Лунные дети. Часть 2. Досье. Технари.

023. Глава 2.

023. Глава 2.

Длинный двухэтажный дом располагался отдельно от других строений, в самом конце улицы. Карина припарковала грав неподалёку от своего подъезда, между двумя раскидистыми тополями. Формально стоянка была чуть в стороне, но топать оттуда домой, потом - снова к стоянке, жутко не хотелось, да и время уже поджимало.
Патрульные в этой части города не водились и штрафовать за стоянку в неположенном месте было некому, поэтому Карина с лёгким сердцем оставила грав и помчалась домой. На второй этаж она взлетела так, словно за её спиной были крылья.
Дверь в квартиру была чуть приоткрыта. Карина толкнула её и вошла в прихожую.
- Эдик, ты дома?
- Дома.
Голос послышался откуда-то из дальней комнаты.
- Я же тебя просила дверь всегда закрывать!
- А я тебя просил хотя бы сегодня не опаздывать!
- Я опоздала всего на десять минут! - Карина, присев на крохотную скамейку, принялась стаскивать с себя сандалии. - Зато я сегодня двадцать батов заработала!
- За весь день? - Эдуард, нескладный высокий парень лет двадцати, светловолосый и слегка взъерошенный, появился в дверях прихожей, окинул сестрёнку придирчивым взглядом и снова исчез в глубине квартиры.
- Сегодня просто день неудачный! - Привычно парировала Карина, потом спохватилась. - Между прочим, другие сто двадцать за месяц зарабатывают, а я - двадцать за неделю!
- Риночка, ты когда-нибудь научишься отличать прибыль от дохода?
- Сколько раз тебе говорить: не называй меня Риной! - Рассердилась девочка. Она, наконец, разулась и, босая, протопала в гостиную. - Я Карина - и никак иначе!
Эдуард сидел в кресле, уткнувшись в лежащий на коленях персональник. Он даже не обернулся:
- Ладно, не кипятись, именинница. Давай лучше собирайся, не хватало ещё тебе на твой собственный день рождения опоздать!
Карина выскользнула из платья и убежала в ванную.
- У меня нос грязный! - Вскоре послышался оттуда её возмущённый голос. - Я что, всю дорогу так и ехала?!
Эдуард, не отрываясь от экрана гаджета, хмыкнул.
Девочка появилась через несколько минут, принеся с собой ароматы мыла и шампуня, и тут же зарылась во внутренности шкафа.
- Что бы мне такое покрасивее надеть? - Принялась раздумывать она вслух.
- Ты не можешь найти другого места для переодеваний? - Снова обернулся к ней Эдуард.
- Вот уж кого я не собираюсь стесняться, так это тебя.
- Чё так?
- Ты меня сколько знаешь? - Вместо ответа поинтересовалась Карина.
- Всю твою жизнь.
- Я тебя столько же. - Она выбрала одно из платьев, оделась, придирчиво оглядела себя в зеркало, подошла к брату, повернулась к нему спиной и потребовала. - Застегни!
Эдуард исполнил требуемое.
- Ну, как я тебе?
Платье небесно-голубого цвета было всё в рюшечках, кружевах, оборочках и с какими-то ещё деталями, названия которых нельзя было вспомнить.
- Слишком по-детски, - поморщился Эдуард.
- Нашим родителям не нравится, когда я строю из себя взрослую, - заметила Карина.
- Вряд ли кто-то будет разглядывать, во что ты одета.
- Надеюсь, мой будущий муж не будет на тебя похож.
Эдуард улыбнулся:
- Не рано тебе ещё о муже задумываться?
- В самый раз. Чем раньше я с ним познакомлюсь, тем больше у меня будет времени его перевоспитать.
- А если вместо этого он тебя перевоспитает?
- Да пожалуйста, не жалко. Главное, чтобы к моменту нашей свадьбы мы с ним были на одной волне. Косички будем делать?
- Это уже слишком. Может тебе ещё и бантики нацепить?
Карина смирилась:
- Вредина ты, Эдик! Ладно, пойду распущенной… Ты так и будешь тут сидеть?
- Я уже готов. - Эдуард захлопнул персональник.
- Я тебе мороженку одну оставила. Будешь?
- Буду. Откуда?
- Трофей. Дяденька один подарил. Я ему робота отремонтировала, а он мне мороженое подарил. Три штуки. Два я съела, а одно тебе оставила. Правда я молодец?
- Молодец-молодец, - успокоил сестрёнку Эдуард. - Ты без носков поедешь?
- Ой, забыла! Сейчас, погоди! На тебе мороженое, оно вот в этом пакете, а я через минутку приду!
Эдуард ждал её около подъезда, облизывая мороженое и нетерпеливо поглядывая на часы. Карина появилась, когда от лакомства уже ничего не осталось.
- Теперь я точно всё! - Запыхавшись, сообщила девочка. - Вкусно?
- Вкусно, - со вздохом признался Эдуард. - Пошли!
Взявшись за руки, ни пошли по улице.
“Хоть маленькая, но бабские инстинкты уже работают вовсю, - подумал он. - Желание накормить мужчину, который находится рядом - это так по-женски”
В граве Карина устроилась на заднем сиденье, подпёрла руками подбородок и уставилась на уносящуюся вниз землю.
- Мне кажется, не очень-то ты довольна?
- Чему тут радоваться - шесть лет уже стукнуло! - Буркнула девочка. - Совсем уже старухой старухой стала - вон уже и зубы выпадают!
Она слегка преувеличила: два молочных зуба у неё начали шататся ещё неделю назад, но всё никак не могли выпасть.
Эдуард хмыкнул, аккуратно передвигая какой-то рычажок на пульте управления.
- А если честно? Ты полгода не видела наших родителей, неужели по ним не соскучилась?
- С какой-то стороны соскучилась, - нехотя признала Карина. - С другой стороны…
Она не договорила. Эдуард некоторое время ждал продолжения, потом осведомился:
- Что - “с другой стороны”?
- Ты думаешь, что приехал однажды к нам в гости, ко вдруг мне пришло озарение, а не пожить ли мне у братика, и папа с мамой меня сразу отпустили?
Теперь уже Эдуард ничего не ответил - он был уверен, что в то время и в том месте нечто подобное и произошло.
- Всё было совсем не так, - со вздохом поведала Карина. - Я им мозги с полгода полоскала, чтобы они меня хоть куда-нибудь отпустили. Сначала я хотела одна пожить, так и сказала папе, но он так на меня зыркнул, что я сразу поняла - не прокатит. Да и маму ты прекрасно знаешь - она меня одну даже на улицу со скрипом отпускала погулять. А потом я вспомнила: у меня ведь старший братик есть, который считает живёт в соседнем городе абсолютно один, потому что считает себя слишком молодым, чтобы вступать в семейные отношения. И я поняла: вот оно счастье!
- Так уж и счастье? - Иронически осведомился Эдуард.
- Мне надоело соседям пищевики чинить, хотелось чего-то большего.
- Большего - это свою мастерскую основать?
- Ты же прекрасно знаешь, что всё было не так. Мне просто хотелось хоть какой-нибудь свободы. А потом оказалось, что наш - Стокгольм - это не то же самое, что крохотная деревушка на Британских островах, которую и на карте сложно отыскать.
- Быстро же для тебя Стокгольм стал нашим, - усмехнулся Эдуард. - Хватило каких-то полугода.
Карина поглядела на проплывающие под гравом крыши старинных домов.
- Мне здесь нравится, - сказала она. - Правда в самом начале для меня оказалось полной неожиданностью, что вы с соседями не были знакомы друг с другом, а, если ты кого-то и знал, то у них почему-то ничего не ломалось.
- И ты начала изнывать от скуки? - Эдуард не столько спрашивал, сколько подтверждал.
- Точно.
- Но расплачиваться за твою веселуху приходится мне.
Девочка хихикнула:
- Да ладно тебе! Посидел за компом пару дней, пока мастерскую регистрировал - вот и вся расплата.
- Копаться со всеми документами приходится мне, - обиженно напомнил Эдуард. - Думаешь, этого мало?
- А чем ты занимался, пока я не приехала? - Напомнила Карина. - Выращивал креветок? И намного больше ты зарабатывал?
Эдуард насупился и промолчал. Он почему-то стыдился, что ему приходилось целыми днями вкалывать на подводной ферме, но никакие другие занятия ему не подворачивались.
- Тебе нужно получить высшее образование! - Настаивали родители. К тому времени, как парень стал совершеннолетним, как раз родилась Карина, которая оказалась супером, и у него появилась хорошая отмазка нежеланию учиться: “Интеллекта Ринки хватит на три поколения вперёд!”
Сама Карина, даже будучи совсем крохой, понимала, что её старший брат - просто оболтус, и всегда относилась к нему снисходительно.
- А ты думаешь, с документами легко возиться? - Горько осведомился Эдуард. - Тебе проще: спаяешь пару плат - и спи-отдыхай, а я… Знаешь, сколько там всякой бюрократии?
- Не больше, чем во всех остальных местах.
Разговор как-то сам собой прекратился. Карина принялась разглядывать проплывающие под гравом пейзажи. Лететь предстояло почти восемьсот километров - четыре часа без малого, и за это время можно было успеть выспаться. Прошлой ночью Карина развлекалась в Сети, и сейчас, когда делать было нечего, глаза сами собой начали закрываться. Незаметно для себя девочка задремала, и проснулась когда Ла-Манш уже остался позади, и от горизонта до горизонта тянулись плавные холмы скандинавских гор, густо поросшие лесом.
- Проснулась? - Осведомился Эдуард со своего места. Он даже не обернулся.
Карина подняла голову от импровизированной подушки, роль которой исполняла расбухшая от каких-то бумаг барсетка. Оказалось, что она спала, свернувшись калачиком, на заднем сиденье, а вместо одеяла была просторная кожанная куртка брата.
Самостоятельность самостоятельностью, это само собой, но как же чертовски приятно, когда о тебе заботятся!
- Если хочешь что-нибудь перекусить, у меня есть бутерброды.
Девочка сладко потянулась:
- Перед таким праздничком, что будет у нас сегодня, мне вообще две недели нужно было голодать.
Эдуард только хмыкнул.
- Долго ещё?
- Часа полтора.
Карина снова улеглась на сиденье и принялась разглядывать пластиковый округлый потолок транспортного средства.
- Хорошо, что я такая компактная, - заметила она. - Вот ты уже здесь так не поваляешься.
- В каждом возрасте есть свои плюсы. Зато у тебя нет такого жизненного опыта, как у меня.
- И что же у тебя за жизненный опыт? - Иронически осведомилась девочка.
Они всегда находили, о чём поболтать.
- По крайней мере, я умею общаться с людьми. А у тебя ни подруг, ни знакомых, даже наших родителей ты не видела уже полгода.
- Во-первых, мне и тебя за глаза хватает, во-вторых, у меня в Сети куча друзей всех полов и возрастов, в-третьих…
- Сеть - не реальная жизнь, - перебил её Эдуард, - там всё совсем по-другому. Если ты захочешь подружиться c кем-нибудь в реальной жизни, вряд ли у тебя это получиться.
- Спорим? - Загорелась Карина.
Эдуард молча протянул ей ладонь, и девочка звонко хлопнула по ней своей ладошкой.
- Только без всяких фокусов! - Спохватился он.
- Это как?
- Ты любишь называть себя технарём. Если тот человек, с которым ты захочешь подружиться, будет таким же маньяком, которого хлебом не корми, дай что-нибудь собрать или отремонтировать - это не будет считаться!
- Боишься, что мы найдём общий язык на фоне любви к технике? - Задумчиво уточнила Карина. - Ладно, так и быть, попробую отыскать обычного человека, которого любой механизм сложнее футбольного мячика вгоняет в уныние. У меня даже и кандидат есть, - лукаво добавила она.
- Интересно, кто же?
- Тот самый дяденька, который мне мороженое подарил. Во-первых, он искусствовед, а во-вторых, доктор философии или что-то в этом роде. Такой тебе пойдёт?
- И насколько ты с ним знакома? - Заинтересовался Эдуард.
- Обещал ещё раз зайти, когда что-нибудь сломается.
- Годится.
- Только давай обозначим реперную точку, на которой будет считаться, что наш спор мной выигран.
Эдуард только пожал плечами.
- Допустим, если он придёт к нам на ужин, это уже будет считаться, что мы с ним дружим, - решила Карина. - Лады?
- Лады.
В наступившей тишине стало слышно, как сочно и басовито гудит генератор гравитационного поля под полом кабины, а об лобовое стекло бьются потоки воздуха.
- Я где-то читал, что раньше для обозначения места жительства использовались улицы и дома, - наконец сказал Эдуард. Представляешь, как здорово было жить на улице с названием Садовая или Парковая?
- В доме с номером четыреста двадцать один? - Саркастически докончила Карина. - Ты прав - это так возвышенно. Особенно если учесть, что улицы чаще всего назывались по именам военоначальников или политических деятелей. Мне бы не хотелось, к примеру, жить на улицы, которую назвали в честь человека, единственная заслуга которого состояла в том, что он убивал людей. Да и улиц этих было в каждом городе - тысячи. После каждого поворота - очередная улица со своим названием. И нумерация домов не всегда шла по порядку. Представляешь, каково было ориентироваться во всей этой каше?
- Вряд ли мы когда-нибудь сможем понять, как жили люди несколько веков назад, - отозвался Эдуард. - Даже историки - и те вряд ли всё знают.
- Хорошо, что потом изобрели спутниковую навигацию, - продолжила его сестрёнка, - и всё сразу стало просто: любой адрес, где бы он ни был: в городе, в лесу, в Антарктиде - это просто две циферки, географические координаты объекта.
- А вот я где-то читал, что не совсем “сразу”. Что после изобретения навигации ещё почти сто лет пользовались одновременно и спутниковой навигацией и старыми топографическими обозначениями.
Эдуард спорил с Кариной, всегда, везде и по любому поводу. Сам себя он оправдывал тем, что младшая сестра постоянно задаётся и если уж так легла карта, что воспитывать её больше некому, приходится делать это самому. На самом деле (и он ни за что не признался бы в этом сам себе), все эти конфронтации происходили от осознания чувства собственной неполноценности, возникшего где-то глубоко в подсознании сразу после рождения Карины. Да и как в голове не появиться хоть каким-то тараканам, когда приходится жить рядом с корохотной девочкой, которая у тебя на глазах научилась ходить, говорить и пользоваться столовыми приборами, и которая, тем не менее, на порядок опережает в интеллекте его самого?
Наверное, Карина это понимала, поэтому на выпады брата обычно отмалчивалась или переводила разговор на другие темы. Так же произошло и сейчас: она сделала вид, что разглядывает проносящиеся внизу лесистые пригорки.
- Представляешь, есть люди, которые боятся высоты, - через несколько минут сказал Эдуард.
- И как они летают? - Заинтересовалась Карина. - На какой высоте? Насколько я помню, если ильзовать грав на высоте меньше пятнадцати метров, можно огрести неслабый штраф.
- Я лично знал парня, который испытывал боязнь высоты. Его начинало мутить даже если он просто забирался с ногами на стул и пытался посмотреть вниз.
- Что, и такое бывает? - Изумилась девочка. - Ничего себе!
Они ещё немного побеседовали, как такие люди вообще передвигаются между городами. Эдуард стоял на том, что они ездят на мобилях, кораблях и прочих наземных средствах передвижения, а Карина утверждала, что они всё-таки летают на гравах, но с завязанными глазами, иначе сколько времени займёт вот такое простенькое путешествие из их родного Абердина в Стокгольм?
Они не успели прийти ни к какому определённому выводу, под гравом мелькнула водная поверхность, и Карина тут же принялась взахлёб рассказывать, что до Стокгольма осталось совсем немного, каких-то пятнадцать километров, потому что оно точно знает, что это озеро называется Ельмарен, оно ей всегда напоминало слоника с жутко длинным хвостом, и от этого озера до родительского дома не больше получаса лёта, и она это знает точно, потому что отец несколько раз брал её на рыбалку на это озеро, и она точно засекла время, что они провели в дороге.
Карина всё болтала и болтала, без умолку, что вообще-то было ей несвойственно. Эдуард вдруг с удивлением понял, насколько она волнуется перед встречей с родителями. С другой стороны, немудрено: они не виделись больше полугода, кто знает, как там оно всё повернётся.
Мама, конечно, после бурных приветствий и прочих сюсюканий начнёт уговаривать её вернуться, говорить, как им без Каринки скучно, плохо и вообще это ненормально, когда такой маленький ребёнок, даром, что супер, живёт вдалеке от родителей. Отец, как человек более практичный, будет допытыватьсья, насколько хорошо у них идут дела, как там их мастерская, что у них там с работой, и вообще, не слишком ли они много на себя взяли, не стоит ли отдохнуть или задуматься о смене деятельности. Суперов сейчас на работу принимают всюду, даже вроде бы какое-то негласное распоряжение вышло от Навигаторов не мешать таким малышам. А Карина со своими знаниями и умениями сможет устроитсья в любую фирму, тот же самый “Роботех”; хоть это самое большое предприятие по производству электроники на материке, но всё равно - чем не вариант?
Бедной сестрёнке придётся выкручиваться, потому что дела у них, конечно, идут, как без этого, но не то, чтобы очень хорошо. Деньги они зарабатывают, но их хватает вровень на то, чтобы поддерживать работу мастерской в нормальном состоянии и чтобы самим не голодать, однако вряд ли Карина, перезжая из родительского дома в большой город, ожидала именно этого.
Когда внизу среди возделанных полей начали появляться аккуратные квадратики пригородных ферм, а в воздухе замелькали другие гравы, Эдуард включил автопилот. Водить в городе он не любил: здесь было слишком много правил, запретов и условностей. Чего стоили только места, над которыми летать не рекомендовалось и зоны, где рекомендовалось летать только на определённых высотах. Всё это было, конечно, детально отображено на спутниковой карте, но разбираться во всей этой каше не хватало энтузиазма, куда проще было положиться на электронный интеллект.
Карина, которая всё ещё продолжала болтать, вдруг осеклась и жалобным голоском протянула:
- Эдик!
- Ну?
- А тебе вообще нравится, что я у тебя живу?
Эдуард хмыкнул, скрывая улыбку. В самом начале, узнав, что младшая сестрёнка хочет переехать к нему, он не был от этого в особенном восторге. Можно даже сказать больше: он настолько привык жить один, что приложил все усилия, чтобы Карина осталась в доме родителей, тем более, впереди маячила проблема с переназначением опекунства над пятилетним ребёнком с их родителей на него самого, что добавляло новой головной боли.
Карина настояла на своём. Она вообще умела упрашивать, если ей очень нужно было.
В конце-концов Эдуард согласился.
И ни разу об этом не пожалел.
- Веришь-нет: уже привык к тебе. С тобой как-то веселее, что ли.
- И ты скажешь нашим родителям, - Карина говорила медленно, было видно, что она тщательно подбирает слова, - что у нас всё в порядке? Если они спросят?
- Так у нас и так всё в порядке, - пожал плечами Эдуард, - почему бы мне им об этом не сказать?
Карина просияла, вскочила и попыталась его обнять, но помешала спинка кресла:
- Эдичка, ты у меня самый хороший братик в мире! Честно!
- Да ладно тебе, подлиза маленькая.
- Я не маленькая, я компактная! - Возмутилась девочка.
Ей всегда не нравилось, когда кто-то напоминал ей про её возраст.
- И не подлиза! - Спохватилась она через минуту.
- Ещё какая. Боишься, что тебя обратно заберут?
- Угу, - честно призналась Карина. - Я, конечно, умная и всякое такое, но, если папе вдруг придёт в голову схватить меня за шкирку и посадить, допустим, на шкаф, вряд ли я сама смогу оттуда спуститься.
- Сомневаюсь, что папа сделает что-нибудь подобное, всё-таки он воспитанный человек. Кстати, Рина, а что ты им скажешь по поводу патента?
- Ничего! - Насупилась девочка, сразу растеряв всю свою весёлость. - И ты ничего не гвори!
- Мне кажется, они не смогут нас об этом не спросить. Ты ведь все мозги им проклевала своим изобретением.
- А я виновата, что в ОПН сидят дебилы! - Взорвалась Карина. - Я так распиналась, пока всё им объясняла, а какой-то мерзкий старикашка, который на одних подтядках держится отвечает, что, мол, ваше изобретение представляет угрозу для безопасности Федерации - и как мне с ним спорить?! Я ему объясняю, что производство чипов по моему методу уменьшает себестоимость чуть ли не в десять раз, а он смотрит на меня, как коза в афишу!
- И как же козы смотрят в афиши? - Полюбопытствовал Эдуард.
- Внимательно смотрят! Очень внимательно! И очень тупо!
- Значит про твоё фиаско с патентом лучше ничего не говорить?
- Ненавижу Навигаторов вместе со всеми их отделами! - Зло промолвила девочка. - Немудрено, что у нас роботы на стены натыкаются! Если бы на место Сенатора пришёл по настоящему умный человек, он бы всех Навигаторов разогнал и ОПН запретил бы на законодательном уровне! Одно только моё изобретение знаешь, насколько лучше сделало бы жизнь людей?! И сомневаюсь, что ОПН эти мерзкие старики из ОПН так же не запрещают другие изобретения!
- Риночка, успокойся, пожалуйста. Ты каждый день говоришь одно и то же. Тебе ещё не надоело?
- Обидно просто, - сразу сдулась Карина, - когда политика лезет в науку, когда те люди, которые ни рожна не соображают даже в таблице умножения, решают, что разрешать, а что нет!
Над гравом поплыли многочисленные крыши старых домов, между которыми петляли узенькие мощёные булыжником улицы.
Эдуард обернулся, внимательно оглядел сестрёнку и посоветовал:
- А теперь приведи себя в порядок, хотя бы волосы пригладь, что ли. Не хочу, чтобы родители увидели тебя такой взъерошенной.
Карина пригладила ладошкой волосы и задумалась, что бы ещё такого сделать, чтобы выглядеть получше. На всякий случай она вытерла лицо влажной салфеткой и на этом сочла приведение себя в порядок завершённым.
Грав по плавной дуге начал снижаться.
Карина сделала глубокий вдох и задержала дыхание - она где-то читала, что именно так можно успокоить нервы.
Итак, через четверть часа ей предстоит встретиться с родителями, и, наверное, это будет самое тяжёлое из того, что ей приходилось переживать за всё последнее время.