Лунная дорожка

39.

Когда Генрих наелся, он сказал, что ему здесь больше нечего делать, и поднялся в свою комнату. Мы остались вдвоём за столом, и продолжили праздничный ужин. Какое-то время мы сидели молча, а потом Михаэль включил музыку, и заиграл Венский вальс Штрауса. Он подошёл, и пригласил меня на танец. Мы закружились в вихре вальса, Михаэль прекрасно танцевал, как профессиональный танцор, а я старалась не отставать от него. Когда закончилась музыка, Михаэль под руку проводил меня к столу, и прошептал на ушко:

– Светлана, я благодарен тебе за то, что ты выбрала именно этот аромат и надела белое платье невесты. Я загадал желание, если ты из десяти вариантов выберешь именно этот, а он мой любимый, я непременно сделаю то, что задумал.

– И что же ты задумал? Ты меня интригуешь! Ну, признавайся!

– Осталось ещё полчаса до полуночи, потерпи немного, скоро всё узнаешь!

– Ты такой загадочный! Мне кажется, что я в сказке, и скоро проснусь, а вместо золотой кареты увижу тыкву!

– Ты, моя прелестная Золушка, твоя сказка только начинается, нужно непременно верить в это!

Мы снова сели за стол, но на этот раз Михаэль попросил меня сесть с ним рядом. Он стал расспрашивать меня о том, звонила ли я домой, как там мой сын, что я успела рассказать маме. Я рассказала ему всё, как было на самом деле, и он остался довольным моим отчётом, при этом он всё время держал меня за руку, и с нежностью смотрел мне в глаза. Без десяти двенадцать Михаэль налил в бокалы шампанского, и мы выпили за светлый праздник Рождества Христова по католическому календарю.

В пять минут первого Михаэль встал, и приготовился сообщить мне что-то очень важное. Он был серьёзным, сильно волновался, чего я раньше никогда за ним не замечала, и начал свою длинную речь:

– Дорогая Светлана! Я долго думал, прежде чем сказать тебе об этом, и прошу тебя выслушать меня, и не судить слишком строго.

– Что ты натворил? Ты меня пугаешь! Мне уже страшно.

– Не бойся, я не сделал ничего плохого, но моя история будет немного печальной, но об этом я расскажу чуть позже. Светлана – ты молодая, красивая, умная и образованная девушка, я почти всё о тебе знаю, так как за это время у меня была возможность навести справки о тебе и твоей семье. Мне очень жаль, что тебе в твои юные годы довелось пережить много горя и страданий, и, возможно, этот факт нас с тобой объединяет.

Я долго присматривался к тебе, и понял, что мы с тобой родственные души. Ты – чиста и невинна, как младенец, ты – добрая, чуткая, и тонкая натура, и мне кажется, что ты сможешь понять меня. Ты уже много знаешь о моём происхождении, но в моём роду не всё было так гладко. Иногда, мои предки вступали в кровнородственные браки, вследствие чего рождались дети с наследственными и врождёнными заболеваниями.

Со мной произошло то же самое, так как я был женат на своей двоюродной сестре, которая страдала шизофренией, но эта болезнь у неё проявилась только после рождения Генриха, а когда ей было двадцать пять лет, она выбросилась из окна одной из башен нашего замка. Я был в отчаянии, и всю душу вкладывал в воспитание сына. Но, когда ему исполнилось восемнадцать, у него обнаружили ту же самую болезнь. Ты, наверное, обратила внимание на его неадекватность, он хороший мальчик, но, к сожалению, неизлечимо болен. Я пытался лечить его в Австрии, Германии и Швейцарии, но лечение давало временные результаты, и врачи сказали мне, что они бессильны. Теперь ты понимаешь, что мне нужен наследник. Я очень богат, и смог бы ещё иметь детей. И я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, и подарила мне сына. Я говорю с тобой честно и откровенно, без какого-либо обмана.

– Но, Михаэль, а если я не смогу родить тебе сына, а у нас родится дочка, что тогда? Мы же не можем знать заранее пол ребёнка, – возразила я.

– Мне не важно, пусть будет дочь, я не так выразился, я хочу от тебя много детей, я хочу видеть, как они бегают по нашему дому, я хочу слышать их детский смех. Твоего сына я тоже буду считать своим родным, я его усыновлю, дам ему образование, и сделаю своей правой рукой. Светлана, ты ни в чём не будешь испытывать недостатка, у тебя будет всё, что пожелаешь!

– Ты, что же меня покупаешь? Но ведь я не вещь! А как же любовь?

– Послушай, я не покупаю тебя, а хочу, чтобы ты стала моей женой, фрау Риттер, хозяйкой этого дома и его душей. У тебя всё получится, я знаю. А что такое любовь? Это – прежде всего, уважение и понимание, привычка и образ жизни. Я смогу сделать тебя счастливой, я научу тебя разным сексуальным техникам, одну из которых я уже попробовал этой ночью. Мы с тобой сможем достичь вершины блаженства не только физического, но и духовного совершенства, что гораздо важнее. Мы станем единым космическим целым, и никто и ничто в жизни не разлучит нас. Пожалуйста, соглашайся, я очень прошу тебя!

– Михаэль, я не знаю, что тебе сказать? Я в смятении. Правда, ты мне очень нравишься, но я ещё не готова, мне нужно время, прости, сейчас я не могу тебе ничего обещать.

– Вот это кольцо – наша семейная реликвия, и я хочу, чтобы оно стало твоим независимо от того решения, которое ты примешь. Я дам тебе столько времени, сколько будет нужно, только не отталкивай меня, - произнёс Михаэль, и надел мне на палец массивное золотое кольцо с фамильным гербом.

– Спасибо тебе, но это слишком! Я не заслуживаю такой чести, по сравнению с тобой я простолюдинка, и, возможно, тебе не пара. Но я умею быть благодарной. Мне очень хорошо с тобой, я не буду тебя отталкивать, и эту ночь я проведу с тобой.

– Благодарю тебя, моя малышка! Ты – моя богиня, мой идеал!

После этих слов Михаэль взял меня на руки, и понёс в свою спальню. Я не успела опомниться, как очутилась в другой комнате, где горели свечи и благовония, и был большой камин, в котором горел огонь. Мне не было страшно, так как я понимала, что Михаэль не сделает мне ничего плохого.