Лунный свет

Глава 8

Максим сидит на краю кровати. Сон все еще висит в воздухе, липкий и нереальный. Но где-то глубоко, в самом темном уголке сознания, шепчет холодная уверенность: это возможно.

До субботы — целая вечность. Мысль о встрече с ней, о той луне, сжимает его горло тугой петлей. Он наливает зеленого чая, но напиток кажется безвкусным, как теплая вода. Не помогает.

Первый рабочий день бьет по мышцам тупой болью. Он таскает коробки. Час за часом. Руки ноют, спина кричит. Но выбора нет — нужно платить за воду, за газ, за еду, за эту хрупкую иллюзию нормальной жизни.

Время обеда. Максим переступает порог дома, и запах пустоты бьет в нос. И снова — они. Картинки в голове. Вера на его кухне. Она смеется, мешает что-то в чашке, свет падает на ее шею. Желание накрывает его волной, горячей и нелепой. Чтобы она ждала. Чтобы они просто ели, смотрели фильм, чтобы ее ноги были у него под боком на диване. Мечта обжигает изнутри.

Еще несколько часов работы. Улицы вечером темнеют быстро. Он идет, и затылок начинает зудеть. Чувство — острое, животное. За ним следят. Холодок ползет по позвоночнику. Он оборачивается. Никого. Только фонари бросают длинные, пляшущие тени.

За углом он резко останавливается. Прижимается к холодной кирпичной стене и замирает. Сердце колотится о ребра. И вот — легкий, торопливый шаг. Он выходит из укрытия.

Девушка вскрикивает. Пытается рвануться назад, но его пальцы уже смыкаются вокруг ее тонкого запястья.

— Кто ты? — его голос звучит тише, чем он ожидал.

— Отпусти! — ее глаза широко раскрыты, в них мечется чистый, неразбавленный испуг. Она дергает рукой, но его хватка — железная. — Я закричу!

— Кричи. — Он наклоняется ближе. В ее дыхании слышен сладковатый запах жвачки. — Но сначала скажешь, зачем шла за мной.

— Ты… ты мне делаешь больно.

Он ослабляет хватку, но не отпускает. Ее кожа под его пальцами горячая.

— Меня зовут Аня. Мы недавно переехали. Мне было скучно. Я гуляла. Увидела тебя… — она замолкает, и алая краска заливает ее щеки. Она отводит взгляд.

— И?

— Ты мне… — слова вырываются с трудом, шепотом. — Ты мне понравился. Сразу.

Он смотрит на нее, пытаясь найти ложь. Она маленькая, хрупкая. Длинные черные волосы падают водопадом.

— У меня есть девушка, — говорит он четко, отламывая каждое слово. — Я ее люблю.

— Я не про это! — она трясет головой, волосы колышутся. — Я ни на что не претендую. Просто… давай дружить? Я здесь никого не знаю.

Дружить. Слово звучит по-детски невинно в этом темном переулке. Максим медленно выдыхает.

— Дружба — не с первого взгляда, — он отпускает ее руку. На бледной коже остаются красные отметины от его пальцев. — Меня зовут Максим. А теперь мне пора идти.

— До встречи! — ее голос летит ему вслед, звонкий и странно торжествующий.

Дома он падает на стул. Тишина в квартире гудит в ушах.

Что-то не так. Все не так. Кто признается в симпатии незнакомцу в переулке? Кто следит за кем-то из скуки?

Он ворочается на стуле. В висках стучит. За окном — луна. Она кажется ему желтым, немигающим глазом.

***

Аня бесшумно закрывает за собой дверь.

— Это ты? — голос отца доносится из кабинета. Низкий, ровный.

— Да.

— Удалось познакомиться?

Она прислоняется лбом к стене.

— Да. Сказала, что он мне нравился. Пап… зачем это было нужно?

— Как он отреагировал? — отец игнорирует ее вопрос.

— Сказал, что любит другую.

В ее голосе — тончайшая трещина. Отец делает паузу.

— Хорошо. Иди отдыхай.

Как только шаги дочери затихают, на столе вибрирует телефон. Андрей подносит его к уху. Его лицо становится каменным, все черты заостряются.

— Слушаю.

— Есть прогресс? — голос в трубке лишен эмоций.

— Я приближаюсь к источнику. Нужны окончательные доказательства. Свяжусь, когда будут.

— Не затягивайте.

Щелчок отбоя звучит громко, как выстрел. Андрей смотрит в темное окно. В отражении его глаза кажутся совсем черными. Пустыми.

Андрей лелеет одну надежду: Аня сможет подобраться к Максиму. Вплотную. Парень — словно крепость, и Андрей уверен: за его стенами хранятся секреты. Тайны, которые не купить ни за какие деньги. Теперь он узнал о девушке. И он уверен. Это та самая, лесная незнакомка. Та, что из легенд.

***

Максим сидит и пытается думать. Мысли путаются, мелькают, ускользают. В голове — только белый шум. Он принимает решение: держаться от той, Ани, подальше. Ради Веры. Он не может рисковать. Не может позволить, чтобы чьи-то чужие глаза узнали ее секрет. Он любит ее. Это — единственная ясная мысль во всем этом хаосе.

Дни тянутся, сливаются в однообразную ленту. Работа. Руки ноют от тяжести коробок, спина немеет. Он ненавидит этот склад, этот запах пыли и старого картона. Но это единственная нить, связывающая его с нормальной жизнью. В конце недели начальник вручает ему пачку купюр. Бумага хрустит. Максим прячет ее в карман и чувствует странное, смутное волнение. Завтра они увидятся с Верой. Он хочет ее удивить.

Магазин пестрит огнями. Он выбирает заколку. Голубую, как небо ранним утром. Просит упаковать. Маленькая коробочка кажется невесомой в его руке.

Субботнее утро дарит солнце, которое мягко греет кожу. Максим быстро проглатывает завтрак и выходит. И тут же замирает. Аня. Она стоит недалеко, у фонарного столба, и смотрит. Прямо на него. Ее взгляд — прицельный. Он отступает. Ждет. Видит, как ее внимание переключается на черного кота, мурлыкающего у забора. Ловкий рывок — и он уже за углом, скользит между домами, как тень.

Лес поглощает его. Он идет, и каждый шаг отдается в висках. И вдруг — она. Вера. Она появляется между деревьев, дыхание сбивчивое, на щеках румянец.

— Ты решила меня встретить? — спрашивает он. — Я бы и сам дошел.

— Нет. — Она качает головой, и ее волосы колышутся. — Я прибежала сказать… сегодня не получится. Отец дома. Он хочет меня куда-то отвести.