Лунное Затмение. Убывающая Луна

Глава 17

Неделей ранее. Турция. Стамбул.

Я сидел в своём кабинете и пытался расслабиться. Последние месяцы были очень напряжёнными, и небольшое затишье было как нельзя кстати.

Уже месяц, как я нахожусь в Стамбуле и живу на османских землях. Признаться, мне даже нравится это место, потому что оно напоминает мне о моей юности во дворце султана Мурада II. Современная Турция сильно отличается от той, которую я помню, но здесь всё ещё можно найти отголоски прошлого.

Часто я прогуливаюсь по этим узким улочкам, наблюдаю за восточным колоритом и вспоминаю своё прошлое. Странно осознавать, что вся эта культура была и моей тоже, она была частью меня. Османы лишили меня семьи, дома и всего, что было мне дорого. Мой отец и старший брат погибли от рук предателей, которые сдали мой дом Мураду, а мой младший брат примкнул к врагам и пошёл против меня.

Воспоминания о прошлом вызывают у меня смешанные чувства. Это было прошлое слабого и немощного человека. Я не люблю вспоминать свою человеческую жизнь, потому что она была наполнена болью потерь и разочарований, за исключением воспоминаний о Стефании. Но теперь мои воспоминания о ней меркнут, а их место занимают другие. Все мои мысли теперь обращены к Стефани и нашим общим воспоминаниям. Я не могу прогнать их, как бы ни старался.

Я пытался упиваться кровью и возродить в себе того кровожадного монстра, которому чужды человеческие чувства и сожаления. Но всё это проходило, как только разум вызывал образ Стефани и возрождал очередное воспоминание о ней. Я вновь возвращался к своей боли и чувствам, которые хранил внутри себя.

С нашей последней встречи прошло полгода, а я всё ещё думаю о том, как она перенесла всё произошедшее. Её дрожащий голос и боль во взгляде говорили мне о многом, но я не мог поступить иначе.

Все эти полтора года я искал приспешников Виктории и уничтожал их одного за другим. Были те, кто подчинялся мне и умолял о пощаде. Некоторых я действительно прощал и даровал им жизнь. Но в основном все они были развеяны в виде праха по всему свету.

Всё это я делал для неё и ради неё. Я надеялся, что Стефани живёт спокойной жизнью рядом с Райтом, который обеспечит ей достойную жизнь. Этой мыслью я утешал себя каждый раз, когда у меня возникали сомнения по поводу сделанного мной выбора.

Сегодня я решил отдохнуть в уединении и насладиться тишиной. Моя резиденция находится на берегу Босфорского пролива, и я могу слушать шум воды и вдыхать солёный и свежий воздух.

Каждое утро я стоял с чашкой зелёного чая у панорамного окна и смотрел на восход солнца над проливом. Эти картины вызывали у меня восхищение, и я думал о том, как бы они понравились Стефани.

Мои размышления прервал звук шагов, которые становились всё громче. Через минуту дверь моего кабинета распахнулась, и я увидел знакомую мне персону.

— Ты всё сидишь затворником и изводишь себя размышлениями? — спросила пришедшая девушка грубоватым голосом.

— Грета, ты в курсе, что ты единственная, кто может позволить себе разговаривать со мной таким образом.

— В курсе, — Грета усмехнулась и села в кресло рядом со мной. — А ты в курсе, что я единственная, кто терпит тебя и может привести тебя в чувство, если это понадобится.

— В курсе. Что ты здесь делаешь? — спросил я.

— Я пришла к тебе с подарками. Я не люблю ходить в гости с пустыми руками. Это дурной тон.

— Ты мне это заявляешь как бывшая гувернантка? — я намеренно использовал тот же тон в разговоре, что и Грета.

— Я заявляю это как твой единственный друг в этом мире, — ответила Грета, демонстративно закатывая глаза. Я знал, что это замечание её разозлит, но не мог упустить возможность поддеть свою подопечную.

— Как вам будет угодно, мисс Кроссман, — сказал я с самодовольной усмешкой. — Так с каким подарком вы ко мне пожаловали?

— Влад, я терпеть не могу всю эту формальность. Мы давно не в семнадцатом веке, чтобы так общаться.

— А чем тебе не нравился семнадцатый век?

— Дай подумать, — ответила Грета, скривившись и недовольно посмотрев на меня. — Я работала за еду в доме богатого ублюдка, тупых детей которого я должна была обучать этикету. Параллельно с этим я должна была спать с этим толстым недоумком, когда ему вздумается. Затем я заболела чумой и умирала в страшных муках в госпитале, после чего я оказалась в общей погребной канаве, куда сбрасывали трупы.

— Откуда я тебя, в итоге, вытащил, не дав тебе умереть.

— Фактически, я умерла. Но очнулась вампиром, за что я тебе до сих пор благодарна и из-за чего по-прежнему тебя терплю.

— Разве так разговаривают со своим владыкой и королём? — я знал, как окончательно взбесить Грету и вывести ее из себя.

— Может, для остальных ты и тёмный владыка, но для меня ты всё ещё заносчивый парень из Уайтчепела, который слишком много строит из себя и не умеет держать себя под контролем.

— Как мило, что ты это вспомнила, — ответил я, выражая недовольство по поводу услышанного замечания. — Но довольно этих воспоминаний. Что у тебя?

— Как я уже сказала, подарок для тебя. А точнее, ещё один приспешник твоей психованной подружки, который не хотел верить в её смерть и в то, что знаменитый Влад Дракула существует.