Ляля для босса. Это наша дочь!

Глава 6

Варя.

Иду по пустому школьному коридору. Звуки моих шагов отражаются от стен и эхом поднимаются вверх.

Тихо. Урок идёт.

Сонька у меня на руках с любопытством оглядывается и улыбается, обнажая свой единственный зубик.

Подхожу к кабинету Елены Степановны.

Ноги ватные, колени подкашиваются от нервов.

Соня, словно чувствуя моё волнение, начинает кукситься и ёрзать, и я чуть подкидываю её, удобней устраивая на сгибе локтя.

Открываю дверь.

За первой партой, сгорбившись и опустив низко голову, сидит Артём. Рядом — Елена Степановна.

За учительским столом восседает мужчина в полицейской форме — крепкий, коротко стриженный, суровый.

Он привстаёт и чуть кивает в подобии приветствия.

— Алексей Купреев, старший лейтенант полиции. Отдел по борьбе с киберпреступностью. А вы, я так понимаю…

— Варвара Раевская, опекун Артёма Руднева. Его старшая сестра.

Кровь отливает от лица, ноги словно прирастают к полу, но я заставляю себя сделать несколько широких шагов. Занимаю место за соседней от брата партой.

Вид у Тёмы такой, будто он хочет провалиться под землю. Что, впрочем, меня не удивляет.

Я смотрю на него, но он избегает моего взгляда.

— Что он натворил?

Купреев открывает тонкую папку, переворачивает несколько исписанных мелким почерком листов.

— Ваш брат подозревается в неправомерном доступе к виртуальным данным крупной строительной фирмы «Т&К групп». Это подпадает под статью 272 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Перед глазами всё плывёт.

Губы немеют, слова застревают в горле.

— У-у-уголовного? Я не ослышалась?

— Всё верно, — в голосе Купреева не читается ни единой эмоции. — Это серьёзное нарушение, за которое предусмотрен штраф до двухсот тысяч рублей или лишение свободы на срок до двух лет. Однако, учитывая возраст вашего подопечного, скорее всего, будет штраф и нелицеприятная пометка в личном деле.

Внутри меня всё обрывается.

Воздуха не хватает.

Сглатываю ком, вставший поперёк горла, и поворачиваюсь к брату.

— Артём, это правда? Ты что, кого-то взломал?

Он поднимает на меня взгляд — виноватый, напуганный.

Губы плотно сжаты, плечи опущены.

— Это Ромка меня забайтил, — бормочет тихо. — Я похвастался, что написал код, который может любую систему защиты обойти. Ромка мне не поверил. Сказал: докажи. Ну, я и…

— А почему Рома не здесь? — перебиваю я. Говорю громче, чем нужно, не справляясь с гневом. — Мне кажется, было бы справедливым допрашивать и его тоже.

Елена Степановна, всё это время молча сидевшая рядом, поправляет очки на переносице и мягко улыбается.

— Ну что ты, Варя, никто вас не допрашивает. Это просто беседа.

— Конечно, просто беседа, — фыркаю я, закипая. — И на «просто беседу» Рому мы не позвали, ведь у него папа в городской администрации работает, да? Его сыночку нельзя лепить нелицеприятные пометки в личное дело!

Моё сердце бешено колотится.

Соня ёрзает у меня на руках, хнычет. Прижимаю её к себе и чувствую, как накатывают слёзы.

Не позволяю им пролиться. Только не сейчас.

Сжимаю пальцы в кулаки, чтобы вернуть себе самообладание.

— Хорошо. И что дальше, лейтенант Купреев? Что будет дальше?

— Во многом это зависит от того, что решит пострадавшая сторона. Вам в любом случае придётся пару раз прийти в полицию для дачи показаний. Ну, и если дело дойдёт до суда, то…

Он разводит руками в стороны, словно показывая, что на этом этапе всё уже вне его компетенции.

Медленно встаю, стискивая Соньку, как спасательный круг.

— Хорошо, в таком случае, я буду ждать от вас повестки на допрос. И знаете, пускай эта пострадавшая сторона скажет спасибо моему брату за то, что он указал им на слабые места. Если их непоколебимо защищённые сервера может взломать семиклассник, то у меня для них очень плохие новости! — Кидаю взгляд на брата. — Тёма, пошли.

Он поднимается, притихший и необычайно молчаливый.

Подхватывает портфель, осторожно забирает Соню у меня из рук.

Выходим из кабинета, а я мысленно устраиваю себе выволочку за то, что снова полезла в драку.

Это уже рефлекс — не защищаться, а бить первой. Никогда не просить, не ждать, что кто-то заступится и придёт на помощь. Агрессия, дерзость, порой безумие. Это единственная рабочая стратегия для таких, как я, потому что иначе жестокий мир просто перемелет меня и выплюнет на обочину, как кучку биомусора.

Купреев догоняет меня в коридоре.

— Варвара, подождите!

Останавливаюсь и вздыхаю. Из сумки достаю ключи от машины, передаю Артёму.

— Иди. Усади Соню, я сейчас подойду.

Артём кивает и почти бегом направляется к выходу из школы.

Купреев останавливается рядом со мной.

— Попробуйте связаться с владельцем фирмы и объясните ему свою ситуацию, — протягивает листок бумаги с наспех накаляканными цифрами. — Учитывая ваше нестабильное положение и характеристики Артёма, вся эта история может очень усложнить вашу жизнь. Так что я настоятельно советую переговорить с Тамерланом Айдаровичем и объяснить ему всё, как есть. Уверен, он сможет вас понять и отзовёт заявление.

Смотрю на протянутую бумажку так, словно она излучает радиоактивные волны.

— Такие, как этот ваш Тамерлан Айдарович, никогда не встанут на мою сторону, — припечатываю холодно, но всё же забираю листок с номером.

Сминаю и кладу в карман.

Купреев никак не комментирует, лишь смотрит так, словно жалеет меня.

Но мне не нужна его жалость.

Выхожу из школы, чувствуя, как все силы уходят куда-то вниз, как тяжелеют ноги и наливается свинцом всё тело. Однако я упрямо держу голову высоко поднятой.

Никто не увидит, как я падаю.

Молча сажусь в машину.

Молча пристёгиваю ремень безопасности.

Молча завожу двигатель.

Молча выворачиваю на дорогу со школьной стоянки.