Луна осветит реку

Глава 53. Умбра

Домой я вернулась вечером, когда и мама и папа уже были дома. Оба радостно меня встретили и усадили ужинать.

– Как поездка? – спросила мама.

– Очень здорово, мы были в картинной галерее, гуляли по городу. Мне очень там понравилось. – И я говорила абсолютную правду. Меня очень впечатлили и галерея, и сам город, но куда сильнее меня на меня повлияло убийство. А еще поцелуй с Касом, но ни о том, ни о другом я не могла рассказать родителям.

Они внимательно слушали мой рассказ о восхищении Фрелли, после чего я спросила:

– А у вас как дела?

– У папы и его команды повышение на работе, – сообщила мама, но прозвучало это будто не очень радостно из ее уст.

– Ого, что за повышение?

– Мы рассекретили одно место Робмунов, «Убивающий серп», – рассказал папа, и у меня внутри все застыло. – Мы схватили всех Робмунов, которые там были, пятеро человек. Они не раскрыли, где обитают остальные, как бы мы не пытались вытрясти из них информацию.

– Вы их пытали? – спросила я, пытаясь ровно дышать.

– Разумеется. А потом прямо на месте расстреляли каждого мерзавца.

«Держись, Умбра, держись», – умоляла я себя, чтобы не разрыдаться прямо там. Что, если убили тех, кого я знала? Ведь кроме Аккария никто из Робмунов не вызывал у меня неприязни, они были хорошими людьми.

– И теперь мое начальство устраивает корпоратив в знак благодарности, куда приглашены все из моей команды с семьями. Завтра как раз ночь без комендантского часа, пойдем в восемь вечера отмечать нашу заслугу. Вы с мамой тоже идете, – сказал папа.

– Ну, я думала встретиться с Алисой…– начала говорить я, пытаясь на ходу придумать причину не идти туда. С Алисой мы встретиться еще не договаривались, но это было первое, что пришло мне в голову. Я не могла туда пойти.

– Никаких отговорок, идешь с нами, – отрезал отец. – Тем более меня будут награждать.

Я посмотрела на маму. Она должна была понять, что я чувствую. Но при папе она не подавала виду.

– Ладно, – вздохнула я.

– Мероприятие важное, надень какое-нибудь красивое платье, – попросил отец. – Например с выпускного, которое зеленое с открытой спиной.

– Я подумаю.

Да уж, если я пойду поздно вечером на праздник в честь убийства Робмунов в этом платье, будет очень смешно.

После ужина я пошла к себе в комнату. Теперь у меня абсолютно не было настроения. Я уже начала засыпать, когда мама тихонечко постучалась и вошла ко мне.

– Мам, что мне делать?

– Наденешь что-нибудь закрытое, – ответила она.

– Ты же знаешь, что Робмуны не плохие, да? Как бы все это поняли!

– Родная моя, знаю, знаю. Но постарайся и папу понять с его коллегами. У них стоит твердое убеждение, что Робмуны противоестественные и плохие. Если что, притворимся, будто у тебя температура.

– Нет, я пойду. Я не хочу обижать папу, просто…Это все так сложно.

Мама лишь томно вздохнула, а я начала вспоминать, какие нарядные закрытые вещи есть в моем гардеробе.

На следующий день мы встретились с Алисой в торговом центре, чтобы пройтись по магазинам одежды, и я отдала ей привезенную из Фрелли открытку.

– Ну рассказывай, как поездка, – с улыбкой сказала Алиса, пока мы бродили между полок и вешалок с новыми коллекциями.

– Галерея и Фрелли запали мне в душу, – рассказывала я то же, что и родителям. Мы скорее больше болтали, чем смотрели вещи, но все же выбрали пару вещей примерить, и уже в примерочной, где не было людей, я принялась рассказывать то, о чем мама и папа были не в курсе.

– Картину мы не нашли, но произошло кое-что другое. Кас как ассасин пошел убивать свою жертву, а я решила проследить за ним. В этот момент на меня напал какой-то извращенец и я…убила его, – сказать это оказалось сложнее, чем я думала. Меня все еще передергивало каждый раз, когда я думала об этом.

– Ну и молодец, – ответила Алиса, кружась перед зеркалом в платье, которое она мерила, пока я сидела на табуретке.

– Кас то же самое сказал. А еще в первую ночь мы поцеловались. У нас оказалась одна кровать на двоих.

– Так и знала, что рано или поздно у вас все этим и закончится, – радостно повернулась ко мне Алиса. – Просто поцеловались и все?

– В один момент Кас сказал, что этого делать не стоит, и я согласилась. Я испытывала вину, ведь я должна помнить о Нави…

– Но?

– Но сейчас я бы не отказалась поцеловать его еще раз.

– Думаю, Нави был бы не против, чтобы ты вновь была счастлива с другим.

– Наверное, ты права…А у тебя что нового?

– Да так, ничего особенного.

– Именно поэтому у тебя глаза так светятся?

– Ну, я вновь буду заниматься музыкой. Кириан купил мне ударную установку и нашел мне какого-то гитариста, сегодня вечером будем с ним знакомиться. Вдруг сработаемся. Но у меня все еще проблемы с доверием.

– А Кириану ты доверяешь?

– Да. Мы с ним хорошо понимаем друг друга. И нравимся друг другу. И мы типа встречаемся. У меня с ним был первый поцелуй, – смущенно улыбнулась Алиса.

– И ты молчала?! – удивилась я и решила задать тот же вопрос, что и она мне. – Просто поцеловались и все?

– Один раз спали в одной кровати, когда ему приснился кошмар.

– Это мило.

В этом магазине мы ничего не купили, поэтому пошли в следующий, и разглядывая пижамы и нижнее белье, я спросила:

– А про картину у него нет новой информации?

– Только про ее смысл, но не про местонахождение, – сразу помрачнела Алиса. – У меня такое ощущение, что значимость этой картины переоценивают. Что все на ней так помешались? И ты, и Кириан…

– Я ищу только из-за Нави, ну и отчасти из-за интереса, что же в ней такого необычного.

– Тут тоже какая-то путаница, потому что Кириан говорит, что на картине обычный пейзаж, но какой-то искусствовед написал в учебнике по живописи, что на картине есть символы, говорящие о смысле жизни и чем-то подобном, – рассказала Алиса, и теперь я заинтересовалась картиной еще больше.