Лунная дорожка

48.

После обеда я уединилась с мамой в спальне, и подробно ей рассказала о своём пребывании в Австрии, о наших отношениях с Михаэлем, и планах на будущее. Мама внимательно слушала, и в завершение разговора честно и прямо высказала свое мнение:

– Думаю, что ты поступила правильно. Я очень хочу, чтобы вы поженились, и у вас была бы большая и счастливая семья.

– Спасибо за поддержку, мамочка! Я знала, что ты будешь на моей стороне. Скажу тебе честно, мне было нелегко это сделать.

Потом я отпустила родителей, и уложила сына спать, и сама тоже решила немного вздремнуть после дороги. Как только я закрыла глаза, у меня снова замелькали кадры моей поездки в Вену, я видела все чётко, как в кино: спектакли в Венской опере, катание на лыжах, посещение дворцов и музеев, и безумно страстные ночи в объятьях Михаэля. Он занимал в моей душе слишком много места, и я не могла больше думать ни о чём другом, кроме него. Неужели наши мечты и планы смогут осуществиться? Так бывает только в сказках со счастливым концом.

Я проснулась, когда почувствовала, что Витюшка залез ко мне в кровать, и попросил, чтобы я ему позволила полежать рядом. Я обняла сына, и мы долго лежали вместе, и нам не хотелось вставать. Он мне рассказал о всех приключениях в детском саду, с кем подружился, а потом сказал тихонько:

– Мамочка, я тебе сейчас открою секрет, только ты об этом никому не говори, это будет наша тайна.

– Конечно, мой хороший, я ни кому не скажу, что там у тебя за секрет?

– Мне нравится Наташа, девочка из моей группы, и мы с ней дружим. Она очень красивая, как ты, нет, ты – лучше, – хитро заявил мой сын.

– Ох, ты мой маленький кавалер, хочешь быть похожим на папу?

– А что мой папа тоже дружил с девочками, но он же был большой, а я ещё маленький. Но она, правда, правда, хорошая девочка.

– Дружите на здоровье, только познакомь меня со своей подружкой.

– Хорошо, мамочка, она тебе понравится!

Мы рассмеялись почти синхронно, и я подумала, что не дай Бог, мой сын пойдёт по стопам Валентина, и станет бабником и сердцеедом. Гены никуда не деваются, рано или поздно они дают о себе знать. Но я не должна этого допустить, и постараться уберечь его от неправильных поступков.

Витюшка вспомнил о новых машинках, и быстро побежал в детскую, чтобы снова поиграть с ними. Я хотела приготовить лёгкий ужин, но от обеда осталось столько еды, что я не стала ничего делать, а решила только сварить молочную кашу для сына.

После ужина я позвонила Надежде Станиславовне, и рассказала, как прошёл мой отпуск, не вдаваясь в детали и подробности. Мне не хотелось раньше времени говорить ей о своих отношениях с Михаэлем, а когда придёт время, то я поставлю её перед фактом. Мы мило побеседовали, и договорились встретиться после праздников.

Ровно в десять часов позвонил Михаэль, и мы долго с ним говорили, он читал мне любовные стихи Гёте, рассказывал его биографию, и отметил, что это его любимый поэт. Я слушала с большим интересом, и каждый раз узнавала от него много любопытного, понимая, что с этим мужчиной я смогу расти и развиваться, и мой духовный мир станет намного богаче.

Каждый день мы говорили с Михаэлем по телефону два раза в день: утром и вечером, и всегда он заряжал меня позитивной энергией на целый день, и я постоянно чувствовала его присутствие.

Мы отпраздновали новый год дома у моих родителей, и готовились встречать рождество. Михаэль обещал прилететь шестого января первым рейсом, и мама собиралась приготовить праздничный ужин. Последний раз мы говорили по телефону только утром четвертого января, а потом он почему-то перестал звонить. Я сама пыталась связаться с ним много раз, но телефон был недоступен, и я стала волноваться. Это было очень непривычно, и меня убивала пустота и неизвестность.

В десять часов утра раздался телефонный звонок, это был австрийский номер телефона, но это был не Михаэль. Я, с дрожью в голосе, ответила по-немецки:

– Алло! Я слушаю вас. Кто говорит?

– Здравствуйте! Вы – госпожа Светлана Алексеевна Золотарёва? Меня зовут Томас Майер, я адвокат господина Михаэля Риттера.

– Господи, что случилось, господин Майер? Что-то с Михаэлем?

– Уважаемая Светлана, с прискорбием сообщаю вам, что господин Михаэль Риттер умер.

– То есть, как умер? Не может быть! Я с ним говорила позавчера, а сегодня он должен был прилететь ко мне.

– Мне очень жаль, это был несчастный случай. Всё произошло в горах, когда он катался на лыжах. Я пока не могу рассказать вам подробности, но мне нужно сообщить вам важную информацию. Это касается завещания господина Риттера.

– Какого ещё завещания? Я ничего об этом не знаю.

– За три дня до своей гибели он позвал меня к себе, и попросил внести некоторые изменения в завещание. Это касается вас и вашего сына. Я собираюсь приехать к вам через две недели, чтобы уладить кое-какие дела, и мне понадобится ваша помощь, коллега. Я вышлю вам список документов, которые вы должны будете подготовить к моему приезду. И потом мне хотелось бы с вами поговорить, – спокойным тоном продолжал Майер.

– Хорошо, но мне трудно поверить, что Михаэля уже нет. Это так ужасно!

– Похороны господина Риттера состоятся завтра. Если вы не сможете приехать, я вас пойму. Всего хорошего, Светлана! – сказал Майер, и не дав мне возможности ответить, положил трубку.

Я стояла окаменевшая, и ничего не понимала. В моей голове происходило что-то невообразимое: «Это что, очередная злая шутка, которую посылает мне судьба? Почему, когда я собираюсь замуж, происходят подобные трагедии? Всё это похоже на какое-то проклятье? Неужели я – чёрная вдова, которая никогда не сможет выйти замуж? Почему Господь забирает людей, которые мне дороги? Как жить дальше?»