Лунный свет на Найтингейл-Уэй

4 глава

ГЛАВА 4

Как я и ожидала, прошлое Логана перестало быть темой для обсуждения, стоило Дженис съехать из нашего дома. Казалось, всех, как и меня, успокоили заверения мистера Кармайкла, что с Логаном в здании нам ничего не грозит. Несмотря на моё раздражение соседом, я не могла не задаваться вопросом: каково ему живется в обычном обществе в статусе бывшего заключенного? Похоже, с работой он пристроился удачно мистер Кармайкл владел клубом «Файер» и, очевидно, сам предложил Логану место. Но это явно произошло благодаря связям. Не все были такими, как мистер Кармайкл. Дженис отличный тому пример. Так что каждый раз, когда Логану приходилось заполнять анкету или объяснять перерывы в стаже из-за отсидки, он сталкивался с осуждением.

В каком-то смысле он всё еще отбывал свой срок.

Я знала, как глубоко ранит, когда люди отказываются видеть в тебе что-то, кроме своих собственных представлений и суждений о тебе.

Вопреки самой себе, мне действительно было его жаль. Однако и я бы никогда не призналась в этом вслух , мне было безумно любопытно узнать, за что именно его посадили. Ясно же, что по меркам уголовного права это был какой-то проступок, верно? Иначе мистер Кармайкл не был бы так уверен в его адекватности. Может, это наивно с моей стороны, но я пребывала в блаженном неведении и была вполне этим довольна.

Помогало и то, что, как и обещал, Логан старался вести себя тише. За следующие несколько недель был лишь один случай громкого секса, но никакой музыки или вечеринок. Когда мы сталкивались на лестнице, то обменивались вежливыми кивками в основном потому, что игнорировать друг друга было бы верхом невоспитанности.

Жизнь возвращалась в нормальное русло, и я даже снова начала работать по ночам.

Вот только в свет я выбиралась редко.

После катастрофического свидания с Брайаном , уже пятого в длинной череде провалов я чувствовала себя «пуганой вороной», но при этом мне было скучно. Жених Хлои ненадолго вернулся домой, а Эйдан ушел в режим жестких тренировок.

Поэтому, когда в начале недели позвонила Хлоя и спросила, не хочу ли я сходить на свидание вслепую с её коллегой, я неохотно согласилась.

К моему приятному удивлению, Джон оказался по-старомодному красив и подкупающе нервничал при встрече. Однако уже через полчаса нашего ужина я начала всерьёз беспокоиться из-за скорости, с которой он поглощал вино. Похоже, алкоголь был ему нужен для храбрости, чтобы поддерживать разговор, а ещё он явно не знал меры.

И Джон с алкоголем, судя по всему, были хреновым сочетанием.

Его темные глаза светились дружелюбием и добротой, когда он подошел ко мне в ресторане. Они были теплыми, хоть он и тревожно озирался по сторонам, пока мы болтали, выбирая еду.

Но к третьему бокалу в глубине его глаз зажегся насмешливый огонек.

— А я видел твои фотки, знаешь ли, — сказал он.

Я оторвалась от пасты, гадая, что это вообще значит. Прости?

Он ухмыльнулся кривоватой, хмельной улыбкой. В Фейсбуке. Хлоя показывала мне твои фото. Я всегда считал, что ты очень симпатичная.

Я покраснела от комплимента. Спасибо.

Джон внезапно уставился на мою грудь, и я напряглась. Но ты могла бы одеваться капельку сексуальнее, тебе не кажется? У тебя офигенная фигура, но её же совсем не видно.

Скрывая дрожь от этого слишком точного и болезненного замечания, я посмотрела на его почти пустой бокал. Мне хотелось что-то ответить, но я не желала устраивать сцену в ресторане. Я встретила его затуманенный взгляд тихим упреком. Мне вполне нравится мой стиль.

Он примирительно вскинул руки. О, я не хотел тебя обидеть. Просто предположил, что ты, возможно, не была бы одинока, если бы одевалась чуть получше.

Я едва не подавилась едой.

— И с распущенными волосами ты бы смотрелась лучше. С этой прической ты выглядишь какой-то зажатой.

Я зажмурилась, пытаясь абстрагироваться от него, потому что, к несчастью, его критика стала триггером…

Бабочки в животе грозили вывернуть наизнанку всю ту пустоту, что в нем была. Никогда еще я так не нервничала. Весь день кусок в горло не лез.

Мои первые школьные танцы.

Я смотрела в зеркало, теребя волосы и платье, гадая, не стоило ли мне их всё-таки собрать и не лучше ли было надеть черное платье вместо фиолетового.

— Почему у двери стоит какой-то мальчишка?

Я резко обернулась, пульс мгновенно участился при виде матери, прислонившейся к дверному косяку. Она хмурилась, помешивая в руке бокал красного вина.

— Я думала, у тебя сегодня ужин с миссис Фергюсон.

Мать злобно посмотрела на меня. Очевидно, что нет. Что ты скрываешь? И почему ты вырядилась в это убожество?

Она фыркнула. Тот коротышка у двери? У него прыщи, она брезгливо сморщила нос.

Я вспыхнула и отвела взгляд. Его зовут Майкл, и он мне нравится.

— Он из хорошей семьи?

— Почему ты спрашиваешь? я подняла глаза, испугавшись, потому что папа Майкла был дантистом, а мама актрисой в мыльной опере. Трудно было понять, делает ли это их «хорошей» семьей или нет.

— Потому что, нетерпеливо вздохнула она, мне нужно знать, стоит ли этот мальчик, несмотря на его прыщи, того, чтобы я отговаривала тебя от платья, в котором кажется, что у тебя четыре ляжки вместо двух, она подозрительно уставилась на меня. — Ты придерживаешься той диеты, которую я велела тебе начать?

Я задрожала. Школьная медсестра сказала, что она не подходит для четырнадцатилетней.

— Какого хуя школьная медсестра вообще что-то знает о твоем питании?

— Я... я упала в обморок в школе.

Мать закатила глаза. Боже правый, как сентиментально.

Мои пальцы впились в ткань платья, сминая его. Я была стройной, но, похоже, всё равно недостаточно худой для моей матери, обладавшей фигурой модели.

— Ну? рявкнула она. Кто этот мальчик?

— Его мать Андреа Лидс.

— Актриса? Мать задумчиво склонила голову. Полагаю, могло быть и хуже. Что ж, это ты не наденешь, она поставила бокал на мой стол и неспешно подошла к шкафу. Посмотрим, сможем ли мы найти что-то, что создаст иллюзию фигуры. Мальчики хотят девочек, которые выглядят как девочки, знаешь ли, Грейслин. Сексуальной тебе не быть никогда, но мы хотя бы попробуем сделать тебя женственной, она с сомнением оглядела содержимое моего гардероба. С волосами тоже надо что-то делать. Выглядишь как гребаная замарашка. На следующей неделе мы тебя подстрижем.