Луна осветит реку

Глава 62. Умбра

Алиса позвала меня к себе в гости на прослушивание их новой песни, и я не могла отказаться, тем более мы не виделись с ней уже больше недели с той самой страшной ночи. За это время я даже успела забыть, что я Робмун, и свыклась со всем, что произошло. Мои дни вновь стали похожи на обычные каникулы.

Когда я очутилась дома у Алисы, в особняке Луны и Солнца, я ходила с изумленным видом, осматривая залы и коридоры с роскошной отделкой и дорогими шикарными предметами интерьера.

– Тут как во дворце! – сказала я ей с восхищением. Алиса провела меня в их «музыкальный» зал, который расположился в самой дальней части особняка. Украшен он был зажженными свечами и разноцветными огоньками гирлянды. За счет того, что на улице уже темнело, создавалась полумрачная, загадочная атмосфера.

Напротив инструментов у стены стоял большой темно-зеленый диванчик и на стеклянном столике около него стояли стаканы с графином клубничного лимонада и виноград.

– Фавн сейчас подойдет. Ты пока располагайся и угощайся, – сказала Алиса.

– А твой Кириан где? – поинтересовалась я.

– Он пока уехал к себе домой, на юг, – немного печально ответила она, но я решила не допытываться, если она сама не хотела рассказывать. Тем более сейчас ее волновало другое: – Я волнуюсь примерно так же, как когда мы с Лолой исполняли вам впервые «Историю одного звездопада».

– Вы тогда чудесно ее исполнили. Жаль, что так все вышло.

– Если что, Фавн об этом не знает, – предупредила она, как вдруг он вошел в зал. Кажется, нашего разговора он не слышал.

– Привет, – поздоровался он. – Ты, значит, подруга Алисы.

– Умбра, – назвала я свое имя. – Приятно познакомиться.

– Фавн. Взаимно, – обаятельно улыбнулся он. Его вполне можно было назвать красавчиком. Одеты они были с Алисой в одном стиле, оба в черной одежде, увешанной цепями, с ярким черным, почти готическим макияжем, на головах обоих черные банданы.

Только Алиса заметно переживала, а вот Фавн вел себя достаточно уверенно. Когда поняли, что пора начинать, Алиса села за ударную установку, а Фавн взял в руки электрогитару. Мне и самой было волнительно, поскольку я первой услышу их совместное творчество, и играть они будут только для меня.

– Небольшое предисловие о создании этой песни. Мы договорились, что рассказываю его я, – начал Фавн, обладавший четкой дикцией и громким голосом с приятным мужским тембром. – В самый первый день работы нам пришла идея этой песни, которую впоследствии мы назвали «Встреча». Какие-то части мы придумали сразу, и текст, и музыку, а какие-то несколько раз переписывали и спорили. Возникла трудность с тем, что Алисе придется одновременно играть и петь, как и мне, но мы, вроде как, справляемся. Итак, начинаем.

Музыка была мощной и зажигательной, несмотря всего на такое небольшое количество инструментов, а слова повествовали о том, что человек мог встретить другого совершенно неожиданно на своем пути, и что любые встречи были не случайны.

Как моя случайная встреча с Нави снежным вечером, который позже познакомил меня с Лолой и Бренном.

Столкновение ночью с Кассиопеем.

Встреча Алисы и Кириана. Как Кириан обратил внимание на Фавна, по рассказам Алисы.

Может, эти встречи и казались случайностями, но приводили к чему-то намного большему.

Во время исполнения песни Фавн и Алиса выкладывались на полную мощность и несколько раз смотрели друг на друга, для чего Фавну приходилось поворачиваться вбок. Фавн поглядывал в сторону Алисы заметно чаще, чем она на него.

Когда они закончили, я зааплодировала и встала.

– Очень круто!

– Спасибо, – ответила Алиса, тяжело дыша то ли от переживания, то ли той энергии, с какой исполняла песню. – На самом деле у нас есть еще одна отработанная песня. Песня Лолы «Ложь вчера», которую она не успела дописать. Начата, как я полагаю, буквально за несколько дней до того, как ее не стало. Мы ее доработали.

Алиса как-то говорила про эту песню, но о чем она, я не знала. Уже первые нотки были спокойней, чем у предыдущей, и предвещали тяжелые слова.

Вокал в этой песне был только у Алисы, и ее ударных партий почти не было, однако песня мне сразу запала в душу.

Иногда нам приходится врать, нам нужно скрывать, нам нужно молчать,

Нам нужно, нам нужно, нам нужно,

И как плохо потом нам опять, мы не можем и спать, не можем и спать, не можем, не можем.

Про себя говорим «прости», говорим «прости», говорим «пойми»,

Только они могут так и не знать, что ты будешь скрывать, о чем будешь лгать…

Слова, написанные Лолой за несколько дней до ее смерти. Я припомнила последнюю ночевку с ней, и тогда, пока я рисовала ее портрет, она писала какую-то песню. Может, эту самую? И слова здесь имели прямое отношение ко мне? Казалось, я навсегда отступила от этой истории. Их ничто не вернет обратно. Лола никогда не споет мне песню, Бренн никогда меня больше не рассмешит, а Нави никогда меня не обнимет. И мне оставалось лишь простить их за то, что скрывали от меня какую-то свою темную историю, которую я не узнаю.