Лунное сияние

Глава 1. Время для откровений

Старик стоял в сумерках старого дома и не моргая смотрел в окно. Его плечи неестественно приподнялись, костяшки пальцев уперлись в облупившийся подоконник, губы плотно сжались. На небольшой площади в самом сердце древнего города Партье зажигались огни и танцевали снежинки, совершенно несвойственные местному климату. Но этому явлению было объяснение, и оно стояло на круглой площади прямо напротив окон старика.

Женщина, которую он ждал больше всего на свете, вот-вот должна была постучаться в его дверь. С каждой минутой становилось темнее, но он все еще мог разглядеть ее достаточно хорошо. И от этого сердце билось непозволительно быстро для его возраста.

С последней встречи прошло три месяца. Долгие три месяца ожидания, надежд, планов мести и отчаяния. Теперь он смотрел на нее и не мог оторвать взгляд, словно стоило моргнуть, и она исчезнет. Он не замечал ни сквозняка, который шел от старых оконных рам, ни темного одиночества, затаившегося в стенах дома.

Она изменилась. Хотя она стояла перед ним все в том же сером кардигане, который преступно уродовал любую женщину. Длинное темное платье и туфли, в которых наверняка неудобно перемещаться по брусчатке Виноградной площади. Только волосы оказались на этот раз распущены. Выгорев, они обрели особенный оттенок, который делал ее издалека даже привлекательной. Постройнела – это видно по одежде, которая теперь не облегала ее так плотно. И осанка. Осанка стала другой. Так могли бы нести себя только люди, которые долго пробыли там.

Женщина, постояв пару минут, уверенно и несколько воинственно направилась к его двери. Короткая пауза, после чего громкий стук разнесся по пустому дому.

Старик медленно развернулся и тяжелой поступью начал спускаться на первый этаж. Сердце было готово выпрыгнуть из груди от обилия чувств, которые он испытывал. Кажется, у него получилось. Не верилось до конца, но… Получилось. Боже, сколько он ждал этого момента! И как страшно от того, что это вот-вот должно произойти. Страшно и волнительно.

Щелкнул замок, и дверь со скрипом открылась. Старика окатила волна холодного воздуха с крупными хлопьями снега. Но он был уверен, что это не чудеса природы. Это все она.

Старик поднял взгляд на гостью в дверях и не проронил ни слова. Они смотрели друг на друга так, словно хотели прочитать в глазах что-то без слов. Светлые длинные волосы, легкий загар и веснушки на лице. Сейчас она как никогда была похожа на него. На того человека, который украл его последние тридцать пять лет жизни. Человека, мечта отомстить которому выжгла сердце и оставила только холодный серый пепел. Человека, которому он не желал ничего, кроме смерти.

И по ее глазам он видел: так или иначе, но месть свершилась. О, да! Сладость осознания разлилась по венам. Этот взгляд он не перепутает ни с чем. Холодная тоска из-за отобранной жизни застыла где-то там, в глубине ее туманных зрачков. Такие глаза могут быть только у человека, который встретил любовь всей своей жизни, а затем потерял ее безвозвратно. Именно это старик видел каждое утро в зеркале на своем лице.

И вот он – тот самый миг триумфа его мести! Разве не этого он хотел? Разве не об этом мечтал все это время? Все эти десятилетия? Кровь за кровь. Она расплатилась по чужим счетам, которые за годы ожидания обросли чудовищными, ни с чем несоизмеримыми процентами. Теперь она испытает то, что чувствовал он все это время.

Долгие тридцать пять лет он ярко представлял себе это мгновение. Когда можно своими глазами убедиться в том, что все имеет цену и кто-то обязательно ее заплатит. Ни одно зло не останется безнаказанным, и ни одна украденная жизнь не останется не отомщенной. Да, именно это он и хотел.

Так если хотел, то что за странное чувство леденит нутро? Что это? Совесть? Сочувствие? Что за вздор! Его никто не пожалел! Никто! И он не будет. Ни-ког-да.

Мужчина настолько ушел в свои мысли, что голос женщины прозвучал неожиданно громко:

– Я знаю, что вы сделали.

Вот так спокойно, даже устало произнесла она. Ей-богу, лучше бы она кричала, рыдала, выла в истерике, но вот так… Чувство совершенной ошибки беспощадно накрыло разум хозяина дома. Что он наделал? Разве имел он право с ней так поступать? Ему нужна была передышка. Хотя бы короткая. Ничего не говоря, старик отошел в сторону, впуская ее.

Гостья вошла, как делала это много раз, кажется, в прошлой жизни в небольшую гостиную на первом этаже, не раздеваясь, села возле нетопленого камина и вновь посмотрела на него. Прикрыв входную дверь, старик расположился в соседнем кресле.

Немного дрожащими руками он вытер испарину на лбу носовым платком, лежавшим в правом кармане его старомодной жилетки. Молчание начинало давить, и он ничего лучшего не придумал, как сказать:

– Вы вернулись, Айла, – голос дрогнул.

Да, он мог бы спросить. Сделать вид, что он не знает, где она была и почему вернулась, хотя наверняка могла бы остаться. Они все хотят там остаться. А после показать, что он не приложил к ее возвращению руку. Видит бог, другого выхода он не видел. Он должен был вернуть ее на Землю.

Сумеречный свет и отблески фонарей освещали лицо Айлы и делали его другим. Словно на нем сохранился отпечаток того мира. Сердце снова болезненно сжалось. Воспоминания и надежды создавали настоящий хаос в его мыслях. Но она будто уже ни на что не надеялась. Глаза, так ярко горевшие при их последней встрече, выглядели безжизненно. Совесть вновь начинала противно пожирать его внутренности.