охотно, что вскоре у маленького бессильного гоблина началось головокружение, и его стошнило на пол ветеринарной клиники.

– Это ничего. Это мы быстро поправим, – услышал он незнакомый голос, – Сестра!

Кто это? Брат черепахи? Почему он зовёт сестру? Так вот куда он уехал! Мысли проносились роем в голове маленького гоблина, и он не мог остановить их. Сказать по-честному, он и не пытался. У него не было сил.

– Пожалуйста, приберите здесь! У нас маленький, слабый пациент, – врач отвернулся в сторону и чуть сменил тон, – Он скоро поправится, ничего серьёзного: сильная слабость и простуда.

– Что же нам делать, доктор? – Грошь услышал обеспокоенный женский голос. Луна? Она вылечит его! Она точно знает, что делать.

– Кормить, любить и оберегать, это главный секрет здоровья, даже у кота!

Он сказал "кота"?

– Я выпишу вам иммуноглобулины, а позже добавим препараты общеукрепляющего действия. Он будет как новенький, – голос зазвучал в направлении гоблина, – Да, малыш? Всё у нас будет хорошо.

– Спасибо, доктор! Мы так напугались за него.

– Это моя работа. Сейчас зима, такому крохе нечего делать на улице. Спасибо, что спасли его, и приехали к нам!

Спасли? Меня? Грошь не понимал ровным счётом ничего, в голове до сих пор звенело, а пространство кружилось вокруг него размытым пятном света. Он слышал, прекрасно слышал всё, что говорили люди, но неужели они все сошли с ума: черепаха, доктор и эта леди с бархатным голосом. Как можно считать, что он кот? Ведь он обычный гоблин. Маленький гоблин по имени Грошь. Вот и всё. И больше он никто. И никогда.

Сон, сон, сон, переезды, голоса, тишина, сон, снова голоса, переезды, тишина и сон.

– Вставай, соня, нам нужно поесть, – хорошенькая девочка с тёплыми ручками протягивала ему бутылочку и нежно держала обессилившее от слабости, болезни и сна тело.

Я не Соня, я Грошь. Подумал было он, моментально среагировав на обращение ребёнка, и уже начал нервничать, но тут она прислонила бутылочку к его рту, и он в первый раз в жизни попробовал молоко. Как вкусно! Хорошо, я буду Соней. Что ещё у вас есть? Грошь вдруг вспомнил, что жутко голоден, и мигом осушил содержимое до самого дна.

– Да ты обжора, – рассмеялся ребёнок, – Это хорошо! А то ты совсем без сил. Мама переживает за тебя и хочет, чтобы ты скорее поправился, котёночек.

Это уже не смешно. Кто-нибудь скажите им, что я не котёнок, прошу! Я же просто Грошь, гоблин, разочарование и позор для всех окружающих меня существ. Ну и Соня. Сейчас я готов быть Соней, если за это они кормят меня. Грошь хотел было возмутиться и высказать всё, но сил прибавилось совсем немного, и выразить свои мысли у него пока что не получалось. Да к тому же никто не смог бы его понять.

Так шли дни и недели, Грошь спал в тёплых одеялах, в объятиях матери и ребёнка, а также по соседству с маленьким комочком счастья, у которого он когда-то таскал колбасу. Добрые руки лечили не только его раны, но и то, что было внутри – страх, усталость и одиночество. Он постепенно набирался сил. В атмосфере любви его тело становилось всё крепче, а здоровье стремительно улучшалось.

Однажды у него даже оказалось достаточно сил, чтобы исследовать дом.