Лунная ведьма

ГЛАВА 11

– Все же я не понимаю, почему кровь дракона не сожгла ваш заговор за несколько часов?

Мадирисса привела меня в выделенную комнату, показала убранство, как пользоваться купальней (общей с Лукасом, к сожалению), и все еще не могла успокоиться.

Я в который раз лишь пожала плечами. Как объяснить то, чего и сама не понимаю?

– Или ваше позеленение особое?

Вот любопытная! Или сама хочет на ком-то испробовать?

– Если только есть что-то особенное в заговоренном папоротнике, то – да.

– Заговоренном на полную луну? – со знанием дела спросила экономка.

Я кивнула.

Да, магии меня лишили, статуса и законного места тоже, учить волшбе – никогда не учили. Но множество запретов лишь подзадоривали интерес. Я тайком пробиралась в библиотеку ночью, изучала фолианты и, когда тетушка теряла бдительность, уходила в сад. Так я научилась различать травы, понимать их силу и свойства, а также пользоваться слабенькими заговорами. С которыми справится и простой человек.

А сейчас, после возвращения сил, спешила наверстать упущенное, воплощала почерпнутые знания на практике. То легкое проклятье брошу, то испробую чары метаморфоз, то попытаюсь контролировать пламя… И все Лукасу приходится быть в роли подопытного.

– Ничего не понимаю, – задумчиво постучала мизинцем по подбородку женщина. – Как простенький наговор мог произвести столь длительный эффект?

– Откуда мне знать?

– Ну как же? – всплеснула руками она. – Кто же тогда должен знать, если не ведьма, что начитывала?

Разве что ведьма совершенно не владеет собственными силами и не знакома с тонкостями магии как таковой. Что мне теория? Так, несколько книг, украдкой прочитанных под покровом ночи. Как обрывки знаний могут помочь в контроле силы?

Тетушка с раннего детства готовила меня в жрицы к богине. Поэтому воспитание было строгим, магия под запретом, еще спасибо, что фамильяра не лишили. Они ведь помогают контролировать потоки силы, пока хозяин не повзрослеет, научившись сдерживать спонтанные выбросы. Только вот у Буки было особенное задание. Агафтия приказала ему блокировать мои чары, не давать им вырваться. Мыш послушно согласился, так и не выдав договор, что послужил началом нашей дружбы.

Бука продолжал контролировать мою силу, дабы нечаянный выброс не причинил никому вреда. Я же обещалась не магичить без его ведома, осторожничать, пока не достигну более зрелого возраста для подчинения потоков.

Неплохо ощущать собственную магию стала только на шестнадцатую зиму от рождения. С того времени Бука втихаря обучал меня основам волшбы. Тем инстинктивным знаниям, что получает каждый фамильяр в момент обретения хозяина.

Для всех я оставалась тихой, незаметной девчонкой, дурной овцой, чье заклание послужит во благо ковену. Напитает его силой и уважением среди других волшебников.

Посвятить жизнь богине почетно. Молиться, принимать подношения Всеблагой, выслушивать прошения о милости и даже, если понадобится, пожертвовать силой, отдав богине кусочек души. Но все это необходимо делать с открытым сердцем и по собственному желанию. Иначе служение превращается в хождение по мукам.

По исходу четырех полных лун в тот самый Самайн я совершила роковую глупость. Пошла на зов любви. Или же плоти? Теперь уже и сама толком не знаю ответ. И лишилась всего. Магии, которой едва-едва училась управлять, любимого, который таковым не являлся, и единственного настоящего друга.

О последнем сожалела горше всего.

Даже исчезнув, Бука умудрился поддерживать меня. Именно его познания, которыми мыш успел поделиться, и жажда свободы помогли выждать время, вытерпеть все лишения и не пасть духом.

Несмотря, в какой-то мере, на предательство долга, сейчас богиня мне благоволила. И магия бед не вызывала, отчасти слушалась неплохо, стоило особенно сильно чего-то пожелать… Лучше всего получались мелкие каверзы. Как ни крути, а вредность у ведьм в крови.

Особенно сильно на удачу я тоже не надеялась. Бука был рядом, всегда готовый прийти на помощь в случае чего, забрать излишки магии, перенаправить их в безопасное русло. Но сейчас мыш исчез. О его гибели я и думать не хотела. Слишком больно оказалось даже допустить эту мысль. Неужели, случись с ним что плохое, я ничегошеньки не почувствовала бы?

– Значит, я неправильная ведьма, – тихо призналась, заметив, что Мадирисса все еще продолжает ждать ответа.

– Вздор! – решительно блеснула глазами она. – Не бывает неправильных ведьм!

Этот ее возмущенный тон, искренность запала подкупали. Я заинтересованно подалась вперед. В альманском ковене не приветствовалось равенство. Тех, кто сильнее, – почитали, слабых – использовали и всячески унижали.

– Бедная девочка, – сдавленно пробормотала женщина в собственный кулак. Опять смех за кашлем прячет?

– Что?

– Тебе не послышалось: все ведьмы уникальны, – кивнула Мадирисса, заметив, что теперь ее речам внимают как никогда серьезно. – У каждой своя, особенная сила, что распускается, точно бутон, только в срок. Она раскрывает ведьму, являет ее миру во всей красе, впрочем, как и обладательница силы свою магию. Лишь гармония связи помогает всецело понять и принять внутреннюю суть да контролировать волшебство.