Лунная бабочка. От Пешки до Королевы

Глава 3

Принц стоял у окна, глядя на яркий диск Солано, медленно клонящийся к горизонту. День завершен, такой же пустой и безликий, как и многие другие. Внутри царила такая же пустота, словно он потерял что-то важное для себя, вот только никак не мог вспомнить что. Пытался искать в глубинах памяти что-то, связанное с этими ощущениями, но и там была идеальная пустота.

Последнее событие, что запечатлелось в ней, было нападение в собственных покоях, когда ему удалось отразить коварное нападение первого советника отца, задумавшего переворот в Небесном Замке. Его провела в покои принца служанка, она же и пробила брешь в защите покоев с помощью какого-то темного амулета. Увы, допросить служанку и советника аво Деавоса не представилось возможности. Главный Страж, он же принц Адеррен аро Соланио, рвал и метал, но поделать ничего не мог. Заклинание обернулось против самого советника, уничтожив его. Даже принц Рэйналт был бессилен и не смог вызвать на разговор душу Деавоса, сказав, что и ее уничтожила тьма.

Заговор против императора и его наследника раскрыли в считанные дни, обвинив во всем погибшего подозреваемого и его бестолкового кузена, племянника императора, метившего на престол. Но почему-то принца не оставляло чувство, что его обвели вокруг пальца.

Если бы не помощь подруги, будущей жрицы Айяты, Аштаттрисс, которая вовремя сообщила ему о заговоре отца, вряд ли бы Рен отделался второй инициацией. Но теперь он наследник императора в полном смысле этого слова, и оспорить волю Верховного, который признал принца, как единственного претендента на трон, не мог никто. Разве, что император снова женится и новая супруга родит еще одного сына.

Рен был благодарен Аште, что та не задумываясь о последствиях, грозящих ей, как дочери мятежника, прибежала к нему и сообщила о планах отца. Пока ее мать в храме богини Айяты пыталась задержать собственного мужа, за что и пострадала, Ашта, рыдая и цепляясь за руки принца, как за единственную соломинку, спасала его и свою честь. В этот момент и произошло покушение, но принц успел переместиться в Храм Солано, где со своим отцом они призвали Верховного, свершившего Суд Высших. Принц прошел инициацию, но отказался принимать власть, отдав это право отцу. Сначала ему предстояло найти всех оставшихся сподвижников Деавоса и наказать их, а затем… ему предстояло пройти обряд единения с невестой.

Принц склонил голову, провожая заходящее светило и благодаря покровителя за прошедший день. Он знал, что в этот момент тот же ритуал проводит и его отец, император Амираудур, вместе со своей первой супругой королевой Карментой. Рен понимал, что в этот момент должен находиться рядом со своей семьей, но в последнее время его словно что-то отталкивало от них. Словно они были виноваты в той пустоте, что поселилась в его сердце. Он старательно избегал встреч, особенно с королевой, и всегда уходил первым, стоило только ей посмотреть в его сторону. Ребячество? Возможно, но принц не мог пока пересилить себя. А, может, просто подсознательный страх, что снова получит предсказание от Карменты?

Принц посмотрел на собственные руки, словно искал на них ответы на свои вопросы. Когда он проснулся прошлой ночью, хватая пустоту руками, и с чужим именем на губах, он подумал, что сходит с ума. Под пальцами ему чудился шелк дивных белых волос, а в воздухе серебрилась невесомая пыль, оседающая на ладони. Он недоуменно посмотрел на легкий налет на собственном запястье, которое неожиданно зачесалось, и на нем проступили едва заметные линии рисунка. Принц даже осторожно потер серебристый завиток, надеясь, что ему просто привиделось, но он лишь слабо замерцал под его пальцами. Принц прикрыл глаза, пытаясь вспомнить привидевшийся образ светловолосой девушки, но как назло он постоянно ускользал от него, вызывая помимо безысходности в души, еще и раздражение. Почему он не может вспомнить эту незнакомку, хотя уверен, что она существовала в его жизни?! Кто она?

Рен перевел взгляд на густеющее синевой ночное небо над Небесным Замком. Снова вспомнил, что не поговорил с отцом о предстоящей помолвке, которую сам же откладывал вот уже несколько месяцев. Ашта злилась, он видел, но не упрекала, хотя иногда принц видел что-то такое в ее глазах, что заставляло его задуматься над тем, а не она ли причина всего происходящего? Но девушка вела себя безукоризненно, недавно сама стала жрицей богини Возрождения – Айяты – сменив на посту свою мать. Та была ранена собственным мужем, и теперь не могла исполнять свои обязанности. Хотя иногда Рена посещали сомнения в этом, но как бы ни пытался он узнать, что стало с будущей тещей, Ашта всегда уходила от ответов.

А еще он не понимал, почему наследница рода Лунариос, как называла себя Аштаттрисс, вдруг стала жрицей не богини Рианнон, а ее извечной соперницы Айяты. Все эти странности и постоянные не состыковки раздражали Адеррена, заставляя сомневаться во всем, даже в собственной адекватности. А зачем империи неадекватный Главный Страж? Вот и приходилось скрывать свои мысли, да и самому иногда скрываться от всех, чтобы просто спокойно подумать.

От мрачных раздумий его оторвал стук в двери. Принц повел по воздуху рукой, определяя, кто находится за дверями в его покои, а затем дал разрешение войти. Дверь отворилась, и в комнату вплыла Ашта в изящном легком платье из нежно-розового шелка. Широкое полотнище юбки мягко облегало стройные ноги, нисколько не скрывая очертания изящных бедер и округлых ягодиц. Две скрещивающиеся полоски на груди совершенно не оставляли место фантазии, выставляя в выгодном свете перед мужским взором упругую девичью грудь с выступающими горошинами сосков. Спина, плечи и руки были также открыты, но Рен лишь прошелся по ее фигуре бесстрастным взглядом, отмечая, что сегодня Ашта одета более вызывающе, чем обычно.