Лунный клинок и цветок персика

Глава 5. Песня Мэйли

Он проснулся от того, что рана в боку зудела. Приподнял рубаху — шрамы затягивались. На удивление быстро. Лань Цзюнь решил, что это действие клинка, которому не терпелось вновь напиться крови демонов, но внезапно осознал, что слабо чувствует исходящую от меча силу. Рука уже полностью очистилась от прОклятого узора, оставшегося после последней схватки. Он стиснул рукоять и вытащил его из ножен. Ладонь морозно кольнуло, но и только. Лань Цзюнь провел рукой по лезвию, сердцевина слабо засветилась голубым. Слишком слабо. Он ничего не понимал.

За дверью послышался лёгкий шорох — пришла Мэйлин. Он уже научился распознавать ее шаги.

— Могу я войти, господин?

Он промолчал, продолжая смотреть на клинок, будто ждал он него ответа.

Дверь скрипнула. Мэйли замерла на пороге с подносом — пар от травяного отвара вился вокруг её лица, делая янтарные глаза ещё ярче.

— Простите, — пробормотала она и поставила поднос на табурет, — вы не ответила, я подумала, вы спите. Выпейте этот отвар, он хорошо помогает… — Ее глаза уставились на его задранную рубаху и четыре кривых шрама на боку. — Ваши раны быстро затягиваются, господин. Это хорошо. Я боялась воспаления.

Он резко опустил подол рубахи.

— Передай родным, что я скоро уйду.

Мэйли нахмурилась.

— Но вас никто не торопит, ваши раны могут открыться в пути. Зачем так рисковать?

— Неужели твоей семье хочется терпеть мое присутствие? — он позволил себе чуть приподнять уголки губ.

— Хоть вы и не самый приятный гость, — улыбнулась девушка, — но законы гостеприимства нерушимы.

— То есть ты терпишь меня из чувства долга?

Она выпрямилась и посмотрела на него открыто и без тени притворства.

— Напрасно вы стараетесь показать себя с наихудшей стороны, господин. Я знаю кто вы.

Лань Цзюнь еле заметно вздрогнул. Она не могла ничего знать, но на миг ему показалось, что в ее глазах мелькнула усмешка.

— Да? И кто же? — спросил он таким тоном, что и лед показался бы горячее костра.

— Охотник на демонов, — ответила она так просто, словно такие люди толпами ходили мимо их деревни. — Хоть вы и не сказали своего имени, господин, но хочу сказать, что рада быть хоть чем-то вам полезной.

Ее взгляд был так бесхитростен, что ему почудилось, что она говорит искренне, а не из ложной вежливости, предписывающей простолюдинам привечать заклинателей, веками избавляющими их земли от всякой напасти.

— Что ты можешь знать об охотниках?

— О, много! — Ее лицо озарилось улыбкой. — Дедушка Минь любит рассказывать нам разные истории про заклинателей.

Лань Цзюнь фыркнул, но тут же скорчил презрительную гримасу.

— Представляю, сколько глупостей он влил в твои уши.

Она обиделась, он понял это по тому, как поникли ее плечи.

— Выпейте отвар, — тихо сказала Мэйли, — он придаст сил, раз уж вы собираетесь в скором времени уходить.

Она быстро поклонилась и вышла. Лань Цзюнь откинулся на циновку. Зачем он хотел обидеть ее? Рука потянулась к чашке с отваром. Тот был еще горячим, пах травами и персиком и скользнул по горлу нежно, как шелк. В голове прояснилось. Лань Цзюнь сжал и разжал кулак. Пальцы обрели былую твердость. Клинок в руке откликнулся сразу и ярко вспыхнул. Что ж, девчонка и правда понимает толк в лечении.

Он встал и натянул ханьфу, завязал пояс. Посмотрел на меч, но не стал цеплять ножны. Он не собирался ни с кем воевать. Только не в этом саду.

Его снова обдало розовым ветром из лепестков, едва он шагнул за порог. Он постоял, ловя его всем своим существом. Давно забытое чувство безопасности накатило и обмыло его душу. Казалось сами боги создали это место, чтобы отдыхать в редкие минуты покоя. Розовый лепесток упал на его плечо, он подставил руки и вскоре набрал их полные ладони.

Отец… да, когда-то он рассказывал ему об этой долине цветущих персиковых деревьев, чьи лепестки падали в реку, превращая ее на несколько дней в розовый поток. Такая вода могла исцелять, утолять болезни и утешать в горе. И сюда занесло его — человека, чей путь лежит сквозь боль и месть.

Насмешка богов!

Он шумно выдохнул, прошел в глубь сада и прислонился к стволу одного из деревьев. Закрыл глаза. Ему надо скорей покинуть это место — оно слишком хорошо для него.

Девушку он заметил не сразу: ее одежда почти сливалась с цветущими деревьями. Лань Цзюнь прислушался. Песня была не знакома. Ее голос ничем не напоминал голос бедняжки Фэй Янь, но была в нем какая-то глубина и чувственность. Он прислушался и невольно улыбнулся, когда понял, что девушка сочиняет слова на ходу. Она не пела — разговаривала с деревьями и цветами, просила их цвести и давать много плодов.

Боги! Какая наивность! Однако не двинулся с места, продолжая слушать. Мэйли приближалась к тому месту, где стоял Лань Цзюнь. Он не боялся, что она увидит его: искусством отводить глаза он владел хорошо.

Пение прервалось, девушка остановилась возле дерева со сломанной, но не до конца оторвавшейся веткой, покачала головой. Ветку, видимо, сломал ветер, листья на ней уже пожухли, цветы облетели. Мэйли вытащила из корзинки кусок ткани, осторожно выпрямила ветку и плотно обмотала место перелома. Лань Цзюнь невольно тронул бок, а затем плечо. Вот так же бережно она перевязывала и его? Она и правда странная, думает, что засохшая ветка может прирасти обратно?

Мэйли тем временем, снова что-то напевала и гладила деревце, потом подхватила корзинку и двинулась дальше.

Лань Цзюнь хотел уже пойти обратно в свой амбар, но услышал голоса. Один принадлежал девушке, а вот второй ему совсем не понравился.

_____________________________________(((***)))___________________________________

Дорогие читатели! Новая книга в литмобе “Дорамная фантазия”

Встречаем: Тиволла Россе “Сны об Алой Лилии”

https://litnet.com/shrt/o0-9