Лунная ведьма

ГЛАВА 17

Чаем ночные посиделки не обошлись. Мадирисса как в воду глядела. Едва придя в кухню, она, словно остервенелая, залпом выпила несколько бокалов красного вина, оставшегося после ужина. Немного успокоившись, принялась скрести по сусекам повара. Шум разбудил Альфреда. Его появление в розовой ночнушке до пят и чепчике в тон произвело фурор. Преимущественно на мыша, что стал нервно икать.

Зато резко проснувшийся и помрачневший повар проявил любезность утолить жажду экономки. Попробовал бы он воспротивиться, когда ведьма весьма настойчиво требует: «Наливай!» – и кулаком по столу гремит. Для пущего эффекта. А в ее глазах такой неистовый огонь ярости и боли бушует, того и гляди рванет каким-то страшным заклинанием. Нет, Альфред подставляться не стал. Послушно прислуживал нам, изредка отпуская шутливые безобидные реплики.

Эта странная жажда Риссы немного утихла после арманьяка, медовухи и ягодной наливки. Женщина раскраснелась, присмирела и вдруг заговорила. Несмотря на количество выпитого, язык ее слушался прекрасно, голос звучал ровно, фразы не были запутанными.

– Лаенван – это он, – сказала она, глядя мне в глаза пронзительным серьезным взглядом.

Я едва не подавилась чаем, непонимающе нахмурившись:

– Кто он?

– Тот самый, предназначенный мне судьбой мужчина.

И хорошо, что я предусмотрительно поставила чашку на стол, иначе она бы выпала из тотчас ослабевших пальцев.

– Да. Не удивляйся так, это он. Муж моей сестры, отец Лукаса, сильный колдун, безбожник и дамский угодник. – Она горько усмехнулась. – Тот, кто не узнал меня ни перед собственной свадьбой, когда мы встретились в моем доме, ни после смерти жены, когда я вернулась помочь с племянником. Пришлось устраиваться к нему нянюшкой, позже домоуправительницей.

От обиды за эту прекрасную женщину у меня сердце болезненно сжалось: ни вдохнуть, ни выдохнуть. Бука притих на плече, Альфред остервенело тер чистую сковороду, не поднимая головы. Да с таким рвением, что запросто мог протереть в посудине дыру.

– Лаенван – тот, кого я так и не смогла забыть. Столько лет прошло, а я продолжаю помнить это чувство. Глупо, да?

Рисса медленно глотнула наливки.

– Я не знаю… – пожала я плечами. Разве в любовных делах что-то поддается чужому суждению и рамкам «правильно – неправильно»?

– Знаешь, что самое обидное?

Я отрицательно качнула головой.

– Он меня не узнал. Ни разу за столько лет в его сердце ничего не шевельнулось ко мне. Зато он успел побывать едва ли не под каждой юбкой! Шесть раз жениться, подумать только!

Альфред презрительно сплюнул, но добавлять ничего не стал.

– Так ты моя настоящая тетка? – ошалело выпалил Лукас с порога.

Мы так сосредоточились на разговоре, что совсем не заметили, в какой момент на кухне появились мужчины Дэ Кадари. То ли совершенно бесшумно двигались, то ли в моем чае кроме трав и заварки тоже присутствовало кое-что покрепче.

– У тебя есть еще и фальшивая? – криво улыбнулась Мадирисса.

Лукас смешно отзеркалил ее мимику.

– Ты всегда была мне как мать.

– Я не пыталась заменить сестру, но любила тебя не меньше, чем она стала бы.

– Спасибо. – Он благодарно погладил ее по плечу. – За все.

В глазах колдуна блестели слезы, но он так быстро нагнул голову, скрывая взгляд, что убедиться не удалось – показалось или нет.

Лаенван устало привалился боком к кухонной стойке, словно бы его вдруг перестали держать ноги. Альфред состроил брезгливую гримасу и отодвинулся подальше.

– Милостивые боги, – как-то рвано выдохнул старший Дэ Кадари. – Это все время была ты?

Мадирисса сжала губы в побелевшую упрямую линию.

– Та девочка с маскарада – это ты?

– Я.

– Почему же ты ничего не сказала?! – перешел на крик мужчина. – Пусть я был ослеплен магией Каиры, но потом, когда наваждение исчезло с ее смертью… Почему, Мади?

– Мне надо было душу перед тобой вывернуть наизнанку? – едко вопросила она. – Между какой по счету женой или любовницей? Помнится, ты так активно «страдал» после смерти моей сестры, что я и слов утешения подобрать не могла.

– После ее гибели я узнал, что был одурманен, привязан магией и, как тупой бычок, загнан в силки брака!

– Не очень ты от него и пострадал! Прекрасным наследником вот обзавелся!

– Ты ничего не знаешь!

Напряженную тишину в кухне нарушали лишь звуки яростного дыхания спорщиков. Все невольные свидетели столь экспрессивной встречи старательно хранили молчание. Даже Бука перестал жевать похищенную из-под носа Альфреда сдобную булочку с маком. Почти что подвиг!

– Ты не знаешь, каково это – маяться день ото дня без видимой причины! – эмоционально всплеснул руками колдун. – Этот приворот жрал меня изнутри!

– Хилый приворот оказался, ты вон целехонький, не сожранный совсем!

– Я тебя искал!