Луна осветит реку

Глава 110. Кириан

Когда я дошел до гримерки, Алиса, только что вернувшаяся сюда со сцены, тут же упала в мои объятия, уткнувшись лицом мне в грудь. Мы так стояли несколько минут, и Алиса совсем не хотела отстраняться от меня, но все же мы собрались уходить. Перед этим Алиса быстро переговорила с Питом, договорилась с ним обсудить все завтра вечером, а пока мы поехали с ней вдвоем в ресторан. В машине я подарил ей букет роз, и всю дорогу она смотрела на цветы, обнимая букет и вдыхая его приятный аромат.

В ресторане был приглушенный свет, свечи, много зелени и стеклянных предметов интерьера, а посетителей было мало. Все время мы молчали, но пока нам сейчас несли еду и напитки, я все же прервал эту тишину:

– Вы оба были великолепны.

– Спасибо. У меня столько мыслей и чувств после концерта, – сказала Алиса. – Я не поняла, что это в конце было.

– Признание Фавна.

– Это я уже поняла. Но куда он ушел? Почему он ни разу не говорил об этом раньше?

– А ты бы на его месте сказала сразу о своих чувствах?

– Нет. Ох, бедный Фавн...– вздохнула Алиса. Нам принесли напитки – ей красное вино, мне зеленый чай. Первый бокал Алиса выпила залпом.

– Что будешь делать теперь с Фавном? – спросил ее я.

– Я? – растерянно переспросила она. – Кажется, от него это зависит – уйдет он или останется. Ты же не подумал, что я вдруг влюблюсь в него после признания и уйду к нему?

– Нет, не подумал, но вам надо будет поговорить.

– Определенно. Сейчас пусть тоже очистит голову после концерта, передохнет. Но не могу поверить, что он столько времени скрывал это.

– Не сердись на него.

– Я и не сержусь, – неуверенно ответила она, но я ощущал у нее весь спектр эмоций, включавший и небольшую злость.

– Просто поражена и обеспокоена, – добавила Алиса. – И не читай мои эмоции, пожалуйста.

– Хорошо, тогда сконцентрируйся на том, что вы отлично отыграли концерт. Ты большая молодец.

– Спасибо. – Она протянула руку через стол и накрыла мою ладонь своей. – Я правда почувствовала некий прилив счастья на сцене, ощутила эту отдачу всех, кто там был. Это было непередаваемо! Раньше я о таком и мечтать не могла.

– А теперь твоя мечта стала реальностью.

– Реальностью, в которую не вторглись Марк и Эмма. Все равно я каждую секунду ожидала подвоха, что они сейчас вот-вот появятся, чтобы отомстить.

– На самом деле странно, что они так затаились, особенно после того, как ты ранила Марка. Он бы вряд ли это оставил просто так, – задумался я.

– Но пока можно радоваться. – И я мог не согласиться с этими ее словами.

Позже, когда мы поели и обсудили концерт подробнее, не упоминая последнюю песню Фавна, нам принесли счет, но кроме чека там я обнаружил очередную карту Цефея.

– Боже, эти карты нас преследуют, – с ужасом сказала Алиса. Я подозвал официанта:

– Простите, тут оказалась эта карта, не подскажите, почему?

– Извините за нашу невнимательность, – сказал смущенно официант. – Должно быть, случайно попало по ошибке. Ума не приложу, откуда у нас взялось это у кассового аппарата.

– Можем ли мы это забрать с собой? – спросил я. Очередная карта Цефея нам точно не помешает.

– Конечно, – ответил официант недоуменно. – Простите еще раз, я не знаю, как сюда попала карта...

Мы расплатились и отправились домой. Пока я вел машину, Алиса рассматривала карту, шестую, с изображением девушки, сидящей на полу и окруженной кирпичной стеной.

– Будто девушка оградила себя стеной, чтобы не слышать никого, концентрироваться только на своих мыслях и действиях, – рассуждала Алиса.

– Или наоборот девушку заперли за непробиваемой стеной, – добавил я. – Карта Умбре подходит, с ее то комплексами.

– Кстати, ей то понравился концерт?

– Шутишь? – вскинул я брови вверх. – Я не уверен, что есть человек, который остался недоволен концертом. А Умбра громче всех подпевала всем песням.

– Ну и хорошо. А теперь ждем выставку и вашего звездного момента.

На следующее утро Алиса долго спала вместе с Бертой, лежащей на нашей кровати между нами, а я проснулся рано. На улице ледяной ветер еще усилился, принося пургу, потому в теплой кровати среди мягких подушек под было так уютно, что я решил пока не вставать и полежать подольше. Лежа на боку, я смотрел на моих любимых девочек, выглядевших очень мило. Если бы я лишился этого, точно превратился бы в монстра, который видел бы перед собой только месть.

Чуть позже я все-таки встал и отправился готовить завтрак. Алиса с Бертой тоже скоро встали и присоединились ко мне. Алиса посадила Берту ко мне на колени и стала кормить ее кашей с ложечки.

– Фавн еще не пришел, – обеспокоенно сказала она. – Что, если он не придет, уйдет? Это означает конец.

Ее голос был таким, будто она говорила о конце света, хотя, должно быть, перспектива резкого обрыва в карьере для нее и было одним из самых главных страхов. Берта это чувствовала. Большую часть времени ее настроение зависело от настроения Алисы, и сейчас Берта недовольно надула губки, округлила глаза, собираясь плакать и отмахиваться от ложки, так что каша разлеталась в стороны, пачкая нас троих.

– Ну, во-первых, сейчас всего лишь девять утра, – успокоил я Алису. – Наверняка Фавн еще спит. Зная его, он скорее всего заснул только пару часов назад. А во-вторых, может, это никак не скажется на вашей группе?

– Да всем стало понятно из этой песни, что он...влюблен в меня, – Алиса запнулась на последней фразе. – Это же буквально унижение, нет?

– Признание в чувствах, даже невзаимных, никогда не будет унижением.

Берта все же стала есть кашу, а вот Алиса не могла уже успокоиться:

– Он пошел на отчаянный шаг, сделав это в присутствии двух тысяч с лишним человек. Об этом теперь будут говорить все. Или он решил таким образом подстегнуть интерес к нашей группе? Или мы можем действительно повернуть это в таком ключе специально, но если Фавн собирается после вчерашнего уйти... Он же ушел со сцены, может, и не собирается возвращаться?