Луна осветит реку

Глава 46. Кириан

Пришла пора взять все в свои руки и найти хоть какие-то ответы, посылая все к черту. Хватит этого неведения и неизвестности. Слишком много накопилось вопросов, а с каждым днем их появлялось еще больше, и мне это порядком надоело. Ночью чувства обостряются сильнее, и сегодняшней ночью этим чувством стало нетерпение и злость.

Алиса, наверное, уже давно спала в своей комнате, все-таки было уже два часа ночи, а я не мог сомкнуть глаз, и в один момент вскочил с кровати, оделся и вышел на улицу.

Наверное, все дело было в ужине и его готовке. Я совершенно не чувствовал себя в те моменты каким-то не таким. Я был не демоном, ищущим ответы на вопросы о тайнах семьи и картину, а обычным парнем, радующемуся прекрасному вечеру с девушкой. Мне хотелось испытывать это чаще, а ведь я не чувствовал себя так счастливо уже давно. Но пока надо мной нависали все нераскрытые тайны, я мог об этом забыть.

После ужина я проверил дом на всякий случай, но, разумеется, если бы картина была там, я бы давно уже ее заметил. Если здесь прежде жил Цефей, о чем говорили портреты на стенах, то вполне логично было бы спрятать картину там, где он ее написал. Но в особняке ее точно не было.

Однако теперь я понимал, что та пустая стена в большом зале предназначалась именно для этой картины, как я изначально и подумал.

Ноги привели меня к дому, из которого вчера вышел тот мужчина, Аккарий. При себе я имел ножи и пистолет, но учитывая, что у меня теперь была магия, они могли мне вовсе не пригодиться.

Он жил в небольшом коттедже, в котором сейчас на первом этаже горел свет. Наверное, стоило бы попросить все рассказать и спокойно обсудить, задать вопросы, но вспоминая, что он украл у меня книгу и душил меня, я решил действовать более настырно.

Дверь даже не пришлось взламывать, она была открыта, а сам Аккарий в коридоре натягивал ботинки, собираясь куда-то уходить, что было не удивительно, ведь, насколько я знал, Робмуны редко спали по ночам.

Аккарий представал перед людьми грозным, сильным статным человеком, но сейчас на его лице был отражен испуг, он явно не ожидал моего визита.

Мгновенно он достал нож из кармана и хотел броситься на выход, но я захлопнул дверь и толкнул его в сторону кухни, чтобы не ушел.

– Хочу просто поговорить, – сказал я, призывая на всякий случай свою магию. Это оказалось труднее, чем описывалось в фантастических книгах. Мой внутренний голос буквально вопил, чтобы магия проснулась, и я пытался сохранять концентрацию не только на пробуждении силы, но и том, что происходило вокруг меня. Наконец я почувствовал ее в кончиках пальцев.

Я сразу приметил свою книгу в серебряной обложке на столе, но мне мало было забрать книгу. Этот человек мог дать мне хоть какие-то ответы, и этого шанса я упускать не собирался.

Он был старше меня и сильнее в магии, она ему была более подвластна, нежели мне, потому мне надо было связать его, например. Или что-то в этом роде.

Если бы я представил несколько лет назад, что сейчас я буду в буквальном смысле пытать человека, я бы ужаснулся, но жизнь вынуждала меня становиться более жестоким.

Да и с чего бы мне испытывать вину за эту жестокость, если я демон? Имею право.

Аккарий не был слабым и быстро сдающимся человеком, он попытался меня атаковать, и я боялся, как бы он меня не убил, ведь такое желание у него было. То даже было не желание, а открытое намерение, которое он мне позавчера раскрыл.

– Сукин сын, – выругался Аккарий, когда я его прижал к стене за горло. Может, моя магия тоже оказывала на него какое-то воздействие, поскольку вокруг моих пальцев клубились маленькие тени.

Я врезал ему по лицу, и воспользовавшись моментом его слабины, усадил на стул и привязал его руки к спинке стула ремнем со своих штанов, которые, благо, без него не спадали.

– Помедлил я, надо было сразу тебя убить, – сказал Аккарий, сплевывая на пол кровь.

– Кто ты, черт возьми, такой, что решил убить всех Дэллет?

– Потому что я тоже Дэллет.

– Что ты сказал? – мне показалось, это была какая-то глупая шутка. Но лицо Аккария было серьезным.

– Я тоже Дэллет, только вот отцу своему я был к черту не нужен. Но это не значит, что я не отношусь к этому роду.

– Кто твой отец?

– Донвел. Я брат Лауры и Арианы. У нас общий отец, но разные матери.

Мне сложно было в это поверить. С чего бы мне вообще ему верить? Хотя с чего бы ему мне врать?

Я облокотился о стену, скрестив руки на груди в ожидании продолжения объяснения. Аккарий не выглядел старым, ему было не больше сорока пяти, скорее, даже меньше. Как же тогда так получалось, что он был братом моей бабушки?

– Донвелу лет в пятьдесят наскучила семейная жизнь, и он изменил своей жене с моей матерью, которой на тот момент было двадцать пять. Донвел не думал, что у него будет ребенок, думал развлечься. У него уже в тот момент и внучка была, твоя мать. Конечно, сын ему не нужен был. И я был очень обижен на него, что лишил меня нормального будущего! Я имел такое же право быть и Дедом Солнца, и обладать картиной, и быть полноценным Дэллет… Но я был словно не частью этой семьи, мне ничего не доставалось, даже в завещании отец меня не указал. Потому я и зол на всех остальных Дэллет. – Аккарий говорил, как маленький обиженный ребенок, но так оно и было, пусть он и был уже давно взрослым.

– Ты убил моих родителей? – предположил я, уже зная, что это правда, но он ответил:

– Да ну? А знаешь, как считают остальные? Ни у кого и мысли нет, что это я.

Убийца моих родителей был передо мной. И он мне непрямо, но намекал на это. Я и сам чувствовал, что это он. Только никто, видимо, этого не знал.

Но если он такой безжалостный убийца, может, мне соврали, и мои бабушка с дедушкой тоже были убиты?

– Может и к смерти моей бабушки Лауры имеешь отношение? – спросил я, но на это Аккарий как-то странно горько усмехнулся:

– Нет. К ее смерти я отношения точно не имею.