Лунные дети. Часть 1. Настя (новый вариант, 2020 год).

020. Глава 18.

020. Глава 18.

Довольная произведённым эффектом, Полина наблюдала, как мои глаза расширяются, потом расхохоталась:
- Неплохое окончание для очередной серии какого-нибудь сериала!
- Ты о чём?
Полина продолжала веселиться:
- Видела бы ты сейчас своё лицо!
До меня начало доходить:
- Ты пошутила?
- Нет, конечно, - отмахнулась девочка. - Просто я подумала, что, если бы про нас снимали сериал, наш диалог был бы шикарным окончанием эпизода. «- Я уезжаю. - Куда? - Домой!». Всё, занавес, гэйм овер, ждите ответа в следующей серии. А назавтра человек включает визор, а там, оказывается, всё не так плохо, как он себе понапридумывал: и уезжаю я не навсегда, а всего лишь до утра, и еду не из-за собственных психов, а для того, чтобы закупиться по нашему списку, да и вообще наши ребята, если всё пойдёт по моему плану, не должны узнать о том, что меня ночью не будет.
- Значит ты просто поедешь за покупками?
- Точно.
- И ты хочешь всё успеть за одну ночь? - Не поверила я.
- Не уверена, что получится, но попробую. В крайнем случае завтра в обед приеду, надеюсь, за пол-дня вы тут без меня глупостей не понаделаете…
Она осеклась, когда вдруг распахнулась дверь. Полина с неудовольствием подняла глаза на появившуюся девочку.
- Тебе чего? Почему без стука?
Посетительница, привалившись спиной к стене, лишь шумно перевела дыхание.
Полина повернулась ко мне и пожаловалась:
- Похоже, я скоро вообще буду удивляться, что двери в эту комнату кто-то открывает руками, а не ногой.
Наша гостья снова никак не отреагировала на это язвительное замечание, и вместо этого выпалила:
- Это… Дафна уезжает!
Полина несколько секунд осознавала услышанное:
- Уезжает? Куда?
- Домой!
Моя соседка тут же помрачнела:
- В какой она комнате?
- В четвёртой.
- Сейчас я приду.
Удовлетворившись этим обещанием, девочка ушла, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Оставшись наедине, мы переглянулись.
Я хмыкнула:
- Как-то очень быстро серии начали заканчиваться. Только-только в конце одной серии ты чуть не уехала...
- Бахмурова, - прервала меня Полина, - оставь свои шуточки, мне сейчас не до этого. Пошли!
Я не стала сопротивляться и молча последовала за ней.
Комната Дафны мало чем отличалась от нашей, разве что по размерам была чуть меньше. Я ожидала, что в ней будет царить полный бардак, всё-таки поспешные сборы никогда не способствовали порядку, но этого не было — вещей у Дафны оказалось совсем немного. Все её пожитки уместились в небольшую спортивную сумку, которая одиноко стояла на кровати.
Дафна стояла перед зеркалом и придирчиво рассматривал своё изображение. Я удивилась: обычно в зеркало я рассматриваю свою причёску, а ей-то на что смотреть?
Больше в комнате никого не было.
Некоторое время Полина мрачно следила за Дафной, потом тихо осведомилась:
- Удираешь?
Девочка мельком взглянула в её сторону:
- Если бы сейчас ТЫ собралась и поехала домой, это бы называлось “удираешь”, а я просто уезжаю.
Она выделила голосом слово «ты».
- Удираешь, - с убеждением повторила Полина. - И не нужно играть словами - это называется именно так.
- Думай, как тебе угодно, не буду с тобой спорить.
Дафна закончила себя рассматривать и осталась удовлетворённой. Она подошла к кровати, вжикнула молнией сумки, легко перекинула её через плечо и двинулась к двери. Ей пришлось пройти между мной и Полиной, которая не преминула придержать её за руку.
- А ну, стой! - Тихо потребовала она.
Дафна замерла и, не оборачиваясь, сухо осведомилась:
- Чего тебе?
- Поговорить надо.
- Говори.
Полина на мгновение замешкалась.
- Присаживайся! - Кивнула она на письменный стол около окна, рядом с которым стояли два стула. - Сядем и пообщаемся. Есть вопросы.
Девочки были одного роста, но - Дафна с такой снисходительностью оглядела свою собеседницу, что мне показалось, будто Полина как минимум на голову ниже неё.
Дочка Сенатора явственно скрипнула зубами.
- Ладно, давай пообщаемся.
Не сводя друг с друга настороженных взглядов, они прошли в другую часть комнаты и, прежде чем усесться отодвинули стулья друг от друга.
Повисло молчание.
Обстановка накалялась.
- Почему? - Наконец спросила Полина, когда стала ясно, что Дафна не намерена первой начинать разговор.
- Что?
- Почему ты отсюда уезжаешь?
- Я тебе об этом уже сказала. Я с самого начала не собиралась здесь учиться. Просто приехала посмотреть, что тут да как. Интересно было.
- Посмотрела?
- Посмотрела.
- И как?
Дафна пожала плечами:
- Есть пара забавных моментов, но в целом ничего особенного. Эта школа не стоит того, чтобы я расходовала на неё своё время. Я и так потратила два дня только не то, чтобы удовлетворить своё любопытство. Это нерационально.
Полина зависла. Похоже, она ожидала, что Дафна испугалась или, в крайней случае, ей просто не понравилось учиться в этой школе, и была готова стыдить, убеждать, увещевать, настаивать, но вот то, что Дафна не хочет учиться просто потому, что считает учёбу лишней тратой времени - это явилось для неё полной неожиданностью.
Я поняла, что пора вмешаться.
- Так нельзя.
Мой тихий голос заставил Дафну обернуться.
- Что - нельзя?
- Так вот: уезжать отсюда.
- Это ещё почему?
- Каждый супер должен учиться в школе юных талантов.
- Даже так? - Девочка подняла брови, и от этого её выразительное безволосое лицо стало ещё более выразительным. - И где это написано? Может быть закон какой-нибудь приняли, о котором мне ничего неизвестно или произошло что-нибудь в этом роде?
Тут уже я не нашлась, что ответить.
- Ну? - Дафна требовательно смотрела на меня, и от взгляда её больших глаз на безволосом лице у меня мурашки бежали по коже.
Поняв, что я ничего отвечать не собираюсь, Дафна удобнее устроилась на стуле и закинула ногу на ногу,
- Тебя как зовут, девочка?
- Настя. Бахмурова.
- Так вот, Настя Бахмурова, - она покрутила перед собой вытянутые указательные пальцы и соединила их кончики перед собой, - обучение в этой школе - это обычная социальная условность, одна из множества, которыми опутано всё наше существование. Однажды кто-то решил, что показывать на пляже сиськи девочкам неприлично, а мальчикам - норм, и все с этим согласились. Однажды кому-то пришло в голову, что смотреть на сидящего в туалете человека бестактно, а вот глядеть, как этот самый человек сидит за столом и пожирает продукты — это в порядке вещей. И снова все приняли эту условность как нечто само собой разумеющееся. Я уже не говорю про социальные условности, которые въелись в нас на генетическом уровне. Вот, допустим, работал человек на скотобойне, всю свою сознательную жизнь убивал невинных животных, и вроде как уже привык к тому, что его окружают разделанные туши. И вот однажды его молодой напарник попал под разделочный нож. Этот человек посмотрел на располовиненное тело своего коллеги, посмотрел, посмотрел, да и грохнулся в обморок, хотя мужик был здоровый, крепкий, со стабильной психикой, привыкший ко всяким там анатомическим зрелищам. Вопрос на засыпку: чем тельце этого парня отличается от туши барана, которая висит рядом? Гистологически — ничем, те же ткани, органы, даже кровь практически такая же. А теперь вопрос со звёздочкой: почему этот же самый человек и говядину, и свинину лопает за милую душу, а вот, стоит только предложить ему попробовать мясо своего приятеля, он в лучшем случае даст по морде, а в худшем — вызовет Патрульных и скорую психологическую помощь? И это не совсем понятно, ибо покойнику, в принципе, уже всё равно, где его бывшая тушка — в могиле, в крематории, в анатомическом театре или в кастрюле. Чувствуешь, что такое поведение не совсем логично?
Она говорила медленно, чётко проговаривая каждое слово и немигающим взглядом глядя прямо мне в глаза. К горлу подступала тошнота, я едва могла сдержать рвотные позывы.
Когда Дафна закончила свою тираду, я не сразу смогла выговорить:
- Ты имеешь в виду, что можешь есть человеческое мясо… или, может быть, ешь его?!!
Последнее я выкрикнула.
- Не ем — это точно, - спокойно заметила Дафна. - А смогу ли съесть — тоже вряд ли. Всё-таки мои гены мало чем отличаются от тех, которые имеются у обычных людей, кроме трёх лишних, которые есть у каждого супера. Я просто привела пример, насколько глубоко в нас сидят искусственные правила.
- Правила, неважно, когда и кем они созданы, существуют для того, чтобы их соблюдать. Ты понимаешь, чем всё закончится, если каждый начнёт создавать свои правила? Создавать правила и жить по ним?
- Думаешь, это легко — создавать правила? - Усмехнулась моя собеседница, на секунду задумалась, потом понимающе кивнула. - Ах, вот ты про что. Ты просто путаешь преодоление социальных условностей с пошлым нарушением уголовных законов. Одно дело: бегать по торговому центру с топором в руке и бить каждого встречного по голове, другое — сделать так, чтобы через десяток лет все мальчики без исключения вдруг начали играть в куклы, а девочки — в машинки и в конструкторы. С топором любой может поразвлекаться, даже ты, Настя Бахмурова, если сильно припечёт, а вот на второе способен не каждый.
- Например, ты? - Уточнила я.
Дафна кивнула.
- И кто тебя на эту должность назначил? Или ты сама для себя решила, что можешь менять мир?
- «Менять мир» - хорошая формулировка, - похвалила Дафна. - Что же касается того, кто меня назначил на эту должность… здесь довольно забавная ситуация вырисовывается. Если человек сидит на кухне за бутылкой водки и рассуждает о политике — пусть рассуждает, не жалко. А если у него достаточно интеллекта, чтобы претворить свои идеи в жизнь, значит этого интеллекта должно хватить и на качество самой идеи.
Я задумалась — это была интересная идея
- Поэтому ты лысая? - Фыркнула Полина, о которой мы с Дафной напрочь успели забыть. - Только потому, что тебе не нравятся какие-то там правила?
- Поэтому я лысая, - спокойно подтвердила девочка. - Это очень практичная стрижка, и мне всё равно, чтоб думают про меня окружающие. А правила я не соблюдаю потому, что я сама их создаю.
- Вот что, дорогая моя, - дочка Сенатора приблизила своё лицо к лицу собеседницы так близко, что их носы почти соприкоснулись. - Не знаю, перед кем ты выделываешься, передо мной, перед Бахмуровой, перед ребятами, даже если просто сама перед собой - ничем хорошим это не закончится. МЫ будем учиться в этой школе, - она выделила голосом слово «мы». - Вытерпим всё, что бы тут ни происходило. Не мы первые, не мы последние. Зато перед нами откроются перспективы. Пройдёт пять лет, и каждый из нас сможет возглавить любой политический или экономический объект нашей Федерации. МЫ реально сможем изменять мир. А ты, если сейчас уедешь из школы, так и останешься умненькой лысой девочкой с очень большими амбициями. Тебе только и останется, что рассказывать сиськи на пляже и про человеческое мясо в кастрюле. Даже если сейчас это кто-то слушает, это быстро прекратиться. Сейчас, конечно, этого не видно, но через пять лет твоим немногочисленным приверженцам станет понятно, что рядом с тобой живут и работают твои сверстники, у которых есть власть и которые реально меняют окружающий мир, и твои философствования на этом фоне перестанут производить впечатление.
Дафна не отстранилась, как этого можно было ожидать, на её безволосом лице появилась улыбка, что , если честно, производило жутковатое впечатление.
- Так это только ради власти? - Вкрадчиво осведомилась она. - Ты готова пять лет прозябать в этой школе только для того, чтобы потом чем-нибудь порулить? Мне это не нужно от слова "совсем". Можешь мне поверить, уже сейчас у меня власти больше, чем у Навигаторов и у твоего папочки вместе взятых.
Я уже упоминала, что у Полины на редкость выразительное лицо. Сейчас она явственно встревожилась, что сразу стало видно, и сама подалась назад.
- Больше власти, говоришь? Как твоя фамилия? А ну отвечай!
Голос Полины некстати дрогнул
Дафна вздохнула и откинулась на стуле, сложив перед собой руки:
- Не понимаю я вашей семейки. Сначала твой папа посылает какого-то мутного парня, который болтается по всей планете и собирает данные про суперов, которые в этом году поступают в школу юных талантов. Из-за собственного непрофессионализма этот парень ставит на уши все возможные спецслужбы. Потом становится известно, что Герман Геннадьевич всего-навсего решил узнать, рядом с кем придётся учиться его дочери. И в конце-концов всё заканчивается тем, что о моём приезде сюда он тебе ничего не говорит, хотя именно эта информация тебе была бы для тебя крайне полезной. У меня от моего папы, к примеру, нет никаких тайн, даже самых крохотных, и мой отец тоже всегда рассказывает мне всё, что только можно рассказать и - главное - всё, что нельзя. Что там у вас вообще происходит? Ты с отцом вроде не ссорилась, по крайней мере, мне об этом не докладывали, тем не менее...
Полина коротко вскрикнула и тут же зажала рот рукой. Впервые в в жизни я видела, чтобы лицо человека менялось так быстро. Моя подруга не просто испугалась, она в прямом смысле слова позеленела, мгновенно, и на её лице остались только глаза — большие и немигающие, в которых плескался ничем не прикрытый ужас.
- Ты…, - едва смогла выговорить Полина, - ты — Берг?!
- Бинго. Поздравляю. Дафна Берг к вашим услугам, - девочка с комичной серьёзностью наклонила голову.
Полина ничего не смогла сказать, только судорожно втянула в себя воздух, словно выброшенная на берег рыба.
- Расслабься, Полина Германовна, ты не из моей пищевой цепочки. У тебя свой ареал обитания, у меня — свой. Может быть мы и пересечёмся, я даже больше чем уверена, что когда-нибудь это произойдёт, но не здесь и не сейчас.
- Я… я… я тогда пойду?
- Уж лучше я пойду, - Дафна легко вскочила со стула, закидывая за плечо сумку. - А ты лучше пересели сюда кого-нибудь из девчонок, комната вроде неплохая. Да и с соседкой мне повезло — на редкость нелюбопытная оказалась.
Когда она проходила мимо Полины, та вжалась в стул.
Я всё ещё не могла поверить в происходящее: чтобы дочка Германа Геннадьевича кого-то ТАК боялась?!
Дафна выскользнула из комнаты, дверь за её спиной захлопнулась.
- Я думала, что Дафна Берг - это старушка какая-нибудь... - жалобно пролепетала Полина. - Мне ведь папа никогда не говорил, что она - супер…
Я поймала себя на том, что в последние несколько минут торчу столбом посреди комнаты.
- Сейчас, погоди! - И я выбежала вслед за Дафной.
Я думала, мне придётся догонять её уже на лестнице, но Дафна стояла посреди холла и задумчиво обозревала ряд одинаковых дверей. Увидев меня, она обрадовалась:
- Ты вовремя, Настя Бахмурова. Знаешь, где живёт азиат?
- Какой?
- Ну, мальчишка-азиат, - поморщилась Дафна, явно недовольная моей непонятливостью. - У него ещё имя такое странное...
- Пинг Шу, - вспомнила я. - В седьмой комнате. Если со вчерашнего дня он никуда не переселился.
Дафна не раздумывала ни секунды: подошла к нужной двери и толкнула её. Та оказалась закрыта. Девочка изумилась, словно впервые в жизни видела перед собой закрытую дверь. Она не стала стучаться, как я этого ожидала, просто тихонько похлопала ладонью по блестящей лакированной поверхности.
Дверь тут же распахнулась, словно хозяин комнаты только этого и ждал. На пороге появился Пинг Шу собственной персоной. Он был одет совсем по домашнему — в шорты и футболку, и доедал бутерброд. На нас он воззрился без особенного интереса:
- О, девчонки, привет! Чего вам?
- Я - Дафна Берг, - коротко представилась Дафна. - Одевайся, поехали!
Сказать, что мальчик удивился — это не сказать ничего. Он даже жевать перестал.
Дафна нетерпеливо похлопала его по плечу:
- Давай быстрее, у меня времени мало, я и так два дня потеряла.
Пинг Шу, совершив глотательное движение, наконец растерянно осведомился:
- Куда — поехали?
- Я — еду домой, ты — в свою новую жизнь.
Мальчик хлопала глазами и признался:
- Я вообще ничего не понимаю, если честно.
- Я — Дафна Берг, - повторила Дафна. - Надеюсь, ты знаешь, кто я такая?
- Ну-у, да, слышал. Только я не знал…
Дафна его перебила:
- Никто не знал. Очень скоро у меня будут большие перестановки в администрации и мне понадобятся верные люди. Ты мне нужен, собирайся!
У меня возникло ощущение, что про Дафну Берг не слышала только я, а всем остальным её имя было так или иначе известно.
- Почему я?
Похоже, Пинг Шу пришёл в себя настолько, что начал задавать осмысленные вопросы.
- Ты умный.
- С чего ты взяла?
- На собрании ты был единственный, кто вёл себя разумно. Я это оценила.
Так, ещё одна неожиданность! Что за собрание?! Почему я снова не знаю что-то такое, о чём знают все остальные?!
Пинг Шу задумался, потом распахнул дверь:
- Заходите.
Дафна состроила недовольную гримасу, но шагнула вперёд. Я, поколебавшись, последовала вслед за ней, всё-таки меня тоже пригласили, зачем было отказываться. Да и любопытства я сдержать не могла: прямо на моих глазах разворачивалась довольно интересная история.
Комната оказалась ничем не примечательна, разве что порядок здесь царил такой, что многие девочки могли бы позавидовать: полы сияли первозданной чистотой, на всех горизонтальных поверхностях — ни пылинки, все вещи были аккуратно разложены по своим местам, даже обувь оказалась расставлена с микроскопической точностью, казалось, даже между туфлями было одинаковое расстояние.
- Ого, - подивилась Дафна, разглядев детали обстановки, - вижу, не ошиблась в тебе.
Сосед Пинг Шу сидел в компьютерном кресле и занимался своими виртуальными делами, полностью игнорируя происходящее в реальном мире.
Стульев в комнате не было, и хозяин пригласил нас усаживаться на кровать. Мы с Дафной уселись рядом, словно прилежные школьницы за парту. Мальчик остался стоять.
- Ты в самом деле Дафна Берг?
- В самом деле, - подтвердила Дафна.
- Та самая?
- Та самая.
- Забавно. - Пинг Шу окинул свою собеседницу внимательным взглядом. - Я представлял тебя несколько иначе.
Дафна пожала плечами:
- При общении с другими людьми у меня всегда были проблемы, и с полом и с возрастом. Поэтому постоянно приходилось выходить в Сеть и маскироваться, то под старушку, то под мужика.
- Мужиком я тебя не видел, но старушка из тебя получалась весьма убедительная.
- Спасибо.
Они помолчали.
- Ну, что, собираться будешь-нет?
- Ты мне предлагаешь работу?
- Про деньги говорить как-то пошло, но обещаю, что ты будешь обеспечен. Главное, что тебе со мной будет интересно.
Пинг Шу, как любой азиат, сохранял абсолютно непроницаемое лицо, поэтому нельзя было сказать, о чём именно он думает. Наконец мальчик осторожно уточнил:
- Дафна, ты утверждаешь: я тебя заинтересовал тем, что я умный?
- Верно.
- Тогда у меня к тебе встречный вопрос. Я приехал сюда для того, чтобы пройти пятилетний курс обучения. У меня всё шло более-менее предсказуемо до сих самых пор. Если я на второй же день соберусь и уеду вместе с девочкой, называющей себя Дафной Берг, ты будешь продолжать считать меня умным?
Дафна задумалась, потом нехотя кивнула:
- В чём-то ты прав.
- Ещё вопросы есть?
- Ты не уверен, что я - та, за кого себя выдаю?
- Ты не предоставила никаких доказательств.
- А если я тебе их предоставлю?
- Сомневаюсь, что это что-то изменит.
Дафна порывисто поднялась и протянула собеседнику руку:
- Удачи тебе в этом дурдоме.
Тот в ответ пожал её и тоже встал.
- Тебе тоже удачи. В твоих делах. Рад, что ты меня поняла.
Дафна хмыкнула:
- Я вообще понятливая, на том и держимся. Кстати, если что, моё предложение остаётся в силе. Где меня искать, ты, наверное, знаешь.
- Найду, если понадобится.
Пока они расшаркивались, я тихонько пятилась к двери: у меня возникло стойкое ощущение, что в течении нескольких последних минут я стала невольной свидетельницей того, что для меня было явно не предназначено.
За дверью мы с Дафной очутились одновременно. Я ожидала, что она что-нибудь скажет мне, махнёт рукой, ну, или, на худой конец, хотя бы попрощается, но она просто перекинула сумку через плечо и зашагала выходу.
Я догнала её уже на лестнице:
- Подожди, пожалуйста!
Та застыла и, глядя в пространство прямо перед собой, ровным голосом осведомилась:
- Чего тебе, Настя Бахмурова?
- Извини, я хотела тебя кое о чём попросить.
- Хочешь, чтобы я и тебя на какую-нибудь должность пристроила?
Я вспыхнула:
- Меня это абсолютно не интересует!
- Ладно, извини, это была глупая шутка. - Дафна, наконец, обернулась. - Ты не представляешь, насколько часто мне приходится слышать одно и то же. Меня всегда все постоянно о чём-то просят. Это утомляет. Ладно, чего тебе?
Это «чего тебе» мне не очень понравилось, но ситуация не располагала к лекциям по этике.
- Ты всё равно домой уезжаешь, - сказала я, - там у тебя будет больше возможностей, чем здесь у нас. Не могла бы ты прислать в нашу школу зарядки для пищесинтезаторов? Пятнадцать штук, чтобы на всех хватило. А деньги тебе Полина чуть попозже привезёт, максимум, через неделю.
По наступившей паузе стало ясно, что Дафна не была готова к такому вопросу.
- А почему Иванова сама не может этого сделать?
- На неё слишком много всего навалилось. Она, конечно, собралась сегодня вечером слетать к себе домой, а утром вернуться обратно, только вряд ли она после этого сможет завтра целый день оставаться на ногах. Зарядки — это единственное, что нам нужно очень быстро, всё остальное может потерпеть несколько дней.
Дафна терпеливо выслушала мои объяснения, потом поинтересовалась:
- Думаешь, через несколько дней проблем у вас будет меньше?
- Надеюсь, за это время Полина сможет найти возможность съездить домой в обычное время, а не ночью
Дафна смерила меня взглядом, который в литературе обычно называется «с головы до ног», и едва слышно пробормотала себе под нос, словно раздумывая вслух:
- Странный ты человек, Настя Бахмурова. После того, как Полина Германовна узнала, кто я такая, она полностью деморализована; вряд ли она бы успела тебя о чём-нибудь попросить. Значит этот разговор — это полностью твоя идея. - И коротко спросила, уже обычным голосом. - Зачем тебе это?
- Ребята голодные, нужно что-то делать.
- Ребята голодные, - эхом отозвалась моя собеседница. - Всё верно. Но при чём здесь ты? Полина Германовна назвалась вашей старостой — вот пусть и решает ваши проблемы. - Дафна вдруг положила руки мне на плечи, привлекла к себе и уставилась мне прямо в глаза тяжёлым немигающим взглядом.- Зачем тебе это? Хочешь на её место?! Говори!
- Отпусти! - Мне едва удалось выкрутиться из её цепких объятий. - Я тебе уже сказала: ребята голодные — что непонятно?! Я делаю всё, что могу. И Полина делает всё, что может! Мы все делаем всё, что можем! Нам некогда треуголками мериться!
Дафна смутилась, по крайней мере, мне так показалось.
- Ладно, остынь. - Она даже поправила кофту у меня на груди. - Если ты думаешь, что у вас тут коммунизм, не буду тебя в этом разубеждать. Могу только пожелать, чтобы разочарование не было слишком сильным.
Она снова вскинула сумку на плечо.
- А зарядки? - Напомнила я.
- Завтра вечером зарядки будут у вас.
- Точно?
- Обещаю. - Наверное, в моих глазах промелькнуло недоверие, Дафна сочла нужным пояснить. - Я никогда не сомневаюсь в том, что могу контролировать.
- А раньше не получится?
- Вряд ли.
Я пожала плечами: ладно, пусть будет так; вряд ли за день мы начнём падать в голодные обмороки.
- По поводу денег…
- Успокойся, Настя Бахмурова, - досадливо отмахнулась Дафна, - можешь мне поверить, если я потрачу на вас пару тысяч, от меня не убудет. Будешь должна.
Она сделала несколько шагов в сторону лестницы, и я опять задала ей вопрос в спину:
- Ты сделаешь это просто так? Без денег? В чём подвох?
- Денег мне не нужно. Просто считай, что мы играли на желание и ты продула.
Пока я осознавала услышанное, шаги уже отбили чечётку по лестнице и вскоре хлопнула дверь на первом этаже.
Полина сидела на том же месте, где мы её оставили несколько минут назад, даже, вроде бы, в такой же позе. Когда я появилась в комнате, она с испугом воззрилась на меня, но, как только увидела, что я одна, немного расслабилась.
- Где Берг?
- Уехала.
- Совсем? - Она сделала попытку заглянуть за мою спину.
- Совсем.
Полина перевела дыхание и попыталась улыбнуться, но это у неё получилось плохо.
Я в несколько широких шагов пересекла комнату и устроилась на том самом стуле, на котором недавно сидела Дафна, мне даже показалось, что он до сих пор хранит тепло её тела.
- Почему ты её так боишься?
Полина мрачно уставилась в пол прямо перед собой
- Ты не понимаешь, что она за человек.
- Обычная девчонка,- заметила я, - ну, может быть, с очень влиятельным папой, так в этом она мало чем отличается от тебя. Или я чего-то не понимаю?
- Ты ничего не понимаешь! - Взорвалась Полина. - Вообще: ни-че-го! Кто, по-твоему, руководит Северной корпорацией?
Это имя мне было знакомо с детства.
- Андрей Кравец.
- Теперь я вижу, что ты в политике — полный ноль. - Моя собеседница разочарованно откинулась на спинку стула. - Я снова начинаю сомневаться, что ты — супер. Точнее, может ты и супер, но тебе явно нужно не в нашу школу.
Мне почему-то стало обидно:
- С чего ты взяла?
- Как может учиться на политика тот человек, который все десять лет своей жизни изучал происходящее в мире по заголовкам новостных статей?
Я пожала плечами:
- Мне политика никогда не была особенно интересна.
- Оно и видно. Если бы ты удосуживалась читать не только заголовки статей, но хотя бы первые абзацы, то знала бы, что Андрей Кравец — номинальный руководитель корпорации. Свадебный генерал. Тот парень, работа которого — сверкать рожей по визору и под камеру суетиться на всяких собраниях. Реальный руководитель Северной корпорации — Дафна Берг. Именно Берг принимает все решения, ставит подпись под всеми документами, без её ведома на территории. Корпорации ни одна собака не чихнёт.
- Наша Дафна? - Удивилась я.
- Слава богу не «наша»! Если бы она осталась учиться, я бы сама уехала из этой школы!
- Даже так? Чем она тебе так насолила?
Полина сузила глаза, словно включая ментальный рентген, и принялась прожигать меня своим взглядом. Добрых полминуты она решала, стою ли я того, чтобы делиться со мной своими семейными тайнами, наконец нехотя процедила:
- Берг одним своим словом может сделать так, что ты уедешь на Клатру, без всяких судов и приговоров, а мой папа вылетит со своей должности через десять минут. И своими возможностями она никогда не стеснялась пользоваться. За те восемь лет, что папа находится на посту Сенатора, Берг сделала ему столько гадостей что одно время он даже всерьёз задумывался об её физическом устранении. Если бы не должность, которая априори подразумевает полное и точное исполнение всех законов Федерации, он вполне мог бы это сделать. И вряд ли бы после этого он испытывал бы хоть какие-нибудь угрызения совести.
Я не нашлась, что ответить: к подобным откровениям я была не готова.
- Пошли в нашу комнату! - Поднялась Полина. - Вести такие разговоры на чужой территории — идея так себе.
Когда мы оказались на «нашей территории», начался форменный допрос:
- О чём ты с ней говорила?
Я промолчала. Полина встревожилась:
- Надеюсь, у тебя хватило ума ни о чём её не просить? Надеюсь, ты понимаешь, что, если Берг окажет тебе какую-нибудь услугу, даже самую мелкую, ты будешь ей должна по гроб жизни, и не только ты, но и все твои дети до пятого колена?
Я неожиданно разозлилась:
- Хватит её демонизировать! Я не знаю, что там между вами было раньше, но Дафна — самая обычная девчонка! Две руки, две ноги, голова! Говорит, правда, иногда какую-то ерунду, но каждый имеет право на своих тараканов в голове! И хватит нагнетать ситуацию!
- О чём ты с ней говорила? - Зло повторила Полина.
Я словно бросилась с головой в холодную воду:
- Попросила её кое о чём.
- О чём?
- Завтра она обещала прислать сюда пятнадцать зарядок для пищевиков.
- И что она за это потребовала?
Я решила действовать дипломатично и зайти издалека:
- Деньги ей не нужны.
- Кто бы сомневался!
- Если я правильно поняла, она - вообще довольно обеспеченный человек.
Полина фыркнула, резко и громко, словно лошадь перед стартом. Я поняла, что моя собеседница «на взводе» и, если я буду продолжать говорить правду, пожалуй, её, невзирая на возраст и отличное здоровье, и инфаркт может хватить.
В общем, дипломатия заканчивалась и начинался прямой обман:
- Дафне вообще ничего не нужно.
- То есть Берг готова прислать в нашу школу зарядки и ничего за это не требует в ответ?
- Да.
Полина принялась мерять шагами комнату, наконец остановилась прямо передо мной:
- Как тебе вообще в голову это пришло? Зачем?!
- Затем, что теперь тебе не нужно сегодня ночью ехать ночью домой и везти зарядки. А всё остальное может потерпеть пару дней, пока ты не разберёшься с текущими делами.
- То есть, ты просто хотела мне помочь? - Уточнила девочка.
Я кивнула.
Полина задумалась.
- Я готова оставить это без последствий для тебя только потому, что ты действовала из лучших побуждений.
- У меня нет желания скандалить, поэтому то, что ты мне только что сказала, я тоже оставлю без последствий для тебя.
Мы хмуро уставились друг на друга.
- У тебя нет ни возможностей, ни полномочий наказывать меня. И, кстати, любого из нашего класса. Придётся тебе с этим смириться.
Полина неожиданно улыбнулась:
- Ладно, Бахмурова, спасибо. Только не стоило тебе из-за меня влезать в такое дерьмо. Хорошо, что всё обошлось. Ладно, пора за работу! У нас сегодня будет долгий вечер…
Если бы кто знал, насколько он будет долгим!