Лунные дети. Часть 2. Досье. Технари.

024. Глава 3.

024. Глава 3.

Следующий день начался просто великолепно, как мог вступить в свои права лишь самый ужасный день в жизни.
Карина проснулась от лучей яркого солнца, которое взошло над крышами окрестных домов и своими ослепительными лучами заливало всю комнату. Девочка открыла глаза, зажмурилась и нырнула под одеяло. Вылезать наружу и проделывать обычные утренние процедуры жутко не хотелось. Впрочем - насколько “утренние”?
Вчера (точнее, сегодня) они с Эдуардом вернулись домой около двух часов ночи, хотя родители уговаривали их остаться до хотя бы до утра. На вопросительный взгляд Эдуарда Карина, тайком от родителей, состроила зверскую гримаску. Тот понял сестрёнку правильно и со вздохом сказал, что завтра во что бы то ни стало мастерскую нужно открыть вовремя, чтобы не лишиться постоянных клиентов. Родителям пришлось смириться.
Братик, наплевав на все возможные правила, приземлил грав чуть ли не под окнами их дома, и, утомлённый догим вождением, сразу утопал спать, а Карина, возбуждённая событиями прошедшего вечера, сначала долго вертелась в кровати, потом на кухне доедала прихваченный из родительского дома кусочек торта, затем опять попыталась уснуть, снова не вышло, тогда она извлекла из холодильника привезённый оттуда же салат, медленно и вдумчиво скушала и его…
А что было потом?
Карина напрягла память, пытаясь вспомнить.
В голове - ни-че-го.
Вообще.
Что из этого следует? Она отрубилась прямо за столом? Или успела самостоятельно добраться до постели? Тогда почему она этого не помнит, тем не менее, лежит здесь, в своей родной постельке? Или Эдик принёс её из кухни и уложил сюда? Блин, неловко-то как получилось!
Карина, зажмурившись, высунула голову из одеяла, и принялась понемногу открывать глаза - она знала, что к свету нужно привыкать постепенно. Несмотря на явные пробелы в памяти, ей было, что вспомнить. В отличии от событий, происходящих глубокой ночью, то, что было предыдущим вечером осталось в памяти очень даже хорошо.
Визит к родителям прошёл гораздо лучше того, на что она расчитывала. Сейчас она даже не совсем точно могла вспомнить, чего именно опасалась.
Родители встретили их прямо у дверей подъезда. Мама, само собой, тут же расплакалась и принялась говорить, как Кариночка выросла и какой красотулечкой она стала. Девочка нехотя отбивалась - ей было приятно слышать о себе такое. Зато папа, цепким взглядом оглядев свою дочь, словно проверял, все ли части тела (руки-ноги-голова-уши) на месте, хлопнул Эдуарда по плечу и увёл за собой на кухню. О чём они там говорили добрых полчаса так и осталось тайной, вокруг Карины продолжала суетиться мама. Когда мужчины наконец появились с столовой, мама в обнимку с дочкой уже сидели за богато сервированным столом. Девочка украдкой таскала из блюдечка оливки, а самая близкая родственница делала вид, что этого не замечает.
Улучив момент, Карина бросила на Эдуарда вопросительный взгляд, и тот показал ей в ответ большой палец. Девочка успокоилась.
Она была искренне тронута, когда оказалось, что этим вечером мама приготовила все блюда, которые так или иначе Карине нравились.
В общем, вечер прошёл просто великолепно. Карине не испортило настроение даже то, что мама в самый разгар пиршества спросила по поводу патента.
Наверное, папа уже всё знал от Эдуарда, потому что попытался одёрнуть жену, но та не заметив знаков мужа, продолжала свои расспросы:
- Ты ведь говорила, что от этого изобретения зависит многое в твоей жизни?
- Мне не дали патент, - сухо ответила Карина, глядя куда-то в сторону.
- Не дали? - Искренне удивилась мама. - Почему?
- Потому что “производство незаконных чипов ЧСЛ-09-322 ставит под угрозу кибернетическую безопасность Федерации”, - процитировала Карина по памяти заключение эксперта из ОПН и зло добавила. - Ненавижу эту организацию! Я уже начинаю понимать террористов - сама бы что-нибудь в этом чёртовом ОПН взорвала!
Она впервые взглянула на мать и с удивлением увидела, что та улыбается. Впрочем, всё объяснилось очень быстро.
- Ты и вправду очень умная, если смогла изобрести что-то такое, что может кому-то чем-то угрожать, - сказала она.
Карине оставалось только вздохнуть. В голове упорно шевелилась мысль, что мама - это не тот человек, о котором хочется думать всякие глупости, но иногда она ведёт себя так, словно вообще не понимает, что происходит вокруг.
В десять часов вечера, когда ужин завершился, Карина и Эдуард засобирались домой.
- На ночь глядя?! - Пришла в ужас мать.
- В самом деле, Эдуард, - пробасил отец, - не глупи. Переночуете здесь, мы ваши комнаты ещё несколько дней назад приготовили, а завтра утром спокойно полетите домой.
Эдуард неуверенно оглянулся на сестру. Та решительно помотала головой:
- Нам завтра мастерскую открывать!
- У тебя день рождения! - Снова встряла мама.
- Во-первых, день рождения у меня сегодня, а не завтра. Во-вторых, мне придётся объяснять это каждому, кто придёт чинить технику и увидит закрытую дверь. И это в том случае, если он придёт второй раз. Если мы будем закрываться по каждому поводу, по праздникам, по выходным, просто, если кто-то из нас заболеет, мы лишимся не только потенциальных клиентов, но и растеряем постоянных.
Эдуард проникся этой речью и добавил уже от себя:
- Одно дело - работать в федеральном учреждении, как вы, а другое дело - содержать свою фирму. У нас ответственности больше! Вы пришли на работу в девять утра, ушли в шесть вечера - и свои сто двадцать батов по любому получите, как бы дела в вашей фирме не шли. А если МЫ откроемся на пять минут позже, а закроемся на десять минут раньше, то можем потерять половину дневной выручки. И это при том, - он покосился на свою маленькую спутницу, - что кое-кто всю ночь в Сети развлекается, а потом проснуться вовремя не может.
- Если не всю выручку! - Поддакнула Карина, проигнорировав укол в свой адрес.
Она едва сдерживала улыбку: опять братик о своём, о девичьем - и как ему сложно жить, и как ему сложно работать, и сколько он всего делает, и какой он вообще молодец, вон даже за сестрёнкой умудряется присматривать…
Они распрощались. Напоследок мама чмокнула Карину в макушку и, кажется, снова собиралась расплакаться. Девочка сама едва удержалась от слёз. Чтобы этого не показывать, она поспешно выскочила на улицу
Багровый шар солнца висел около самого горизонта, по земле протянулись длинные тени от деревьев. Окна в пятиэтажке уже начинали вспыхивать электрическим светом, от этого сгущающиеся сумерки казались ещё темнее.
“В самом деле, можно было бы остаться здесь до утра”, - мелькнуло в голове у Карины, но она тут же отогнала эту упадническую мысль. Если уж она решила быть самостоятельной, то пойдёт до конца!
Через минуту появился Эдуард, и они, взявшись за руки, пошли по улице.
- Не торопись, - жалобно попросила девочка, - меня немножко тошнит.
- Немудрено, - хмыкнул Эдуард, - ты просто неприлично объелась. Не представляю, как в тебя столько всего влезло! Ты, вроде, даже для своего возраста кроха, и желудок у тебя должен быть маленьким, а с твоей стороны стола ничего не осталось.
- Тарелки остались, - слабым голосом отозвалась Карина. - Их я обкусывать не стала…
Они добрались до грава. Карина, охая, устроилась на заднее сиденье и затихла, с ужасом ожидая, когда грав оторвётся от земли. Она не относилась к тем несчастным, которых тошнит от любой тряски, но сейчас она и на земле чувствовала себя не очень хорошо, кто знает, как организм поведёт себя в воздухе.
Всё обошлось. Уже через полчаса Карина зашевелилась.
- Ну что, - повернулся к ней Эдуард, - всё в порядке?
- Вроде как. О чём ты с папой в самом начале говорил?
Это было единственное, что её интересовало.
- Он меня расспрашивал, как дела.
- И что ты сказал?
- Как мы и договаривались: у нас всё в порядке. Но мне кажется, он не очень-то в это поверил.
- Почему?
- Потому что в конце он перевёл на мой линк тысячу батов. Я, конечно, пытался отбиваться… - Он не договорил.
- Откуда у них такие деньжищи?! - Изумилась девочка.
- Накопили, наверное, - пожал плечами Эдуард. - Откуда ещё они могут быть. Кстати, что ты с ними будешь делать?
- Их ведь дали ТЕБЕ? - Удивилась Карина.
- Подарили, - поправил её Эдуард. - На твой день рождения. Так что выходит, что тебе.
Девочка надолго замолчала, ошарашенная величиной неожиданно свалившейся на неё суммы.
- Даже не знаю, - наконец жалобно промолвила она. - У меня вроде всё есть. Даже энергоприёмник недавно купили. Если только микроконтроллеров немножко докупить… - Она вдруг оживилась. - Точно! Помнишь, я тебе говорила про микроконтроллеры нестандартной спецификации, там клеммы можно подрегулировать и подключить к совсем старым чипам?
Эдуард, как это всегда было, когда сестрёнка начинала сыпать техническими терминами, выслушал тираду с непроницаемым лицом, потом вздохнул:
- Ну, почему ты не можешь вести себя как обычный ребёнок? Хотя бы иногда?
- И в чём это, по-твоему должно выражаться? - Заинтересовалась Карина.
- Ну-у, - протянул Эдуард, - даже не знаю, что там маленькие девочки могут захотеть себя купить. Шоколадки каккие-нибудь, куколки, мишки плюшевые…
Девочка фыркнула:
- Ты меня вообще в обнимку с куколкой представляешь?
Эдуард честно подумал и ответил:
- Не особенно.
- Вот.
Несколько минут они молчали.
- Может капитализацию повысим? - Неуверенно предложила Карина.
- А смысл?
- Акции будут лучше покупать.
- И много нам это даст?
- Четыреста восемьдесят пять батов, - послушно посчитала Карина.
- То есть, ты хочешь вложить тысячу батов, чтобы на выходе получить прибыль в пятьсот? - Уточнил Эдуард. - И то без всякой гаранитии, что эта прибыль вообще когда-нибудь появится?
Девочка промолчала.
- Риночка, - проникновенно сказал Эдуард, - поверь: финансы - это не твоё. Могу даже дать совет на будущее: где бы ты ни была, что бы с тобой ни происходило, никогда не связывайся с тем, что имеет хоть какое-то отношение к бизнесу. Мало того, что сама прогоришь, так ещё и штрафы придётся выплачивать, и ещё хорошо, если только тебе.
Карина насупилась отвернулась и сделала вид, что рассматривает маленькие сонные огоньки, время от времени мелькающие на земле под днищем грава.
Больше она ничего не помнила, ни четырёхчасового полёта, ни того, как Эдуард теребил её за плечо, пытаясь разбудить, она не открыла глаза даже тогда, когда он, вздохнув, легко поднял её и понёс в спальню. Одежду сестрёнки он аккуратно повесил на спинку кровати, как это делала она сама. Всё, на что хватило Карину - это что-то сонно пробормотать и плотнее укутаться в одеяло.
И вот теперь, уже проснувшись, она пыталась восстановить в памяти события предыдущего вечера. Получалось так себе.
“Тысяча батов!”, - Вдруг вспомнила она, и эта мысль согрела душу. Сейчас у неё на счёте едва ли наберётся двести, иподобная сумма - весьма неплохое дополнение к семейному, если можно так сказать, бюджету. Только вот на что эту тысячу тратить - так сразу и не придумаешь.
Впрочем, нужно было вставать. Сколько сейчас времени? Восемь? Девять? Давно нужно открывать мастерскую!
- Сколько времени? - Произнесла Карина, сосредоточенно глядя в потолок. Персональник со стола отозвался приятным женским голосом, что уже сорок три минуты одиннадцатого, и девочка вскочила, словно подброшенная невидимой пружиной.
- Эдик! - Крикнула она. - Ты здесь?
В квартире царила полная тишина, которая бывает только в пустующем доме. Карина немного успокоилась. Если Эдуарда нет дома, значит он в мастерской, и ей, пожалуй, можно особенно не торопиться. Хотя опоздание на добрых три часа - это не самое лучшее поведение с её стороны.
“Ладно, всё-таки день рождения не каждый день бывает, - раздумывала она, причёсываясь перед зеркалом и без всякого удовольствия разглядывая свою заспанную физиономию. - Раз в год можно и опоздать, если уж на то пошло”
Хорошо, что зубы можно было не чистить: Эдуарда, который контроллировал это процесс, всё равно не было, да и два передних зуба, которые уже вторую неделю качались и всё не могли выпасть, невыносимо болели от каждого прикосновения зубной щётки.
После вчерашнего пиршества завтракать абсолютно не хотелось, поэтому Карина собралась на удивление быстро. Уже в граве, разглядывая проносящиеся мимо крыши, она вдруг подумала, что необязательно тратить деньги на продвижение своих акций, тем более их никто и не покупает, почему бы не приобрести чужие акции, того же самого “Роботеха”? Компания эта солидная, самая большая на материке, а значит точно не обанкротится, а прибыль от дивидентов, хоть и небольшая, но будет поступать каждый год. Чем не вариант?
Обуреваемая этой идеей, она сама не заметила, как грав начал спускаться.
Около мастерской царило необычайное оживление. Точнее, оживлением это можно было назвать только для их тихой улочки, на которой не то что транспортные средства, даже прохожие появлялись редко.
Теперь же перед входом маячили целых два грава. Массивные генераторы гравитационного поля удерживали неповоротливые транспортные средства в полуметре от земли. Рассохшийся от жары и отсутствия влаги асфальт под гравом едва слышно потрескивал.
Один из гравов был бело-синего цвета, обычная раскраска патрульной службы, второй был самым обычным, гражданским, без всяких специфических обозначений.
Оба грава были пусты.
Карина забеспоилась. С одной стороны, Патрульные тоже люди и у них могут появится проблемы с техникой. Но почему они приехали чинить её на своём служебном транспорте? И зачем тут стоит второй грав? Тоже клиенты? Не слишком странное совпадение, когда столько клиентов появляется в одно и то же время.
Уже предчувствуя недоброе, Карина толкнула дверь, сделала шаг вперёд и ей навстречу тут же шагнул совершенно незнакомый мужчина в форме Патрульного.
- Закрыто! - Коротко сообщил он
Карина несколько секунд лишь открывала и закрывала рот, не в силах совладать с удивлением.
- Закрыто! - Повторила незнакомец и сделал шаг вперёд, чтобы выпроводить нежданную посетительницу.
Девочка наконец-то опомнилась:
- Кто вы такой?! Что вы делаете в мастерской?! И где Эдуард?!
За широкой фигурой Патрульного ей не было видно происходящее внутри помещения, но по шуму шагов, по голосам, по другим многочисленным звукам было понятно, что приёмный зал мастерской заполнен людьми.
- Не знаю никакого Эдуарда, - ответил Патрульный. - Здесь закрыто. Выйди отсюда. Не мешай.
- “Не мешай”?! - Взвилась Карина. - Это моя мастерская, я здесь работаю! Почему я должна отсюда уходить?!
Мужчина заколебался. Он оглянулся куда-то себе за спину, ему кто-то что-то сказал, и Патрульный нехотя посторонился, пропуская девочку в зал. Увидев, что там происходит, она остолбенела. В крохотном помещении толкались четыре человека, двое из которых были Патрульными, ещё двое - самыми обычными мужчинами, правда крепкими и донельзя деловитыми. Посреди зала, на какой-то то ли простыне, то ли накидке, высилась груда электронных запчастей, небрежно сваленных в одну кучу.
Горка постоянно пополнялась: дверь, ведущая в лабораторию, время от времени отворялась и два угрюмых типа в спецовках вытаскивали очередную порцию деталей.
Карина не могла поверить, что всё происходит на самом деле. Расширенными от ужаса глазами она таращилась на то, как Патрульные, которые чисто теоретически должны охранять граждан, поддерживать закон и порядок, почему-то громят её мастерскую.
Дверь, ведущая в лабораторию в очередной раз открылась,
- Что вы делаете с наноманипулятором?! - Вскрикнула Карина бросаясь вперёд. - Аккуратнее, не ударьте! Вы знаете, сколько он стоит?!
Мужчины оглянулись, но детский голос, раздавшийся совсем неподалёку, не произвёл на них никакого впечатления. Чуть раскачав прибор, они швырнули его в середину кучи электроники. У девочки потемнело в глазах: наноманипулятор был настолько нежным прибором, что после такого удара его можно было смело выкидывать. Она вспомнила, что целый год, даже пока не приехав сюда, откладывала каждый бит, чтобы этот самый манипулятор купить, и до сих пор он был самым главным её инструментом, теперь же…
Всё пропало! Совсем - всё! Теперь мастерскую можно закрывать!
- Так, ребята, - сказал вдруг Патрульный, стоящий в стороне и, судя по всему, контролирующий процесс выноса оборудования. - Давайте-ка притормозим!
Карина порявисто обернулась, но её радежды сразу потухли.
- Там слишком барахла, мы даже за несколько раз не сможем всё перевезти, да и склад вещдоков у нас не резиновый. Проще опечатать дверь. Когда понадобиться, ваши ребята подъедут и всё осмотрят прямо на месте.
Один из мужчин в гражданском костюме несколько секунд посомневался, но потом кивнул.
- Тащите всё обратно! - Распорядился Патрульный. - И оставьте, по возможности, на тех местах, на котором всё это было раньше.
Грузчики заухмылялись так, что и дураку стало бы понятно: они понятия не имеют, что, где и как стояло.
- Что вы делаете?! - Подбежала Карина к Патрульному, который отдавал команды. - Зачем всё это?!
Тот сверху вниз поглядел на неё, его глаза не выражали ровным счётом ничего.
- Ты кто такая?
- Я здесь работаю! Я супер!
Губы мужчины скривились в гаденькой усмешке:
- С формальной точки зрения у тебя прав не больше, чем у обычного ребёнка твоего возраста. Поэтому отойди и не мешай нам.
- Вы что, даже объяснить не можете?!
В ответ Карина получила привычно-безучастный взгляд:
- Будете мешать - мы удалим вас из этого помещения.
Девочка примолка и отошла в сторону. Слёзы застилали глаза, но она даже плакать старалась потише, чтобы этого никто не услышал. Не хватало ещё, чобы её выгнали на улицу - тогда она уже точно не сможет понять, что здесь произошло.
Неужели Эдик что-то натворил? Что он мог сделать всего за одну ночь? Может вчера, по дороге домой, кого-нибудь задел полем грава? Или с кем-нибудь поспорил и ненароком залепил по физиономии?
За всё это его, конечно, можно арестовать, но зачем при этом громить мастерскую?
Рассыпанные по простыне детали, наконец, были унесены обратно в лабораторию, а простыня оказалась скатертью со стола, где всегда ели Эдуард и Карина. От злости даже высохли слёзы. Вот он, самый наглядный символ произвола Навигаторов - заботливо вытертую чистенькую клеёночку с обеденного стола Патрульные просто бросили на пол и, ничтоже сумняшеся, начали вытирать об неё ноги.
Когда место на полу освободилось, четверо посетителей, которым до сих пор приходилось жаться к стенам и от нечего делать разглядывать висящие всюду плакаты, теперь принялись бродить взад-вперёд по тесному помещению, время от времени бросая хмурые взгляды на дверь лаборатории, в которой явно что-то происходило. Оттуда слышались негромкие голоса и какие-то стуки, словно передвигали мебель.
Карина забилась в угол, стараясь выглядеть как можно незаметнее, и сама не чувствовала, как зубы отбивают чечётку, а тело сотрясает мелкая дрожь.
Что теперь будет?! Что натворил братик, чёрт бы его побрал?! Его арестуют, а потом - что? Штраф? Клатра?
Мастерскую уже не восстановить - это вне всяких сомнений, один только микроманипулятор, который так немилосердно грохнули об пол, стоил больше, чем содержимое всей мастерской, даже если прибавить к нему помесячную арендную плату.
Теперь только и остаётся, что звать родителей, пусть они сюда приезжают и пытаются вытащить своего любимого сыночка из его странных неприятностей.
Так что же всё-таки умудрился натворить Эдуард?
Всё объяснилось через четверть часа, когда за дверями лаборатории послышалась возня. Оттуда вышли трое мужчин, которые не были Патрульными - это было видно по их гражданской одежде. Они вели за собой человека,в котором Карина не сразу узнала брата.
- Эдик! - Тоненьким голоском позвала она, но тот сделал вид, что этого не услышал (Или в самом деле не услышал?)
Он смотрел в пол и двигался нетвёрдыми шагами, словно до этого долго сидел неподвижно и до сих пор не успел разработать мышцы. Когда Эдуард проходил мимо, он даже не обернулся в её сторону.
Карина увидела, что руки у него связаны за спиной, и попыталась рвануться в его сторону, но ноги отказались ей подчинятся.
Эдуарда вели к выходу.
Девочка затаила дыхание. Она не любила смотреть всякие уголовные истории, но точно знала, что на из того дома, в котором произведён арест, обвиняемого не имеют право выводить на улицу до тех пор, пока не прочтут ему предварительное обвинение. Или ему уже прочитали обвинение в лаборатории? Но ведь для этого нужно как минимум трое свидетелей, а их там было всего трое. Один - зачитывал, Эдуард - обвиняемый, остальных явно не хватало для кворума. Значит обвинение должны выдвинуть сейчас.
Это и произошло. Один из гражданских перед самой дверью придержал Эдуарда за руку и повернулся к своему спутнику.
Тот вытащил из кармана персональник, вгляделся в экран и забубунил.
Сначала он сообщил фамилию, имя и отчество Эдуарда, место и дату его рождения, линк, затем перешёл к главному:
- Отдел по планированию науки Навигации по науке и образованию обвиняет вас в использовании нелегального чипа ЧСЛ-09-322, который был применён 3 июня в 17 часов 30 минут по местному времени по адресу 59 точка 34-01-81 и 18 точка 06-07-06 при ремонте робота РБУ-17-15-46. Арест произведён 4 июня, в 11 часов 15 минут по местному времени по адресу 59 точка 34-01-81 и 18 точка 06-07-06, офицер службы ОПН, линк 76-912-814-476.
- Порядок, записал! - Кивнул первый.
Эдуарда увели на улицу.
- Какую дверь будем опечатывать? - Спросил главный Патрульный у офицера ОПН. Тот рассеянно оглядел помещение, его взгляд скользнул по плакатам, висящим по стенам (девочку он так и не заметил) и кивнул на дверь лаборатории:
- Запечатывай там, тут всё равно ничего нет.
- Хорошо бы ещё произвести осмотр по месту жительства обвиняемого? - С какой-то угодливостью в голосе осведомился старший Патрульный.
Офицер ОПН поморщился:
- Тебе это нужно? Дело всё равно ясное, а у нас и без этого проблем хватает.
Словно по команде все зашевелились и потянулись к выходу.
Вскоре Карина осталась одна.
Некоторое время она сидела в своём углу, обхватив руками колени и загнанно озираясь по сторонам. Наконец встала и медленно двинулась в сторону стойки, каждую секунду ожидая, что сейчас входная дверь отворится и кто-нибудь вернётся.
Этого не произошло.
Она поняла, что ничего уже сделать нельзя, вообще - ничего, осела на пол и залилась по-детски горючими слезами.
Эдуард был тут совсем не при чём - в происшедшем была виновата только она и больше никто! Дёрнул же её чёрт вставить во вчерашнего робота тот дурацкий чип! И этот гадёныш усатый тоже хорош - сразу побежал в ОПН докладывать. А ещё мороженое купил ей, недоразвитый. Подлизаться хотел, что ли? А она ему поверила, и даже взяла за ремонт в пять раз меньше, чем это нужно было! А всё из-за дурацкого мороженого! Расчувствовалась и захотела сделать добро человеку, вот и получила по полной программе! А если бы она взяла с этого Андрея полную стоимость ремонта, вряд ли бы он что-нибудь заподозрил и у него не было бы причины раскручивать своего Френка и разбираться, что там она намудрила в его микросхемах!
Минут через десять стало немного легче. Девочка вытерла мокрые щёки, и вскочила на ноги. Ведь магазин открыт, ещё не хватало, чтобы кто-нибудь из посетителей увидел её в таком состоянии!
Дверь она заперла сразу на все замки, перевернула табличку "открыто" на "закрыто", доплелась до стойки, уселась на стул и злобным взглядом уставилась в пространство прямо перед собой.
Всё было настолько плохо, насколько это могло быть. Мастерской больше нет и не будет, Эдуард арестован сотрудниками ОПН, это произошло по её вине.
Родителям звонить она уже точно не будет. Если виновата лично она, то она сама и должна разобраться с проблемой. Только вот что именно делать - этого Карина даже примерно не представляла.