Ляля для босса. Это наша дочь!

Глава 13

Варя.

Перелопачиваю тонны виртуальных страниц в поисках обещанного «Ада и Израиля», однако ничего полезно или интересного о прошлом Сташевского не нахожу.

Не знаю даже, чего я там нарыть хотела…

Страшилки о том, что он кровь девственниц пьёт? Или о том, что младенцев на завтрак ест?

Да я и так это знаю, без всяких там подтверждений.

С лёгким философским раздражением откидываюсь в кресле, прижимаю к себе закимарившую Соньку.

В дверь тихонько стучат.

— Варь? — Заглядывает Настя. — Идёшь?

— Куда?

— На обед. Договорились же…

— А, да. Иду.

Хватаю бутылочку со смесью и выбегаю. Стараюсь не отставать от Насти.

— Экскурсию тебе уже провели? — Оборачивается через плечо, не сбавляя хода.

— Нет.

— Значит так, — начинает она деловито. — Если решишь остаться здесь на подольше, держись подальше от некоторых персонажей.

— Каких?

— Да практически от всех, — беззаботно машет тонкой кистью.

Обескураженно хмурюсь, но Настя, видимо, считает свой ответ вполне исчерпывающим.

Она указывает рукой на длинный ряд кабинетов вдоль коридора.

— Вон там сидят аналитики. Зануды редкостные. С ними лучше не спорить — затянут в обсуждение и сломают тебе мозг.

На моём лице дежурит вежливая улыбка. Киваю, как китайский болванчик, стараясь казаться заинтересованной.

Сворачиваем за угол.

— А там — айтишники, — продолжает она, кивком указывая на ещё один блок. — Ребята в целом нормальные, но ты к ним только за помощью ходи. Всё остальное им неинтересно. Да и слишком они друг на друга похожи — джинсы, футболки, наушники. Будто по одному чертежу сделаны. А вот там, — она снова кивает вперёд, — маркетинг. С ними вообще не связывайся. Особенно с девочками. Они все на антидепрессантах и вечно на грани нервного срыва.

— Весело у вас тут, — замечаю сдержанно.

Настя смеётся.

— Ага. Прямо цирк. Только без клоунов.

Мы делаем круг по офису и возвращаемся в знакомый холл с ресепшеном, за которым сейчас сидит другая девочка — почти Настина копия, только рыженькая.

Видимо, не только айтишников тут по одним лекалам штампуют.

Настя притормаживает перед лифтом и нажимает кнопку вызова.

Я чувствую себя немного неуютно после её быстрой и пристрастной экскурсии.

— А кто-то нормальный здесь есть?

— Нормальный? Ты знаешь, тут всё относительно, — Настя ухмыляется. — Кто-то может и нормальный, пока ты не перейдёшь ему дорогу.

Молчу, пытаясь переварить услышанное и поймать двойное дно, пока мы заходим в лифт. Настя нажимает на кнопку. Кабина чуть дёргается и опускается вниз. Соня фыркает, недовольно ворочается в кенгуру.

Тихонько её подкачиваю, не обращая внимания на взгляд Насти.

— Она у тебя спокойная.

— Когда как, — улыбаюсь натянуто.

— Интересно, почему вообще тебе сюда с ребёнком приходить позволено?

— Не знаю. Может, Станислав Сергеевич решил поиграть в благотворителя.

— Так это его решение?

Поднимаю на Настю взгляд.

— Да. А чьё ещё?

— Я думала, наша гиена подсуетилась. Она детей любит. У неё своих двое.

Ирина? Любит детей?

У неё есть дети?

И почему-то эта новость шокирует меня до глубины души.

Интересно, какая она мама?

— Слушай, — вдруг произносит Настя и кладёт руку мне на плечо, беспардонно вторгаясь в моё личное пространство. — А всё же, где её папа?

— Я не люблю это обсуждать. Это личное.

Настя пожимает плечами, как будто ничего такого и не спросила.

— Ладно, не хочешь — не рассказывай. Просто любопытно.

Двери лифта открываются, и мы выходим в просторный кафетерий.

Пространство кажется светлым и уютным, с мягкими диванами вдоль стен и рядами столиков. Настя уверенно ведёт меня к витринам и кассе.

— Берём что-нибудь быстрое. Если что, двумя этажами ниже тут есть ресторан, с шеф-поваром и супердесертами. Но туда лучше не соваться в конце недели — не протолкнуться.

Киваю, разглядывая витрину.

Настя берёт себе салат и сливочную пасту, я — кофе и небольшой кусок пирога.

Сонька тянется к моей еде. Тоже голодная уже.

Усаживаемся за столик почти в центре кафетерия.

Успеваю лишь вручить Соньке бутылочку и пригубить кофе, когда из-за спины раздаётся громкий голос.

— Привет, девчонки!

Поднимаю взгляд.

К нам, изящно лавируя между столиками, идёт мужчина. Высокий, ухоженный, с нарочито небрежной прической, зафиксированной гелем, и ослепительно белой улыбкой.

— Аблонский, — шепчет Настя, закатывая глаза.

— Собственной персоной, — он полностью игнорирует её реакцию. Тянет ладонь. — Ты новенькая?

— Варя, — пожимаю.

— Варя. Очень… Крайне… Чертовски приятно! Насть, ты почему такой брильянт мимо меня протащила?

— Давай только без своих шуточек, — язвит Настя. — Не позорь нас перед новенькой.

— Да кто шутит? — Он улыбается одной стороной губ, разворачивает свободный стул за нашим столиком к себе и седлает его, как коня. — Константин Аблонский. Просто Костя. Руководитель отдела маркетинга и славный малый. А кто эта юная принцесса?

Он тянется к Соне, но та недовольно фыркает. Ревностно перехватывает бутылочку со смесью покрепче.

— Она не очень любит незнакомых, — предупреждаю.

— О, я её понимаю. Ну как, нравится у нас?

— Пока не знаю. Офис красивый, но куда важней коллектив.

— Верно. И с коллективом тебя никто лучше меня не познакомит. Бросай эту зануду, я сам тебе всё здесь покажу.

— Кость, отвали, — Настя морщится, небрежно взмахивая в воздухе пальцами. — Не видишь, мы обедаем?

— Так я же не мешаю.

— Я серьёзно. Дай девочкам поесть спокойно.

Взгляд Насти говорит лучше любых слов. И Костя, помявшись пару секунд, обречённо выдыхает.

— Ладно, обедайте. Варь, но если что, обращайся. Я всегда к твоим услугам.