Луна осветит реку

Глава 99. Кириан

Со свадьбой мы не откладывали. Тем более и устраивать почти ничего не надо было.

Был обычный четверг, уже начинало вечереть, на улице приятная мягкая зимняя погода с солнцем и белоснежными небольшими сугробами. Я собрался достаточно быстро, на мне был черный костюм с белой рубашкой, правда из-за времени года вместо туфель я надел ботинки на шнуровке, а поверх костюма черное шерстяное пальто. Волосы я собрал в пучок сзади, брызнулся своим привычным одеколоном. Фавн стоял рядом со мной в ожидании, пока соберутся девушки. Под его кожаным длинным плащом виднелись черная рубашка с голубым галстуком и серые брюки. На его лице, немного заросшем щетиной, была ненапряжная вежливая улыбка, хотя я чувствовал, что внутри у него все было совсем не радостно. Но мне не хотелось портить этот день, залезая в душу Фавна.

Я приглашал и Валеса, но как бы мне ни хотелось, чтобы мой друг присутствовал на моей свадьбе, сейчас он был в отпуске со своей девушкой на другом конце Каедеса. Пока мы были на острове, он пару раз звонил Алисе, чтобы узнать, не вернулся ли я. А когда собирался в отпуск, оставил ей номер отеля, чтобы я ему позвонил, если вернусь. Поэтому на прошлой неделе мы с ним разговаривали по телефону достаточно долго, и я узнал, что он приедет в Диврет только на следующей неделе.

Вскоре спустилась Умбра, сообщив, что Алиса скоро будет готова, и я с нетерпением ожидал ее увидеть.

Умбра для меня выглядела непривычно после того, как я долгое время видел ее на острове в спортивной мятой одежде, потому что сейчас она выглядела очень женственно в голубом коротком платье из шифона, розовой расстегнутой курточке и с двумя объемными косами.

– Если разрешите, свой подарок оставлю здесь и подарю уже после церемонии, когда вернемся, – сказала она, но полтора часа назад в окне я уже видел, как она несла от машины своего отца, который ее привез сюда, подарочный блестящий пакет.

Наверху лестницы появилась Алиса, и я забыл как дышать. Мне так нравилось это чувство всякий раз, когда я смотрел на нее, будто мои легкие перехватывало от восхищения, что эта девушка моя.

Она медленно спускалась вниз по лестнице, и это давало мне время рассмотреть ее. Белое воздушное платье с поясом под грудью и пышными короткими рукавами доходило ей до колена. Не слишком пышное, но нежное и женственное, так подходящее ей. На ногах бежевые колготки и милые белые ботиночки на небольшом каблуке. Вместо фаты белый бант, собиравший сзади светлые локоны. Шею украшало бабушкино ожерелье из жемчуга, в ушах ее же жемчужные серьги. В руках она держала свою светло-лавандовую шубу, которую еще не надела.

Когда она уже спустилась, прежде чем подойти к нам, взяла из вазы с подоконника небольшой букет из белых роз и мелких голубых цветов.

– Ты невероятна, – сказал я, потому что в эту минуту весь остальной мир точно перестал для меня существовать.

– Это ты невероятен, – улыбнулась она губами, накрашенными помадой с красивым персиковым оттенком. Я надеялся, что помада стойкая, иначе она точно смажется.

На моей машине мы все вместе доехали до церкви. Так я обещал бабушке еще когда был маленьким.

«Женись только по искренней любви и обещай, что женишься в Церкви Всего Неба, – говорила она мне однажды бабушка Лаура. – Там женились и мы с твоим дедушкой, и твои родители. Это святое и прекрасное место, но помни, что не имеет значение, в каком месте вы связываете себя узами брака. Куда важнее, с кем ты это делаешь.»

На последней фразе она сделала особый акцент, и я был абсолютно уверен в той, с которой уже связал свою жизнь.

Церковь Всего Неба была нетипичным для Диврета местом с готической мрачной архитектурой, но внутри стены и витражи были расписаны изображениями неба, звезд и всевозможных легенд, связанных с небом и космосом. Нас ожидала скромная стандартная для Каедеса процедура венчания и скрепления брака.

Пусть нас было здесь только четверо, я представлял, что все остальные наши близкие были здесь, пусть они и покинули этот мир. И пусть я знал, что здесь не было духов, а значит мы и правда были тут четверо, не включая священника, но след наших родителей, предков, друзей, которых уже нет с нами, всегда присутствует в наших душах, и их поддержка всегда за нашими спинами.

– Во имя всех святых, – говорил священник, – во имя неба, солнца и луны, во имя наших душ, готовы ли вы принять на себя великий долг друг перед другом и перед будущим ваших детей?

– Да, – ответил я, глядя на стоящую напротив меня Алису и взяв ее за руки.

– Да, – ответила она с такой улыбкой, с таким светом в глазах, что я не верил, что это я делаю ее такой счастливой.

– Благословляю вас и ваш брак, – сказал священник. – Прошу принести взаимные клятвы друг другу.

– Обещаю любить тебя, – говорил я, глядя в ее пронзительные глаза. – Обещаю разделять с тобой хорошее и защищать от плохого. Быть только твоим и что бы ни случилось, всегда быть рядом.

– Обещаю любить тебя и быть с тобой и в хорошие и плохие времена, – говорила Алиса, немного приподняв голову, смотря на меня снизу вверх. – Обещаю поддерживать тебя и оберегать. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом и останусь верной тебе.

– Скрепите ваши узы подписями и кольцами, – продолжал священник.

По очереди мы поставили подписи в свитке со свидетельством о браке, после чего с белой подушки мы взяли кольца, которые я сделал пару дней назад – из платины, на каждом выгравировано по звезде, в центре которых сверкало по маленькому бриллианту.

Немного наклонившись, я поцеловал ее в лоб, после чего и она меня, приподнявшись на носочках.

– Да будете вы счастливы! – закончил церемонию священник.

В глазах Умбры стояли слезы, Фавн сдержанно улыбался.

Когда мы вернулись домой, сели за праздничный ужин, который я приготовил днем. Красивая сервировка стола, свечи, падающий хлопьями снег за окном. Тихо, уютно, и никаких пышных торжеств, от которых сильно устаешь. Мы втроем разлили в бокалы шампанское, у Алисы был апельсиновый сок.