Луна осветит реку

Глава 12. Умбра

Рисование было моим любимым занятием, но вот уже много времени я не держала в руках бумагу, карандаш и краски. Не было идей, что изобразить на бумаге, и не было желания даже притрагиваться к этим предметам.

Но что-то заставило меня этим утром взять в руки простой карандаш, ластик и новый, еще пустой блокнот, который мне подарила Алиса на прошлый день рождения.

Вчера мы созвонились с Алисой и договорились встретиться вечером. Власти Каедеса не были совсем жестокими и бесчеловечными, поэтому раз в две недели была ночь, в которую не соблюдался комендантский час, и в эту ночь работали различного рода заведения для отдыха и веселья. Поэтому мы обе определились, что нам нужно отдохнуть таким образом.

Но до вечера у меня был целый день. За окном светило яркое солнце, из открытой форточки дул легкий прохладный ветер, колышущий белый тюль. Я решила не сидеть в комнате и спуститься на улицу, сесть на деревянную зеленую лавочку, окруженную белыми и розовыми флоксами, цветущими шапками и привлекающими бабочек.

Карандаш навис над листом бумаги, крепко сжимаемый в моей руке. Я не могла сделать ни штриха, в голове не было идеи, что я хотела перенести на бумагу, но я хотела пересилить себя и нарисовать что-то.

Последние мои рисунки были сделаны после смерти друзей. Я их не доставала и не пересматривала, и пока мне не хватало смелости взглянуть на них еще раз. И после этого я ни разу не рисовала.

Нужно отдаться спонтанному воображению и вдохновению.

У меня получались толстые, кривые линии. Я боялась отдаться творчеству. Боялась раскрыться в искусстве. Такое было и в детстве, с чем мне помог справиться Нави. Хоть он и утверждал всегда, что далек от искусства, именно он был моей музой, моим мотиватором.

Я сделала глубокий вдох июльского теплого воздуха, пахнущего ягодами и цветами.

Не нужно так насильно заставлять себя рисовать. Ничего хорошего не выйдет. Может, я пока не готова к этому.

Родители меня отпустили в клуб с Алисой, я им не соврала, куда собиралась идти. На удивление, отец даже не попытался меня отговорить от этого.

После нескольких дней носки комбинезона и майки, которые испачкались в первый день, мне хотелось нарядиться во что-то красивое.

Наконец пригодилось мое легкое черное платье в цветочек, которое я почти не носила. Для удобства на ноги я надела кеды, а волосы слегка завила и собрала заколками передние пряди волос. Немного туши на ресницах и блеск для губ освежили мой образ.

С Алисой мы встретились в центре города. Она была одета совершенно иначе, чем я. На ногах черные штаны карго, сверху кожаный топ, а на руках перчатки с открытыми пальцами. Часть ее стиля – темный макияж и слегка спутанные волосы, собранные в две косички.

Алиса одевалась так же, как ее старшая сестра. Ей хотелось быть похожей на нее, я видела это невооруженным глазом. Та же целеустремленность и стойкость, то же выражение лица, тот же стиль одежды…Глядя на Алису, я видела в ней копию Лолы.

Алиса радостно помахала мне, когда я подходила к ней. Наши объятия были крепкими и долгими, мы не хотели друг друга отпускать, потому что знали, что больше мы обе ни от кого такой поддержки получить не можем.

– Прости, – виновато сказала она, выпуская меня из объятий. – Из-за меня тебя арестовали. Как все прошло? Как ты?

– Сначала выпьем, потом расскажу, – сказала я, и мы зашли в клуб.

Мы выбрали заведение поприличнее, пусть там было и недешево. Выбрав дальний столик, мы заказали себе коктейли и принялись рассказывать, что произошло с нами за эти дни. Я в подробностях рассказывала о том, как мы работали и как сильно я уставала.

– Бедная, – с жалостью сказала Алиса. – Хорошо, что ты в порядке, но как ты попалась?

– Я столкнулась с одним парнем…Мы вместе отбывали наше наказание.

– Симпатичный? – загадочно улыбнулась Алиса.

Я закатила глаза. Хотя что уж скрывать, Кас мне действительно казался симпатичным. Только вот при этой мысли у меня что-то замирало в груди. И не из-за того, кем он был. Это было чувство вины перед Нави. Раньше я не могла даже взглянуть на других парней, но когда кто-то мне показался симпатичным на лицо, я сразу постыдилась этого.

В любом случае, стоит об этом забыть. Кас был преступником.

– Он Робмун, – шепнула я, и у Алисы тут же округлились глаза.

– И ты не сдала его?

– Нет. Вообще, я даже хотела попросить его отвести меня к Робмунам.

– Ты, никак, спятила? – опешила Алиса.

– Нет. Я как раз таки хотела разобраться с…со всем тем, что произошло. Но так и не рискнула, – призналась я.

– Может, оно и к лучшему.

– Но почему у меня тогда ощущение, что я упустила возможность? И упустила что-то важное?

– Боль все еще не дает покоя. Как и незнание истины.

Наверное, Алиса была права. Но в моей голове вертелся еще один ответ, который я так и не произнесла вслух и даже противилась принимать его.

«Потому что это был шанс на нескучную жизнь».

Нам принесли наши коктейли, а в моей голове все еще вертелись мысли, что зря я не попробовала влиться в Орден Робмунов. Но что уже жалеть, если ничего нельзя изменить?

– А ты как провела эти дни? – спросила я, стирая из головы прежние мысли. – Не переживаешь, что не взяли в группу?

– Они мне потом позвонили и сказали, что могли бы взять меня, если бы я им заплатила большую сумму, – ответила Алиса, уставившись в бокал с коктейлем. На мгновение она замолчала, обдумывая что-то. – У меня даже была мысль найти где-то деньги, но лучше я поднакоплю, куплю нормальную барабанную установку и справлюсь со всем сама. У меня случилось что-то вроде прилива мотивации.

– Это здорово.

– На самом деле, на меня так повлиял разговор с одним человеком… С племянником Августы. Он недавно приехал в Диврет.

– Симпатичный? – повторила я вопрос Алисы с такой же интонацией.

– Да, – ответила она, не шутя. – Высокий, мускулистый, серьезный… Ему где-то двадцать пять на вид.