Лунная бабочка. От Пешки до Королевы

Глава 14

О чем он думал в этот момент?

О боли, что разрывала внутренности, и ему приходилось с силой сжимать зубы, чтобы позорно не застонать? Или о том, чтобы не отпустить ладонь своего «провожатого» и не затеряться в зеркальном портале? Нет, его это практически не волновало.

Об отце, который – если он не вернется – поклялся отменить позорный закон о необходимом количестве наследников у будущего императора? Возможно, потому что ему надоело видеть бессилие и негодование в глазах королевы, заменившей ему мать, пока отец выбирает очередную «кандидатку» на ее место. Наверное, сейчас он своим необдуманным поступком поставил под удар будущее их семьи, его Рода, а еще… империи. Но… иначе не мог.

Ему стало все равно, что произойдет, если он не сможет вернуться из этого опасного путешествия по мирам, но оставить в лапах темного чудовища девушку, рискнувшую ради него всем, не мог. Да и у отца оставался еще Рэйналт, который теперь был свободен от своего тяжкого обязательства, и мог стать наследником трона Телласы. В конце концов, есть Суд Высших, и Верховному придется смириться и признать наследником огненного рода некроманта с темным даром. Он смог пройти это испытание, хоть и не помнил его, но в какие-то моменты блок с его памяти слетал, и воспоминания приходили. Пусть пока только в виде снов, но все же.

Он вспомнил, что Ашта вовсе не была его невестой, как утверждала, а ее отец и мать участвовали в заговоре против императора. Именно с помощью Ашты служанка смогла обойти защиту на его покоях и открыть заговорщикам двери. Жрица Айяты каким-то образом смогла наслать на принца проклятие, превращавшего его в мальчишку. Они надеялись, что смогут похитить его, но посланник богини вовремя помог ему сбежать. Тогда отец Ашты смог претендовать на пост Главного Стража и стать доверенным лицом императора, также применив к тому неизвестное заклятие, лишающее воли.

Все это он вспомнил не сразу, но пока они с Духом преодолевали расстояние, он смог, наконец, все это обдумать. Единственное, что пока не удавалось выцепить из воспоминаний – девушка, которая приходила в его сны. Зачем она это делала? Какую преследовала цель? И почему… почему не задумываясь пошла на сделку с Темным? Ушла с ним, чтобы спасти его брата? И принц чувствовал, что сейчас для него она важнее всего, важнее даже целого мира.

Следуя за духом по зеркальному переходу, он молил всех богов Телласы, чтобы она дождалась его. Сердце, пусть и призрачное в этот момент, неистово билось, предчувствуя беду. Зря он не уточнил, куда они направились у духа, возможно, он лучше бы подготовился. Рен отбросил крамольную мысль о том, что не стоило доверять провожатому, но, глядя себе под ноги, которые едва касались зеркального пола, он понимал, что снова поступил бы также.

– Не стоит смотреть по сторонам, принц, – услышал он тихий голос Духа, – и назад тоже не оглядывайся.

Странно, что он говорит об этом только сейчас, – подумал Рен. Он знал немного о подобных переходах, когда-то они были доступны всем магам Телласы, но затем, то ли боги разгневались и запретили их, то ли маги утратили все знания о подобных вещах, но итого один. Последними из его семьи, кто мог посещать иные миры, были Кристиэль и Ладианэ аро Соланио – проклятая пара, которые так и не стали членами его рода. Но у них были парные амулеты, подаренные самой богиней, поэтому они могли следовать друг за другом. Но после того, как Кристиэль прокляла их семью, а потом и украла вторую часть артефакта, Соланио потеряли эту возможность.

Еще с помощью таких зеркал жрецы могли общаться с богами. Этот способ «обращения» к Высшим Силам создала сама Рианнон – воистину, Великая богиня, мудрая не по годам – хотя, что такое годы для бессмертных существ? Подобные зачарованные зеркала раньше были в каждом храме Столицы, посвященному богам. Но затем они куда-то исчезли, и осталось лишь одно – в Храме Огня Верховного бога Ллиуллиэнна. Странно, что то зеркало осталось нетронутым в заброшенном храме на окраине столицы?

Но сейчас боги все реже стали откликаться на призывы людей, или это люди все чаще отворачиваются от богов? Рен нахмурился. Странно, почему ему раньше не приходило такое в голову? А ведь храмы теперь выполняют несколько иные функции, нежели раньше. Сейчас там все реже возносят молитвы и дары, чаще – приносят детей, чтобы отдать их на воспитание, в основном сирот, или дать им имя. Когда? В какой момент так вышло, что люди, да и маги, отказались от помощи Высших Сил? А ведь вся природа магии этого мира держится милостью богов.

А храм Великой и вовсе уничтожен, – мрачно подумал принц, ступая следом за призраком. – Но она милостива к людям и магам, а еще к императорской семье. И не потому ли происходят все эти странные события, ведь ими нарушен священный закон? Не они ли пошатнули чаши равновесия этого мира? Именно с подачи императора стали уничтожать всех, кто принадлежал к проклятому роду Лунариос, а девочки из рода Лунариос служили жрицами в храме Великой Рианнон. Как же они смогли допустить, оставив супругу Верховного бога без храма и жриц? Это несправедливо! И это необходимо исправить, сделать все возможное, и невозможное тоже, чтобы вернуть хотя бы одну в их мир.

– Боги не ошиблись в тебе, принц, – как-то довольно хмыкнул дух-проводник, словно он сам принимал это решение. – Нет, не принимал, – продолжил ухмыляться он, нисколько не смущаясь, что может читать его мысли, но видя брошенный в его сторону взгляд, пояснил, – иногда между душами возникает незримая телепатическая связь, поэтому я могу улавливать не только твои эмоции, но и мысли. Иногда, – снова пояснил он, заметив нахмурившееся лицо принца. – После произошедшего с твоим отцом, многие мечтали сместить род Соланио с трона. И только упоминание о древнем пророчестве охладило горячие умы. Верховный наделил тебя большей силой, нежели твоего предшественника, решив, что ты станешь лучше него. Ты умеешь признавать не только свои ошибки, но и ошибки своего рода. А вот Амираудур этому качеству предпочитает силу. Ты готов к ответственности не только за свою семью, но и за всю страну. Это дорогого стоит.