Лунная дорожка

41.

Когда мы появились в фойе, а я взяла Михаэля под руку, то привлекли всеобщее внимание, о чём он меня предупредил заранее. В театре он встретил много знакомых, которые почтительно кивали ему, а некоторые подходили, чтобы пожать руку, и перекинуться несколькими словами. Практически все его знакомые впивались в меня глазами, и делали Михаэлю комплименты, а некоторые просили его разрешения поцеловать мне руку.

Дамы смотрели на меня с любопытством, оценивая меня под микроскопом, и одобрительно улыбались Михаэлю. А он, в свою очередь, держался с достоинством, и я чувствовала, что ему было очень приятно видеть реакцию высшего света на его новую избранницу. Мы сели в одной из самых роскошных лож, которая была расположена ближе всего к сцене. Пока я рассматривала интерьер зрительного зала, меня в бинокли разглядывала публика, и мне стало как-то не по себе.

– Михаэль, мне кажется, что я нахожусь в зоопарке, на меня смотрят, как на диковинное животное, и мне очень неловко, – обратилась я к своему другу.

– Не обращай внимания, я тебя предупреждал. Когда начнётся спектакль, публика сразу же переключится на сцену. Смотри, слушай, и получай эстетическое наслаждение, – ответил Михаэль, и демонстративно поцеловал мне руку.

Наконец, началось представление. Погас свет, оркестр заиграл увертюру к опере. Акустика в зале была потрясающей, а когда запели солисты, казалось, что они находятся рядом. «Свадьба Фигаро» Моцарта известное произведение, которое исполняется на итальянском языке, лёгкое и смешное, поставленное по одноимённой пьесе французского драматурга Бомарше. Я получила колоссальное удовольствие от этого действа, и была благодарна Михаэлю за то, что он постарался взять билеты именно на этот спектакль.

Когда мы возвращались домой. Михаэль сказал, что в опере я произвела фурор, а до него уже дошли слухи, так как он выходил в антракте, и общался со своими знакомыми, в то время как я предпочитала оставаться в зрительном зале. Многие представители элиты расценили выход со мной в оперу, как представление высшему свету его новой невесты, и желали ему семейного счастья. Он заметил, что я хоть и не являюсь особой голубых кровей, но могу дать фору многим аристократам.

Мы вернулись домой уже за полночь. Я сняла норковое манто, после чего Михаэль деликатно спросил меня:

– Светлана, где ты хочешь сегодня спать? Ты предпочитаешь свою комнату или разделишь ложе со мной? Обещаю к тебе не приставать, если ты сама этого не захочешь.

– Если ты не будешь возражать, я хотела бы остаться в своей комнате.

– Чудесно! Но я был обязан спросить! Хорошего отдыха и приятных снов!

– Спокойной ночи, Михаэль! Спасибо тебе за прекрасный вечер!

Мы разошлись по комнатам, а я ещё долго не могла уснуть, так как у меня в ушах звучала прекрасная музыка Моцарта. Через два дня мы снова собирались в оперу, и я была в предвкушении очередного праздника, которое даёт душе искусство. В эту ночь я спала глубоко и безмятежно под воздействием впечатлений и эмоций, полученных от прикосновения к музыке величайшего композитора.

Наступил четвёртый день моего пребывания в Австрии. На этот раз Михаэль решил повезти меня в горы, показать свой домик в Альпах, недалеко от Зальцбурга, а заодно и покататься на лыжах. Он сказал, чтобы я надела спортивный костюм и взяла лыжный, выбрала шапочку и перчатки, а всё лыжное снаряжение находилось у него в домике, ну, а если вдруг мне что-то не подошло бы, всегда можно было бы взять напрокат то, что нужно.