Лунная бабочка. От Пешки до Королевы

Глава 7

Он остановился посередине огромного зала, раздумывая, стоит ли делать то, ради чего он пришел сюда?

Главный храм был расположен на самой окраине Инсаланса – столицы их королевства и империи. И сейчас принц недоумевал – почему? Почему храм Великой Рианнон, супруги верховного бога и защитника императорской семьи, так далеко расположен от храма Солано? Почему его предки выказали столь явное неуважение богине? Все дело только в предательстве изгнанной семьи, которой издавна покровительствует Рианнон? Или что-то иное скрывается за подобным пренебрежением?

В храме было тихо и пустынно, здесь даже не гулял сквозняк, несмотря на то, что окна были настежь открыты, и песок не поднимался в воздух от малейшего дуновения ветерка. Странно, – впервые задумался принц, осматривая полутемный зал, – неужели совсем никого не осталось? Ладно, истинных жриц, которых посвящали служению богини с младенчества, но ведь всегда были те, кто приходил к служению осознанно, по велению сердца или сироты, которым некуда было пойти, кроме храма. Так почему же тут пусто?

Адеррен подошел к алтарю, стоящему в центре зала. Это был огромный светлый камень с гладкой поверхностью. Еще одна странность – алтарь в главном храме он запомнил из розового кварца. Легенда гласила, что потеряв любимого, Рианнон проливала над его телом слезы, которые смешиваясь с кровью ее божественного супруга, застывали, превращаясь в камень несравненной красоты. Здесь же стоял алтарь из лунного камня, которого все по тем же легендам никогда не существовало в мире Телласы, и откуда он появился, тоже известно не было.

Принц замер возле алтаря, не зная, что следует делать дальше. А еще он не мог даже себе объяснить, зачем же он все-таки пришел сюда? Нахмурился, пытаясь понять собственное поведение в последние дни, но оно тоже не поддавалось, ни логике, ни объяснениям. Его постоянно преследовало странное чувство беспокойства, словно, то, что происходит в его жизни… неправильно? Странно? В чем заключается эта неправильность и странность, он так же не мог понять и объяснить.

Может быть, все от того, что он никак не мог вспомнить, что происходило с ним до того переломного момента, когда он вдруг оказался первым наследником императора? Почему Амираудур признал своим единственным наследником второго принца, а не старшего – Рэйналта? Как с этим согласилась королева Кармента, ведь это лишало права на трон ее единственного сына? И почему сам Рен не помнил ничего из церемонии? Только то, что рассказал ему отец, и во время их беседы, император выглядел каким-то… потерянным, что ли? Не был рад? Или ему не оставили выбора?

Принц тряхнул головой, прогоняя тревожные мысли. Опустил ладони на белоснежную поверхность алтаря, задумавшись, что он хочет узнать. Зачем все-таки он пришел в храм Великой с вопросами, а не к своему покровителю – богу Ллиуллиэнну?

Прохладная поверхность алтаря слабо замерцала под его ладонями, привлекая внимание Рена. Он уже хотел отнять руки, но неожиданно кожа на запястье потеплела, а вверх до самого плеча потянулась серебристая ниточка узора. Под удивленным взглядом принца она вспыхнула и витиеватым рисунком начала расползаться по внутренней стороне предплечья. Рен отдернул рукав рубахи, смотря на красивое переплетение рисунка, который снова засиял и погас, оставляя в душе принца странное послевкусие от разочарования. Рен вынул из ножен кинжал и рассек ладонь, окропляя кровью белую поверхность камня. Красные капли медленно потекли к его центру, образуя похожий узор на поверхности.

– Великая, прошу, откликнись на мой призыв, – прошептал принц, смотря, как кровь медленно впитывается в камень. – Мне необходимо… просто необходимо узнать… прошу…

Горло перехватило спазмом, с которым принц едва справился. Он замер, ожидая ответа, но его не последовало, лишь оглушающая тишина.

Почему она не отозвалась на его мольбу? Не оказался достойным? Конечно, принц ведь не принадлежал к роду, которому Великая всегда покровительствовала! И пусть этот род проклят и предан забвению, но что для богини это забвение?! А вот он, наследник императора, не достоин ответа Великой богини! Разве его вина, что предательница опорочила не только свой Дом, но и честь императорской семьи?!

– Великая! Прошу, ответь! – закричал принц, вспугивая сонную тишину вокруг. – Разве я не достоин твоего ответа? Приди! Я устал от недомолвок! Я ничего не помню и… не понимаю! Пожалуйста, объясни мне, почему? Или памяти я тоже не достоин? – с яростью спросил он, поворачиваясь спиной к алтарю. Сжал ладони в кулаки и уже тише произнес, – я чувствую ее, и узор подтверждает, что он еще жива. Ей больно и… а я не знаю, ни где она, ни что с ней? Я запутался, моя богиня, прошу… помоги…

– Гордыня не лучшее качество, мой принц, а гнев – не лучший советчик, – раздался приглушенный голос из темноты. – Не оборачивайся, ты не увидишь меня, – предупредил голос, и принц остался стоять, опустив голову. – Разве смертные вправе требовать ответа у богов…

– Кто ты? – резко спросил принц, но послушно остался на месте, стараясь не оборачиваться. Голос, звучащий из полутьмы зала, никак не мог принадлежать богине.

– Великая не откликнется на твой призыв, – снова услышал он. Казалось, голос звучал отовсюду, отражаясь от стен и мраморных сводов храма. Принц посмотрел вперед, но никого не увидел.

– Разве я не достоин этого? – снова резко спросил Рен, сжимая рукоять меча побелевшими пальцами. – Выйди и покажись, кто так смеет разговаривать с наследником Правящего Дома! Или я спалю этот храм дотла! – пригрозил принц, и на его пальцах заплясали огоньки, а тело напряглось, готовясь ко второй трансформации.