Луниум: Чернее ночи

Глава 1.

Отделение неотложной помощи больницы Приклз Роут опустело. Огромное помещение первого этажа со множеством небольших комнат, разделённых плотными непроглядными шторками, спокойно вздохнуло. Широкие больничные кушетки, расположенные в каждой такой комнатушке, рядом с которыми стояли самые разнообразные медицинские приборы и тумбочки с ватой, бинтами, шприцами, таблетками и другой медицинской атрибутикой, были покрыты одноразовыми простынками. Лёгкие бумажные простыни вздымались вверх при каждом дуновении ветерка, гулявшего по неотложке. Из приоткрытых окон дышало июльской ночной прохладой. Всё отделение овеял приятный сладковатый запах первых летних цветов. Ночь была на редкость тихой и спокойной. На улице по шоссе практически бесшумно проносились автомобили, освещая ярким светом фар ночную темень.
Дежурная старшая медсестра медленно перелистывал учётный журнал. Она ставила галочки рядом с именами пациентов, отмечая у кого надо взять анализы во время утреннего обхода. Закончив, она приступила к результатам процедур, записывая номер палаты пациента и имя лечащего врача. В общем, не торопилась, занималась обычной рутинной работой медицинского работника. Вернее младшего медицинского персонала. Рядом с ней дремала молоденькая практикантка, девушка лет 22, с наивными и по-детски добрыми голубыми глазами и короткими каштановыми волосами. Она недавно устроилась, но все врачи её недолюбливали, поэтому отправили в отделение неотложной помощи и очень часто давали ночные смены. Вот и сейчас это была её вторая бессонная ночь, проведённая в больнице. Старшая же медсестра отметила её трудолюбие и, оценив её по достоинству и справедливости, решила встать на её сторону: она помогала ей и пыталась укоротить её срок пребывания в этой больнице.
Выходя из лифта, лучший врач неотложной помощи доктор Коннор и его новоиспечённый помощник, будущий травматолог, доктор Хоукинс перебросились несколькими фразами и направились к регистратуре, где расположился младший персонал. Доктор Коннор положил руку на плечо младшей медсестры, разбудив её этим жестом. Она открыв глаза невнятно пробормотала:
— На удивление тихо, ни одного звонка, ни одного пациента… Мистика?.. Или же…
Она не успела договорить. Старшая медсестра посмотрела так, что голубоглазая девушка вжалась в кресло. Одним только взглядом наставница заставила только-только проснувшуюся, но уже испугавшуюся практикантку замолчать. Выдержав минутную паузу и отведя взгляд, старшая медсестра вдруг, немного запинаясь, что ей в общем-то несвойственно, заговорила:
— Нельзя так говорить. Сглазишь. Часто такое бывает: нет-нет пациентов, а только заикнёшься о спокойствии и вот! Здравствуйте, приехали! Всё койки заняты, операционные переполнены, медперсонала не хватает, всё на ушах. Особенно, если об этом обмолвиться за полночь! Там точно пощады не жди! Аккуратнее надо быть!
Ночные сторожи здоровья стояли, прислушиваясь к сумрачной тишине. Ошеломлённый историей повидавшей многое женщины, они боялись заговорить. Ожидание чего-то страшного застряло комом в горле. Вдруг доктору Хоукинсу пришла в голову бредовая идея. Он поднял левую руку и, с некоторыми беспокойством, посмотрел на шведские наручные часы. И, кажется, побледнел. Оказалось, время уже давно за полночь. А это значило, что беды не избежать.
Беда не заставила себя ждать…
Через несколько минут после рассказа медсестры поступил звонок. Оператор сообщал, что к ним в больницу везут по меньшей мере человек десять. Приговор — ДТП. Огромный грузовик вылетел на встречную полосу на ошеломляющей скорости, при этом протаранил несколько машин. Остальные автомобили, не успевшие затормозить, создали нечто наподобие гирлянды — вписались друг в друга, сделав на дороге огромную стену из груды металла. Дальше хуже. Небольшая искра. Взрыв. Всё взлетело на воздух.
Машины скорой помощи неслись по ночному шоссе, сиренами оповещая о случившейся беде. Пожарные тоже были в пути.
Если оценивать масштаб проблемы, можно с уверенность сказать, что спасти удастся не многих. После взрыва легковушки разлетелись в стороны. Обгорелые детали автомобилей усеяли всё шоссе, не давая протиснуться сбежавшимся на шум людям.
Среди горы жжённого металлолома лежал черные мотоцикл. Совсем молодая девушка в синем мотоциклетном шлеме и черной байкерской куртке с драконом была придавлена им. Ей просто не повезло оказаться на трассе не в время, не в том месте. Она не должна была попасть в ДТП. Ей просто не посчастливилось избежать этого происшествия. Всё это было не правильно.
Так или иначе, девушка оказалась в западне. Некогда лучший стальной друг бунтарки вжал её в холодный асфальт. Во время взрыва, мотоцикл буквально разорвало на части, а девушку выбросило на дорогу. Деформированная деталь давила на грудную клетку. Инородное тело было большим и весомым, поэтому всей своей массой пыталось сровнять с асфальтом тело юной байкерши. Единственное, что могла предпринять сейчас владелица кожаной куртки с драконом — это терпеливо ждать помощи и искренне надеяться, что её спасут. Сейчас, пока была в сознании, она прикидывала, насколько плачевно её положение. На вскидку, переломаны ребра, может ключица, хотя неважно. Если ей повезёт, она узнает это от лечащего врача. Главное, чтобы сердце было цело.
Команда спасателей уже прибыла на злополучный участок шоссе. Они пытались найти выживших людей, кричали, чтобы те подавали признаки жизни. Получалось плохо — мало, кто смог остаться в сознании после взрыва или столкновения. Машины скорой помощи столпились рядом с грудой разломанных автомобилей, пахнущих сладковатой гарью. Кое-где вспыхивал огонь, разожжённый лёгкой искрой. Луна освещала железное месиво, образовавшееся из-за этой страшной катастрофы.
Около девушки стояли двое спасателей-пожарных и, аккуратно разгребая обломки железного коня, освобождали её из плена. Заметив, что кусок металлолома врезался в плоть, было решено не вытаскивать его. Ведь так они откроют рану, и девушка умрёт от кровопотери. Прикинув, что кусок слишком большой, оперативники решили его максимально уменьшить. Вернее, отрезать большую часть, оставив лишь край, который разрезал кожаную куртку и проткнул грудь девушки, окрашенный алой горячей девичей кровью. Посоветовавшись с медиками, начали воплощать план в действие. Аккуратно придерживая железяку, спасатели орудовали чем-то, что легко резало стальную часть мотоцикла.
Одно неверное движение и часть металлического куска экстремального транспорта чуть глубже вошла в грудь девушки.
Любительница мотоциклов провалилась в забвение. Боль распространялась по её телу, охватывая его судорогой. Возможно последней.
***
— Девушка, молодая. Инородное тело в грудной клетке. Перелом нескольких реберных костей. Вероятнее всего, сильное внутренне кровотечение! Не приведи господь, если задело сердце! Пожалуйста, скорее! Мы её теряем! Но можем спасти! — кричал врач скорой помощи, пытаясь остановить кровотечение, — Первая больница Приклз Роут! Туда, нажми на газ! Молодая душа не уйдёт сегодня в мир иной! Не в мою смену! Моё врачебное кладбище переполнено, я уже не врач скорой помощи, а могильщик или патологоанатом! У неё слишком красивое лицо, чтобы умирать сегодня!
Машина неотложной помощи неслась по полупустой ночной трассе, объезжая все машины. Сирена разбудила заснувший город. Фары устремились в сумрак, расчищая дорогу.
— Пульс падает! Она практически не дышит! Сердце, — не унимался врач, — Сердечный ритм падает! Быстрее! БЫСТРЕЕ! Ну же!
***
Мейс шла по дороге. По огромной дороге. Ей казалось, что мир просто замер. Тишина… Такая тишина мучила её только в кошмарах. Этот сон, как и другие, начинался весьма безобидно: девушка оказывалась на дороге, которая ведёт к ужасу, спрятанному в закромах её воображения. Правда, в этот раз что-то показалось необычным. Кажется, дорога была не бесконечной. В этом сне дорога заканчивалась у обрыва. Вокруг бездонного каньона рос густой, непроходимый и тёмный лес. Ветра не было, ничто не подавало признаков жизни. Деревья были как бы искусственными, мёртвыми, будто нарисованными. Тишина оглушала и давила на сознание. Страшно пока не было, но Мейс чувствовала, что страх уже был где-то рядом. Он затаился и ждал удобного случая.
Девушка решила подойти к пропасти. Заглянув в чёрную дыру, она невольно поёжилась — оттуда повеяло премерзким могильным холодком. Не самое приятное местечко. Девушка оглянулась на лес. Перед ней стоял выбор развития дальнейших событий: она либо пойдёт исследовать лес и искать живых и неживых, главное существующих тварей, либо с криками полетит узнавать тайны бездонной дыры. Выбор небольшой.
***
На первом этаже больницы Приклз Роут воцарился настоящий хаос. Как и предвещала старшая медсестра, больничных коек не хватало, как и дежурных врачей, собственно. Все метались то к одному стонущему пациенту, то к другому. Наплыв пострадавших не заканчивался. Начали поднимать персонал со всех этажей и отделений больницы.
В двери влетела каталка с молодой девушкой. Фельдшер бежал рядом, держа на лице девушки кислородную маску.
— Операционную! Быстро, оперативно, без суеты! — врач скорой уже разрезал одежду молодой байкерши, — Что встали как памятники великих людей?! Рано ещё! Быстрее! Одна операционную готовить, другая за хирургом! Ну-ка метнулись!
Медсестры не заставили повторять дважды. Новенькая побежала на третий этаж, в кардиологию, другая в пятую операционную.
— Давненько такого не было, вот так ужас! Наверняка, кто-нибудь тишине обрадовался, — приговаривал фельдшер, вводя девушке препарат внутривенно, — если узнаю, кто накосячил… Убью! А потом реанимирую, чтобы смерть сахаром не казалась!
***
Мейс стояла на краю зияющей темной дыры в земле. Она взвешивала все за и против. Идти в безжизненный, застывший во времени, лес ей не хотелось. Также, как и прыгать в неизвестную, возможно бесконечную, яму. Стоять и бездействовать тоже не вариант. Прошло ещё некоторое время, перед тем как она решила. И прыгнула в неизвестную тьму обрыва.
Как только Мейс шагнула в неизведанную черноту дыры, из которой точно не веяло ничем хорошим, она стремительно полетела вниз. Вокруг ничего не было видно. Создавалось впечатление, что это не яма, а чёрная дыра без стенок, без конца и края. Создаваемый при падении ветер сильно морозил. Холодные струйки воздуха со свистом провожали девушку в непроглядный сумрак червоточины. Девушке показалось, что на этом её сон и закончится. Она проснётся в холодном поту и, перевернувшись на другой бок, забудется тревожным сном. Не тут-то было.
Тьмы стала рассеиваться, как будто неведома откуда бьющий свет начал смешиваться с густым черным туманом жуткой ямы. По мере того, как становилось светлее, стали отчётливей слышаться голоса. Когда же свет победил темноту, Мейс увидела небо. Она летела спиной вниз, поэтому ей хорошо удалось рассмотреть нежно розовое небо с огромным пушистыми беловато-желтыми облаками, с голубоватыми перистыми размывами. Представившаяся ей картина показалась нереальной. Мейс и не знала, что её фантазия способна на такое. Девушка, затаив дыхание, смотрела на сказочный пейзаж, пока не шлёпнулась на землю. Она очень удивилась, ведь ощущения были как наяву: ей показалось, что боль, отвлекая её от чудесного неба, была слишком реалистичной, будто она и впрямь упала с кровати, больно ударившись копчиком.
***
Операционная была уже готова. Транспортировочную кушетку с пострадавшей уже везли на третий этаж, как вдруг сердце девушки дало сбой.
— Её надо реанимировать. У неё, кажется, сердце больное. Оно может не выдержать такую нагрузку, — кардиохирург и жестом попросил доставить дефибриллятор, — если повезёт, доживёт до дверей операционной.
Тут же влетел реаниматолог с портативным прибором. Увидев девушку, он почему-то сильно заволновался. Или, может, что-то почувствовал. Он настроил медицинскую чудо-машину сначала на небольшой разряд.
— В сторону! — первая попытка вернуть девушку к жизни не увенчалась успехом. Реаниматолог поставил на циферблате прибора бо́льшую мощность, растёр «утюжки», — В сторону! Разряд!
Кривая на экране, показывающей пульс пациентки, дала повод порадоваться всем врачам. А также ускорится, ведь если они не поторопится повторный такой кульбит сердца будет стоить молодой девушке жизни.
Целая бригада врачей вбежала в операционную номер пять. Анестезиологи, реаниматологи, хирурги и медсестры — всё приготовились к борьбе за жизнь ещё совсем молодой девушки.
***
Мейс упала на твёрдую землю. Сон с продолжением?
Она подумала, что попадет в лес, но ошиблась. Она на поле, которое довольно-таки оживлённое. Пахло скошенной травой. Ещё в нос закрадывалась приятный горьковатый запах диких цветов. Ветер трепал темные кудри девушки. На фоне золотистых колосьев ржи светлая кожа Мейс казалась прозрачной. Стебли злаковых приятно щекотали её худые ноги, упираясь в колени. Девушка чувствовала себя свободной. Дышалось легко и привольно. Лёгкие наконец-то расправились. Это ощущение лёгкости заставляло её думать, что она может летать. Казалось, что все проблемы вмиг исчезли. Осталась только Мейс, поле и эйфорическое состояние полёта.
Девушка побежала. Ей хотелось летать, она размахивала руками как крыльями, пытаясь взлететь. Она подпрыгивала, зависала на долю секунды в воздухе и приземлялась в рожь. Мейс хотелось петь или просто кричать. Всё волнения пропали, растворились в прекрасном сне, и девушка хотела, чтобы этот сон не заканчивался. Её серые, светящиеся от счастья глаза, наполнились слезами. То были слёзы вдохновенной лёгкости. Ещё чуть-чуть и она взлетит.
И она взлетела…
Под ногами растворялся пейзаж. Поле стало размытым жёлтым пятном. Лучшее ощущение — свободы и привольности — управляло девушкой.
***
Операционная заполнилась звоном падающих на предметный столик медицинских инструментов. Двое хирургов трудились над кровавым месивом из костей и тканей грудной клетки девушки. Освободив девушку от железного куска мотоцикла, врачи столкнулись с проблемой — внушительных размеров рана, притом глубокая, сильно кровоточила. Хирурги, удостоверившись, что лёгкие не проткнуты треснувшими во время столкновения реберными костями, преступили к устранению появившегося кровотечения. Слышались лишь напряжённые возгласы, вроде: «Иглу!» или «Отсос!».
Анестезиолог смотрел за сердечным ритмом, давлением и другими показателями пациентки. Всё шло ровно, пока сердце девушки не решило совершить очередную мёртвую петлю, а потом остановилось. На экране показалась ровная прямая, запищали датчики. Уже подключился реаниматолог.
— Начнём с двадцати вольт, — решительно регулируя цифры на табло сказал он, — отойти! Разряд!
Безуспешно. Прямая красная линия говорила о том, что счёт пошел на секунды.
Второй разряд… Никаких результатов.
— Может, мы допускаем ошибку? Не может быть такого. Сердце отказывает из-за сильной кровопотери. Значит где-то сильно повреждены кровеносные сосуды, — подала голос молодая медсестра-практикантка, — я думаю, когда мы извлекали инородное тело мы задели ярёмную вену или она до нас была повреждена. Проверьте.
***
Мейс поднималась над землёй всё выше. Она уже могла потрогать руками облака. Они, причудливыми формами растянувшись в воздухе, были мягкими на ощупь. Зарывшись в вату, девушка осталась на одном из них.
Нежась в их приятной пенной текстуре, Мейс услышала голос. Он вроде говорил именно с ней, хотя она не могла ничего понять. Голос стал громче, приближаясь. Теперь она совершенно отчётливо могла разобрать слова.
— Что ты делаешь здесь, прекрасное дитя? — вопрошал голос из ниоткуда, — Ты не могла так просто попасть сюда!
— Я же просто сплю, так ведь? — Мейс закуталась в облачное одеяло, — Это мои сновидения, и я скоро проснусь, что же не так?
— Допустим, но веришь ли ты в существование сверхъестественного?
— Да! Никем не доказано, что недоказанного не существует! Не могут же появиться вымыслы на пустом месте! Я считаю, что люди просто отвергают то, во что не хотят верить. Проще сказать, что всё выдумка, чем найти доказательства.
— Ты готова проявить смелость? Пуститься во все тяжкие ради мечты? Готова пожертвовать ценным, дабы обрести желаемое?
— Да, в этом я вижу смысл жизни. Она слишком коротка, чтобы отказывать себе. Мечта, цель — вот чего надо добиваться, к чему надо идти. Ломать преграды, а не обходить!
— Скажи мне, ты хочешь что-нибудь изменить в своей жизни?
— В каком смысле? Я властна над своей судьбой. Я мастерю свою историю. Не думаю, что мне надо что-то менять. Я слишком молода, чтобы о чем-то сожалеть. Я уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно вести свою книгу жизни. Притом, жизнь одна, и она прекрасна. Честно, мне всё равно, что у меня больное сердце. Думаю пришло время брать от жизни максимум! — всё-таки она бунтарка в душе.
— Это верный ответ! За такой позитив хотелось бы наградить тебя. Это будет и твоя радость, и твоё горе, и твоё всё, и твоё ничего, и твоя особенность, и твой порок. Главное выбрать правильный путь, слышишь?! Лишь верный путь может сделать недостаток достоинством. Следуй за сердцем, — голос утихал, — и верь! Это поможет тебе выбрать путь истинный…
Девушке хотелось узнать, что это. Она не успела спросить. Это перешло на второй план, так как она начала снижаться. Ближе к земле, которой не оказалась. Теперь она не возвращалась на поле лёгкости. Мейс опять проваливалась в чёрную пропасть. В такую же бездонную и страшную.