Луна осветит реку

Глава 98. Умбра

Когда я утром открыла глаза, не могла поверить, что меня окружает моя комната, а не дикая тропическая природа. А рядом на кровати лежал Шедар, который успел вырасти и теперь уже становился взрослым наглым котом.

Меня и маму с папой так переполняли чувства вчерашней ночью, когда я вернулась домой, что мы решили оставить все разговоры на утро.

Но когда я спустилась на кухню, казалось, родители вовсе не спали.

– Я отправлял несколько поисковых отрядов, – сказал папа. – Ни один не вернулся назад. Как мы поняли, они не преодолели шторм.

– Мы тоже попали в шторм, но смогли добраться до острова, а потом…– я запнулась, не решаясь рассказать про лабиринт. Поверят ли они? Особенно папа, который и к Робмунам скептически относится. Потому я рассказала, как мы выживали на острове до лабиринта, а потом повстречали Тиба, местного обитателя, который и послал карты с посланием, что мы живы, и предоставил нам лодку.

– И нашли вы картину? – спросил папа.

– Нет. Но мы точно стали более закаленными. А еще…я кое-что узнала про Каса.

Лицо мамы сразу помрачнело. Выходит, она уже узнала это, пока я была на острове?

Мне все еще было больно, но вместе с тем сейчас я чувствовала усталость и даже отвращение от этой темы. А еще мне придется рассказать это Алисе, которую планировала сегодня навестить.

Ладно, потерпеть сегодняшний день, и тогда я точно забуду Каса.

– Нави не умер, – сказала я. – И ему пришлось сменить внешность и имя на Кассиопея.

– Я его точно придушу, – разозлился сразу папа. Значит, мама ему этого не рассказывала. – У меня слов нет! Из-за него ты стала Робмуном, отправилась на этот чертов остров, чуть не погибла… – перечислял он с яростью в голосе, но я его прервала:

– Забудь о нем. Я забуду, и ты не думай. Больше не хочу и слова слышать о нем никогда.

– Но это он виноват в этом всем! Мы правда уже начали думать, что ты не вернешься. Нам было очень тяжело.

– Мне было не легче, зная, что вы будете переживать.

– Я получила карту и верила, что ты жива. Я просто не могла смириться с мыслью, что ты пропала.

– А как ты узнала про Каса? Ты же знала про него, да?

– Когда он приходил к нам, он мне показался странно похожим на Нави. не чем-то конкретным, но моя интуиция подсказывала это.

– Хоть раз в жизни твоя интуиция не подвела, – проворчал папа.

– А когда вы уехали, я пошла к Алии, и она мне все рассказала. Мне очень жаль.

– Алия меня тоже обманывала. Но это уже неважно.

– Что в итоге с картиной?

– Продолжу потихоньку ее искать.

Может, стоило еще рассказать про то, что мы Кирианом планируем вместе работать над одной идеей, но я уже знала ответ папы по этому поводу, что все это бессмысленный бред, потому решила пока не говорить.

Родители рассказывали, что произошло с ними за эти месяцы, мы сидели в нашем небольшом семейном кругу несколько часов. И я не могла нарадоваться, что вернулась к ним. Оказывается, боль мне доставляло и то, насколько я скучала по ним.

Ближе к вечеру я отправилась в особняк Луны и Солнца, и мы долго обнимались с Алисой, пока не сели пить чай. К нам присоединился и Кириан. Думаю, большую часть наших приключений он ей уже рассказал, включая лабиринт.

– Я за вас обоих сильно переживала, – сказала она.

– Прости, я знаю, – ответила я. – Но нам самим было нелегко.

– Кстати, что у вас с Касом произошло? Потому что Кир отказывается рассказывать, говорит, это его не касается.

Я тяжело вздохнула и рассказала все, уставившись взглядом в кружку. О том, что Нави выжил и теперь зовется Кассиопеем. О том, что произошло на самом деле и почему убили Лолу и Бренна.

– Как так? – поразилась Алиса. Для нее поверить в это было также сложно. – Если Нави не умер, то все время, что ты провела с Касом, он тебя обманывал? Да как он посмел!

– Ну хоть ты меня понимаешь!

– А он поддержал Каса?! – кивнула Алиса в сторону Кириана, но он ответил сам за себя:

– Я не принимал ничью сторону, просто и Каса понять можно, но и Умбре тяжело.

– Его понять можно, если бы мы не сблизились с ним летом, – поправила я. – Но это не имеет значения. С сегодняшнего дня ни слова, ни мысли о нем.

– Хорошо, но это жесть, – не могла успокоиться теперь Алиса, и я ее прекрасно понимала. – Черт, я же его с детства знаю и ни разу не могла подумать, что Кас – это он. Получается, и татуировку делал мне Нави, а ведь он наверняка тогда понял, что это название песни Лолы.

– Он даже не подал виду тогда, – добавила я. – Его выдержке и актерской игре можно только позавидовать, но я все время на острове не знала, куда деваться от него и мыслей о нем.

– Ничего, пройдет время, станет легче, и новую любовь найдешь.

– Не надо мне больше любви, никому не доверюсь. Хотя мне еще понадобиться время, чтобы полностью вытеснить его из моего сердца, которое, такое дурное, упорно не забывает о нем. Не думаю, что смогу когда-либо относиться к этому как к маленькой незначительной проблемке.

– Да уж, – вздохнула Алиса, обхватив кружку правой рукой, и я вдруг осознала я кое-что, увидев на ее пальце кольцо со сверкающим голубым камнем.

– Тебе же Кириан сделал предложение, а ты ни слова не сказала! – воскликнула неожиданно я.

– Да, – протянула она мне руку с кольцом, и ее лицо светилось от счастья. Я искренне радовалась за нее. – Мы подумали, что просто распишемся и тихо посидим с тобой и Фавном на следующей неделе.

– Это прекрасно! Я поздравляю вас.

– Спасибо, но с этим разберемся чуть позже. В целом что ты теперь будешь делать? – поинтересовалась Алиса.

– Тебе Кириан еще не говорил, что у нас появилась идея о совместной серии картин и украшений?

– Да, упоминал. Это круто, если у вас получится.

– Лучше ты расскажи про ваши с Фавном успехи, а то, кажется, у вас там много новостей! Мы слышали по радио «Вдребезги», пока ехали домой, – сказала я. Слишком много мне хотелось обсудить.